Бархат
Шрифт:
— Нет.
— Если ты забеременеешь…
— Этого не будет, у меня не может быть детей. Из-за этого гиперсексуальность, как компенсация природы.
Ей было очень горько сознаваться в таком, но Фрида понимала, что нужно.
Он снова лег на бок, прижал ее к себе:
— Значит, будем трахаться день и ночь. А когда станет невмоготу, кого-нибудь усыновим. Или удочерим. Лучше то и другое.
Фрида просто ахнула. Х не намерен расставаться с ней? Он словно почувствовал ее сомнение:
— Не могу даже представить кого-то на твоем месте.
— Хозяин, ты маску снять не хочешь?
— Пока нет, всему свое время. Все идет по плану. Ты еще должна многому научиться, прежде чем…
— Что?
— Ничего, пойдем в душ.
По пути в ванную уточнил:
— В воде трахается хорошо.
В душе Х снова был в маске, хотя Фрида прекрасно помнила, что ночью в темноте он маску снял.
Х бережно вымыл ее, потом потребовал, чтобы в ванне в воде уселась сверху. И все же Фрида сказала стоп-слово. Это случилось, когда Х попытался насадить ее на член, но анальным отверстием. К этому Фрида не была готова. Сказав стоп-слово, замерла. Он спокойно кивнул:
— Боишься? Хорошо.
И воспользовался «положенным» отверстием.
Фрида вдруг почувствовала себя защищенной, стало спокойно. Стоп-слово действует, значит, ей ничего не страшно. И вдруг стало даже жаль, что она остановила Х, может, и правда в воде все делается легче?
У Фриды был печальный опыт анального секса, еще в юности все случилось без подготовки, было очень больно не только во время секса, но долго после. После этого, как и после неудачной попытки минета, когда она едва не задохнулась и полчаса кашляла, приходя в себя, Фрида зареклась заниматься и тем, и другим. Сейчас она прекрасно понимала, что придется, но всячески оттягивала этот момент.
— Как можно заниматься делами, проведя полдня и ночь с такой любовницей? — шутливо возмущался Х утром. — Я словно после секс-марафона. Ты одна стоишь десятерых, хотя еще ко многому не приучена.
— У тебя был опыт общения с десятью?
Удивительный человек, он только что был ласковым любовником, нежно поглаживающим ее ягодицы, кстати вполне пришедшие в себя, и вдруг резкое движение, и ее голова за волосы притянута к его лицу. Глаза в прорези маски бешеные.
— Ты никогда не будешь задавать вопросы на эту тему! Никогда не будешь интересоваться тем, где и как я набрался сексуального опыта и скольких партнерш имел. Достаточно того, что я совершенно здоров и таковым останусь. Запомнила?
— Да.
Он отпустил волосы и добавил уже спокойней:
— Сколько бы ни пробыли с тобой вместе, хоть до конца жизни, я для тебя начал существовать в тот момент, когда подошел в клубе и погладил задницу.
Если честно, то она испугалась этой ярости. Х, видно, понял, усмехнулся уже по-доброму:
— Фрида, ну подумай, что ты будешь чувствовать, если начнешь представлять меня, трахающим вереницу красоток. Я хочу, чтобы ты воспринимала меня именно так: только с момента встречи в клубе. И никогда не задумывалась
— Да.
— Молодец. Иди сюда. — Поднял ее кофточку, довольно кивнул, убедившись, что она без бюстгальтера. — Давай прицепим зажимы с колокольчиками? Если будет невмоготу, просто снимешь.
Но достав зажимы, помотал головой:
— Сначала я.
Намученные соски болели, но все равно с радостью приняли боль, которую доставили его губы и язык. Х даже легко покусал соски.
Занимаясь грудью, расстегнул ее джинсы и спустил с бедер, Фрида переступила через упавшие брючины. Разве можно сопротивляться, когда над тобой колдуют эти губы и эти руки?! За джинсами последовали кружевные трусики.
Посадив ее на стол, на котором вчера она пыталась удержать тающие льдинки, Х взялся за свои брюки…
— Я никогда не перестану тебя хотеть.
И все-таки зажимы он закрепил, повторив:
— Снимешь, когда устанешь. Только не переусердствуй, ты у нас слишком терпеливая. Ну-ка, подвигайся, чтобы звенели.
Понятно, что под одеждой колокольчики звенеть не будут, хотя Фрида не представляла, как замаскировать их, чтобы не выпирали. Было прохладно, возможно, стоит надеть более толстую и просторную кофту, и все.
Красная машина как признак ссоры
— Ларс, телефон! — позвала мужа Линн.
— Я не могу, ответь или выключи. Скажи, что перезвоню.
Ларс никогда не берет телефон в душ, тот остался лежать на столике. Линн пора уходить, после бурной ночи спешила к малышке, чтобы хоть несколько часов провести с Мари. Подруги правы в своих сомнениях — имея маленькую дочку, очень трудно работать полноценно. Пока выручала бабушка, а что дальше?
Линн взяла телефон, чтобы выключить, но увидела на экране знакомое лицо. Карин?.. Почему она звонит Ларсу?
— Карин?
— Да… — протянула та. — Мне нужен Ларс.
— Я Линн. Зачем вам Ларс?
— Он обещал провести еще сеанс БДСМ. Хотела договориться с ним о времени.
— Сеанс БДСМ? — У Линн просто голова пошла кругом. — С вами?
— Да, как в прошлый раз…
— Когда был прошлый раз?
Она понимала, что девушка сейчас просто отключится, но не спросить не могла.
В голосе собеседницы послышались насмешливые нотки:
— Вообще-то давно, сразу после нашего знакомства, помните? Он вам разве не рассказывал?
Вот теперь голова закружилась по-настоящему. Она поспешно пообещала, что Ларс перезвонит, и отключилась.
С Карин они познакомились случайно, когда сама Линн была на восьмом месяце беременности. Девушка сразу просто прилипла к Ларсу, доставив своей настойчивостью немало неприятных минут Линн. Она и не подозревала, что муж дал красотке свой телефон, хотя слышала, как та расспрашивала о БДСМ-связываниях.
Говоря Бритт о тех, кто старается отбить красавца мужа у беременной жены, Линн имела в виду прежде всего эту девушку.