Бархат

Хансен Эва

— Ларс, я ставила одно-единственное условие: что ты не будешь приводить своих шлюх туда, где бываю я!

— Следи за своими словами. Карин журналист, и ее прислал Алан.

Линн повернулась к обомлевшей Фриде:

— Этот клуб сняла на время показа я, и я вправе выбирать, кому здесь находиться, а кому нет. Пусть охрана проследит, чтобы Карин ушла немедленно. Будет сопротивляться, пусть просто вышвырнут!

— Хорошо, Линн.

Фрида отправилась к охранникам, а Ларс резко повернул к себе жену за плечи:

— Как ты себя ведешь! Это глупо, Линн!

— Я

защищаюсь, Ларс. Не желаю, чтобы мой муж приводил на мои мероприятия ту, что на весь мир объявила о вашей любовной связи. — Линн дернула плечом, освобождаясь от его руки, и поднесла к уху телефон, ожидая ответа Алана. — Алан, это Линн. Что происходит? Днем ты заливался соловьем, заверяя, что я лучший репортер из всех, кого ты знаешь…

— Да, я жду! Целую страницу тебе оставил!

— Тогда зачем ты прислал Карин? Извини, Алан, но я просто выставила ее вон.

— Я не присылал Карин.

— Не ты? Значит, Ларс привел ее по собственной инициативе?

Алан что-то горячо говорил в трубку, почти кричал, Линн пришлось отнести трубку от уха, но она тут же потребовала:

— Перестань кричать, Алан! Все, о чем мы договорились, ты получишь сразу после окончания показа, с остальным я разберусь сама.

Она отключила телефон, засунула его поглубже в сумку и повернулась к Ларсу:

— Извини, сорвала твоей красотке репортаж, а тебе, видимо, свидание. Мне пора. Завтра я подам на развод.

— Линн, это глупо! Я просто помог Карин пройти, я же не знал, что ты…

Она не стала слушать:

— Я знаю, что ты считаешь меня глупой, так и есть, Ларс. И мне действительно пора поумнеть.

Линн подхватила камеру, сделала несколько быстрых резких выдохов, чтобы успокоиться, потому что звучали первые аккорды сумасшедшей музыки, а зал внизу взвыл, предвкушая зрелище, и бегом спустилась по ступенькам подиума.

Ответить Ларс не успел, Линн уже была среди фотографов, причем дюжие охранники обеспечивали ей лучшее место. Засверкали вспышки камер, и на подиуме появился Магнус в тех самых сапогах с вырезанной пяткой, бархатном жилете, шортиках с кружевной отделкой и в маске. Рев присутствующих, кажется, заставил сработать сигнализацию чьей-то машины, припаркованной рядом с клубом. Крики и восторженный свист заглушили даже музыку, пришлось прибавить громкость.

Теперь ревели динамики, и ревела толпа у подножия подиума. Каждый следующий выход вызывал все более бурную реакцию.

Но Ларс не слышал даже этого, он не замечал ни того, какие парни демонстрируют какие модели, не замечал сходившей с ума толпы зрителей, он видел только Линн, работающую у подиума. Она то отходила, насколько это вообще было возможно, то подходила ближе, то вообще поднималась на ступеньки подиума, чтобы снимать оттуда. Линн, как хозяйка, была единственной, кому это дозволялось.

Ушел за кулисы подальше, набрал номер Алана, тот ответил сразу:

— Ларс, какого черта ты притащил туда Карин?!

— Я притащил? Она сказала, что пришла сделать репортаж, а в клуб не пускают. Ты же сам утром звонил?

— Звонил, потому что не мог дозвониться до Линн. Если

бы ты слушал внимательней, то понял, что я просил тебя посодействовать, чтобы Линн сделала репортаж, который обещала. Линн, а не Карин!

Ларс даже застонал. Алан, видно, понял, что произошло.

— Ну, старик, я тебе не завидую. Только об одном прошу: у Линн классные снимки, скажи, пусть пришлет, хоть без текста, сам напишу, только пришлет, я страницу для нее держу.

Показ не был долгим, все же моделей у Петры нашлось немного, подруги спешно помогли создать еще, несколько вариантов сделали сами парни, но все равно зрителям показалось мало! Зал свистел и требовал просто повторить!

Линн влетела за кулисы:

— Магнус, повторяйте, не то они нас просто разнесут.

— А что, мы можем, правда, парни?

Те хохотали:

— Линн, для вас хоть пять раз.

— Пять не надо, оглохнем, а еще раз можно.

Показ продолжился. Снова сходила с ума толпа, но теперь Линн уже не снимала, она помогала переодеваться, выпускала, поправляла макияж, что-то одергивала. Это был прекрасный способ забыться, не вспоминать о том, что Ларс не сдержал своего слова, что привел ненавистную Карин, следовательно, их отношения не были ее блефом, мало того, продолжались. Думать об этом невыносимо, и лучший способ не думать — полностью погрузиться в работу.

Но закончился и повторный показ, пришло время выходить авторам. Петра, Бритт и даже Фрида вышли вместе с моделями, раскланивались…

Линн попыталась спуститься вниз, чтобы сфотографировать поклоны, как обычно бывает на показах, но ее вытащили на подиум прямо с камерой. Магнус просто наклонился и протянул руки:

— Подойди.

Она скорее догадалась, чем услышала среди восторженного рева толпы, шагнула к подиуму, решив, что приятель хочет быть сфотографированным с близкого расстояния, но парень подхватил ее и поставил рядом с собой, заорав в толпу:

— Вот кто организовал здесь все! Без нее ничего не состоялось бы.

Свист и вопли просто оглушили…

Линн не стала выходить «на бис» несколько раз, ей пора отправлять материал в редакцию. В суете никто даже не заметил, как она скользнула в дальнюю раздевалку, чтобы скачать отснятое и выбрать снимки для журнала, а также быстро изменить заготовленный текст. Успех показа оказался феноменальным, такого не ожидал никто, в репортаж следовало кое-что добавить…

В девушке взыграла журналистка, каковой она и была, пусть недоучившаяся, но все же.

Отобрать снимки оказалось не так-то просто, удачных получилось так много, что хватило бы на десяток журналов. Линн уже сбросила восемь фотографий Алану, чтобы выбрал из них заказанные четыре, и правила статью, когда Ларс разыскал ее.

Плотно прикрыв дверь, он подошел ближе, заглянул в ноутбук.

— Линн, нам нужно поговорить.

Она лишь слегка повернула голову, продолжая печатать:

— Через полчаса. Мне нужно отправить Алану текст.

Возразить не успел, у нее зазвонил телефон.