Бархат

Хансен Эва

— У Магнуса ничего не выходит?

— Пока молчит, значит, нет. Если бы что-то было, давно бы сказал.

— Что-то мне подсказывает, что вы были совсем рядом с загадкой, вернее, разгадкой. Но Флинт вдруг решил прервать расследование?

Флинт легок на помине — приехал собственной персоной на полтора часа раньше назначенного срока. Ларс едва успел скрыться во второй комнате, чтобы не столкнуться с заказчиком.

— У меня нашлась свободная минутка, решил заскочить. Знаете, это дочь настояла…

— На чем? — не упустила возможности

поиздеваться над несчастным Флинтом Фрида. — Прекратить расследование?

Флинт подписывал бумаги с такой скоростью, словно его у двери уже ждали. Он попытался привычно улыбнуться, но улыбка вышла кривоватой:

— Я уже вчера отдал распоряжение перевести на ваш счет все сполна и еще премиальные. Можете проверить…

Фриду все мучил вопрос, что не так в его лице, оно было почти маской. Он так боится? И вдруг сообразила: ботокс! Флинт сделал себе инъекции ботокса, и мышцы пока еще не отошли от уколов. Потому и улыбка кривая.

Ну и хлыщ! Не успел жену похоронить, как делает омолаживающие уколы.

А тот продолжал:

— Знаете, мы ведь продаем клинику, мне самому она не нужна, достаточно бизнеса в других странах…

— Есть покупатель?

Зачем спросила, не знала и сама. Просто так, чтобы что-то говорить, пока он скрипит пером по бумаге. Поддерживала светскую беседу со своим клиентом.

— Есть. Врач, который делает операции в этой клинике вместе с Аникой. Делал… и будет делать. Он обещал оставить персонал и даже расшириться, так что персонал на меня не в обиде.

— А Ханне останется?

— Ханне? Едва ли, я не думаю, что он оставит эту пустышку. Впрочем, не знаю.

Честно говоря, Ханне Фриду тоже мало интересовала. Она постаралась улыбнуться как можно шире:

— Благодарю вас, Андреас. Извините, что не довели дело до конца, но вы сами его прекратили…

Она картинно развела руками, Флинт кивнул, уже не пытаясь растянуть непослушные губы в улыбке:

— Все в порядке. Вчера, сообразив, что я уже не владелец фирмы, я и решил остановить расследование. Наверное, полиция права.

— А вы сказали, что дочь?

— И Петра тоже.

Со стороны это выглядело как прощание друзей, даже почти близких.

Он действительно перевел на счет сумму, значительно превышающую договорную, претензий у Фриды и ее коллег быть не должно.

Когда Флинт все так же поспешно удалился (он вообще странно спешил: то почти суетился, словно боясь, что Фрида задаст неудобный вопрос или остановит, то вдруг успокаивался, когда чувствовал, что в неловком положении не окажется), появившийся в комнате Ларс покачал головой:

— Надеюсь, у вас не все клиенты таковы?

— Ларс, — Фрида помахала договором, — он нас не обидел. Одно могу сказать: Аника действительно приняла запретное лекарство, значит, кто-то подсунул его? И Флинт очень не хочет, чтобы мы узнали, кто именно.

— Но почему он испугался моей фамилии? Я никогда раньше не встречался ни с Андреасом Флинтом,

ни с его супругой. Дом Торстейн и Инга купили без меня, я в это время был в Англии. Не думаю, чтобы Флинты были связаны с происходившим в доме, они на острове не появлялись, и яхты или катера у них нет, я уже узнал. Кстати, формально потому и дом продали, мол, добираться на работу неудобно.

В ответ на риторический вопрос Линн: «Чем все же занимался Флинт, кроме того, что просаживал деньги жены?» — он усмехнулся:

— А кто сказал, что просаживал? Флинту хватало своих.

— Он богат? — удивилась Фрида.

— Неплохо зарабатывает.

— Чем? — в один голос удивились девушки.

Чем мог зарабатывать этот ботоксный красавчик?

Ларс рассмеялся:

— Учит других жить.

— Что делает? — В голосе Фриды недоверие.

— Он психотерапевт, скорее даже нейропсихолог, во всяком случае, диплом у него именно такой.

— Он не производит впечатления серьезного специалиста по нейропсихологии… — Линн налила себе кофе и села на диван. Фрида обратила внимание на то, что села не вплотную к Ларсу, как обычно. Что-то у этих двоих все же не в порядке…

Ларс словно уловил ее сомнения, протянул руку к Линн:

— Иди ко мне.

Обнял жену как ни в чем не бывало, поцеловал в голову. Значит, показалось.

— Психологам не ставят штампы на лбу, чтобы отличить от других. А то, что он любитель выпить и заняться сексом, говорит только о его характере, но не о профессии. Флинт ведет прием как психотерапевт. Он, конечно, не очень известен среди специалистов, но популярен у… как вы думаете, у кого?

— У женщин, — усмехнулась Линн.

— Конечно, его клиенткам все равно, какие лекарства пропишет Флинт и пропишет ли вообще, главное — общение. Кстати, за закрытой дверью и сугубо без свидетелей. А лекарства — плацебо, только чтобы не навредить, либо то, что выписывают все остальные.

— Откуда у тебя такие сведения?

— Ты забываешь, что с моим фондом сотрудничает немало толковых специалистов. Имя Андреаса Флинта вызывает у них в лучшем случае улыбку. И совет: жену к нему не подпускать и близко. Ты поняла, дорогая? — Это уже Линн.

Та только фыркнула:

— Я же к нему на консультацию не отправляюсь.

— Думаю, он тебя никак не примет, не рискнет. Но для нас главное, что у Андреаса Флинта не было мотива убивать свою супругу, они друг другу не мешали. Надо искать в другом месте.

Фрида подумала: если вообще надо…

Бритт хватило на гораздо меньший срок, чем предполагала Фрида, уже через два дня она примчалась обратно. На вопрос «за вещами?» только мотнула головой:

— Домой.

Фрида не стала ничего спрашивать, произошло то, что и должно произойти. Но Бритт требовалось выговориться, и подруга поняла, что предстоит длинная эпопея разборки неправильного поведения родственников Юхана. Выбора не было, пришлось выслушивать.