Банка для пауков
Шрифт:
— Отец, — Байрам вежливо взял старика за локоть. — Мирза-ага приглашает вас к себе. Он хочет оказать вам хермят.
— Чего? — напрягся старый Серго. — Мне от него ничего не надо. Я все, что мне надо от него уже получил.
— Дедушка, в этом городе, когда Мирза-ага просит, ему никто не отказывает, — объяснил подошедший Ибрагим.
У старика сердце упало в пятки, и он покорно проследовал в джип.
Казино «Изумруд» В тот же вечер
Казино
Мирза-ага подвел его к легендарному Мошэ, который оказал старику самые почтительные знаки внимания. То один, то другой парень с квадратными плечами и бицепсами, выпирающими сквозь рукава смокингов подходили к ним и почтительно кланялись.
— Федот, глава Балашихинских, — кратко представлял их Мошэ. — Петруччо, глава Химкинских. А это Скок… Скок, да как же тебя по имени?
— А так, Скоком и зови! — хохотнул рукастый парень.
И вдруг все расступились, пропуская приземистого мужчину с круглым лицом, короткой спортивной стрижкой, оотопыренными ушами и бегающим взглядом. Мэра столицы и недавнего кандидата в президенты взяла вся страна, узнал его и Серго.
— Батоно Серго только что прибыл сюда из Батуми, — кратко пояснил ему Мошэ. — И уже оказал всему городу неоценимую услуг.
— Как нет незаменимых людей, так нет и неоценимых услуг, — улыбнулся довольный Егор Абрамович. — Мы постараемся по достоинству оценить ваш вклад, Серго… как по батюшке? Серго Малхазович, ваш вклад в оздоровление нашего города.
— Многим нашим кажется, что он мог бы вполне заменить безвременно ушедшего Вано. Все-таки у него опыт, знание реалий, людей…
— Хм… — недоверчиво наморщил нос Дубовицкий. — А он потянет? Там же не люди собрались, а волки.
— Вот-вот, именно такой вожак этой стае и нужен.
— Ладно, после ужина об этом поговорим.
Добравшись до водочного завода, Валико обнаружил Пушкана и Тимку, которые безрадостно играли в шашки. Старик уныло курил.
— Послушай, Валек, — сказал он, увидев Валико, — ты уж прости меня, старика, но вы со мной ни хрена не расплатились за взрывпакеты. Ты что думаешь, я свою взрывчатку из воздуха беру? Сам по Полесью ее шукал, с риском для жизни тол из снарядов выпаривал..
— А где все? — удивился Валико.
— Как
Недоброе предчувствие зашевелилось в Валико и что-то неприятно засосало под ложечкой. Он набрал номер телефона Тенгиза и тут же отдернул трубку от уха.
— Это кто? — раздался в телефоне громкий голос Мирзы. — Как тебя зовут? Ладно, не говоришь, ну и не надо. Теперь меня слушай. Уже все. Война окончена. Тенгиза больше нету. И никого из ваших больше нету. Война окончена. Понятно? У вас теперь новый пахан, и вы все будете ему подчиняться. Ты меня слышишь?
— А ты меня слышишь? — переспросили у него.
— Слышу, — отвечал Мирза-ага.
— Пралардор… — отчетливо сказала трубка и отключилась.
Сказать, что Мирза-ага пришел в бешенство, значит ничего не сказать. Еще бы, ведь это простонародное азербайджанское выражение означало лишь одно: «никуда не девайся».
— Сколько я тебе должен, Пушкан?
— Ну, не знаю, — пробормотал тот. — Пульты баксов по двадцать, ну и тол… детонаторы…
— Штуки хватит?
— Чего?
Валико вынул из кармана охапку купюр, отсчитал тысячу долларов и подал Пушкану.
— Спасибо, сынок, — расчувствовался старик, — если что еще нужно, то рассчитывай на меня…
— Нужно, — жестко сказал Валико. — И прямо сейчас. — Ты, — сказал он Тимке, — прямо сейчас едешь в Каширу и найдешь там дядю Гию. Так ему и скажи, что надо подобрать ключик к одному человеку…
В ту же ночь у общежития университета им Патриса Лумумбы
Фуфырь чувствовал сильную усталость, когда добрался до дому. Он не хотел нюхать кокаин, но это было единственным, что могло хоть как-то взбодрить его, придать новые силы. Теперь он, конечно, разжился деньгами и с завтрашнего дня начнет новую жизнь. Прежде всего, имеет смысл на время скрыться и пожить в тихом укромном месте, скажем у бабки в Тамбове. Домик там снять на лето — стоит сущие гроши, а в плане наркоты там натуральная целина, как ребята говорят. Кроме того, там есть пара-тройка путевых пацанов, к которым он обратится, чтобы они его прикрыли и указали проблемные места. Пора себя и ограничить. Отныне только вечерком и ограниченная доза (полкубика не более) чистого гер-герыча, и никакой ханки или винта, так и с крыши съехать недолго.
Было темно, когда он добрался до своей общаги. Улица была пуста, за исключением «шестерки», стоявшей на обочине. Он остановился, когда увидел, кто сидел в машине. За рулем сидел Ибрагим, а рядом с ним сидел Байрам. Оба они были его клиентами и частенько покупали у него гашиш. На заднем сиденье сидели еще двое, их Фуфырь не знал. Сердце его екнуло. Не иначе, как операция сорвалась, и они теперь зовут его на разборки. Или за товаром приехали? Но почему четверо? Лучше слинять отсюда по добру-поздорову.