Бархат
Шрифт:
— Это может быть случайностью, господин Флинт? — Фрида еще не забыла свой опыт следователя, она привычно обращалась к собеседнику, словно вела допрос, забывая, что это он должен заплатить деньги, чтобы агентство работало.
Флинт улыбнулся, показав отлично отбеленные зубы:
— Зовите меня просто Андреас, пожалуйста. Возможно, это была случайность, но…
— Что вызывает у вас сомнения?
— Только то, что исчезла помощница Аники Лора Трувассон, которая вела все дела в стокгольмской
— А есть другие?
— Конечно! — Флинт произнес это таким тоном, словно сам вопрос был оскорбителен. — У нас клиники в нескольких странах Европы — в Германии, Голландии и Дании.
— Чем конкретно занимается стокгольмская клиника?
— Здесь так… по мелочи… А вот в Германии у нас бизнес шире, там пластические операции на всем лице и теле.
— Мы не могли бы осмотреть рабочее место Аники и ее помощницы, а также личные вещи вашей супруги?
— Пожалуйста.
— Где живет помощница и есть ли у нее семья?
Флинт снова показал белоснежные зубы, разведя руками:
— Понятия не имею. Я не касался персонала клиники, Аника на этом настаивала. И уже тем более не интересовался семейными делами сотрудниц.
От Фриды не укрылся взгляд, который украдкой метнула на отца Петра. Ясно — Флинт врет, но в том, что у этого лиса рыльце в пушку, Фрида не сомневалась и без выразительного взгляда дочери. Достаточно обратить внимание на то, как Андреас Флинт ощупал взглядом фигуру Бритт, появившейся в комнате.
— Привет, Петра. Ну что, Фрида, вы договорились?
— Пока нет. Господин Флинт слегка обозначил проблему, а я спросила, в каких рамках мы можем действовать.
Действовать им разрешили почти без рамок.
— В клинике можете осматривать что угодно, кроме тех мест, куда вас не пустят из соображений стерильности. Беседовать можно только с теми пациентками, которые на это согласятся. Извините, это не мои ограничения, это следует из договора. Кстати, полицейские с ними беседовали.
— Следователи, — машинально поправила Фрида.
— Что?
Фрида обратила внимание на то, что при вопросе бровь Андреаса Флинта не приподнялась, как бывает обычно у людей. Отметила это тоже машинально, срабатывала привычка следователя, коим она работала раньше.
— Дело расследуют следователи. Извините.
— А… мне все равно, они сказали, что из полиции.
— Это чтобы возникало меньше вопросов. А доступ к финансам?
— К чему? — Бровь Флинта все же сделала попытку приподняться, но это ей плохо удалось.
— Всегда есть вероятность, что человека устранили из-за каких-то финансовых вопросов, особенно если этот человек не беден и ведет столь… столь своеобразный бизнес, как пластическая хирургия. Возможно, финансы помогут распутать этот клубок.
— Какие
— Прежде всего, клиники.
— За какое время?
— Скажем, за последние месяц-два.
— Хорошо, я попрошу подготовить выписки со счетов за два месяца перед гибелью Аники. Еще что-то?
Фрида хотела сказать, что предпочла бы иметь выписки и с их личных счетов, но промолчала, понимая, что это будет перебор. Ладно, позже можно будет попросить.
— Еще, если возможно, список ваших друзей и тех, с кем в Стокгольме общалась, особенно в последнее время, Аника.
— Всех не смогу, у нее слишком много знакомых, к тому же я не знаю, с кем она могла общаться, мы не контролируем друг друга, но кого вспомню — напишу. И Петра тоже, — Флинт обернулся к дочери, словно ища поддержки. Та кивнула, от Фриды не укрылась чуть ехидная усмешка девушки.
Ясно, скелет в шкафу у папочки метра два ростом.
— Договорились. А кто нас познакомит с сотрудниками клиники?
— Ханне, есть такая администратор, у нее данные на всех, кто работает… работал с Аникой. Я предупрежу. Список знакомых Петра пришлет вам по электронной почте.
— Господин Флинт, лучше лично.
— Почему, вы не доверяете Интернету? — Флинт смотрел на Фриду пристально, словно девушка говорила о том, что ему самому неведомо.
— Нет, нам нужен не только список, но и краткие пояснения. Понимаете, прочитать в нем, например, Фрида Волер, вовсе не значит понять, кто это и какое отношение имеет к Анике.
— Да, конечно, но тогда придется заехать завтра ко мне, я расскажу.
— Когда и куда? — Ручка в руке Фриды зависла над страницей ежедневника.
— Я позвоню.
— И еще вопрос: вы сказали, что исчезла помощница Аники Лора Трувассон? Кого можно расспросить о ней?
— Ханне. Я с этой Лорой знаком не был, сказать ничего не могу. А ты? — Флинт повернулся к дочери, та равнодушно пожала плечами.
Подписав договор и документы на задаток для начала дела, Флинт поспешил удалиться. Фриде показалось, что его лицо устало… Что за странный субъект?
— Свобода закончилась? — рассмеялась Фрида.
— Ты о чем?
— Я о Линн, Ларс больше не отпустит ее от себя дальше двух шагов? — усмехнулась Фрида, наблюдая через окно, как Флинты садятся в машину.
— Она звонила, сказала, что приедет позже. У нее семья и ребенок, — пожала плечами Бритт, словно Фрида о такой «мелочи», как семья Линн, могла забыть.
— Ну, пойдем разыскивать помощницу Аники Флинт сами. Не может быть, чтобы ее данных не было в клинике, людей не принимают на работу без документов, тем более в такое место.