Башня тишины

Джафаров Рагим

— А что значит «исчез»? Не донесли?

— Не знаю, вероятнее всего. Либо донесли и спрятали.

— Зачем?

— Какая религия преобладает в Азербайджане? — хмыкнул Руслан.

— Ислам.

— Ну вот и ответ. Не было у зороастрийцев причин полагать, что последователи последнего пророка их не добьют. Огонь скрыли от непосвященных, чтобы разжечь его, когда придет время битвы с тьмой.

— Ай, да-а-а… — встревоженно протянул Дауд. — Красиво говоришь, как будто сам видел!

— Ну вон, в комнате у Амины чем тебе не священный огонь. Воняет только.

Мы долго тут пиздеть будем или пойдем уже, пока храм не закрыли, а?!

— Не ругайся, да-а-а! — зашипел Дауд и достал из пачки еще одну сигарету. — Ты домой лететь не хочешь?

— Да что происходит? — удивился Руслан. — То ты хочешь найти Амину, то отговариваешь меня.

— Тебя ни за что во все это втянули. Вас убьют всех. — Дауд открыл окно, чтобы проветрить, и салон наполнил зловещий вой ветра.

— Не понял? — Руслан почувствовал неприятную слабость в коленках.

— Твой отец с плохими людьми связался. Я узнал, кто вчера был на ужине. Орхан помнишь?

— Ну?

— Он из «Бозкурта».

— Это что такое? — уточнил Руслан.

— Террористы, не слышал разве? Турки.

— Господи! Да что за дурдом? Террористы, британцы, похищения, что происходит?

— Ай, да, попроще спроси! — разозлился Дауд. — Я просто охранник!

— Был бы просто охранник — тебя бы уволили давно к чертовой матери, — неожиданно для себя самого сказал Руслан. — Не прибедняйся. Это они машину взорвали?

— Нет, — Дауд цокнул языком. — Либо сделали это так, что мы не поняли. Сегодня экспертизы, проверки-мроверки были. Нет следов взрывчатки. Самовозгорание.

— Это как? Ехал «Майбах» по дороге, загорелся, и пиздец! Нету больше «Майбаха», и сказочке конец?

— Не ругайся, да-а-а! Что у тебя за язык змеиный?! Ядом плюешься, да, не разговариваешь!

— Че там с машиной? — перебил Руслан.

— Какая-то неисправность, не знаю, — раздраженно бросил Дауд, но быстро остыл и продолжил спокойным, задумчивым голосом: — Но не взрывчатка. Уезжай, Руслан-муэллим. Я сам Амину искать буду. Если ты направление правильно дал, я раскопаю.

— Уезжай так уезжай, — хмыкнул Руслан. — Мне как будто больше всех надо. Ну пошли уже мобедов искать, потом за котом заеду и свалю отсюда. Сами тут варитесь.

— Мобедов?

— Мобед, он же мубад, — тоном лектора начал Руслан. — Зороастрийский священник. Запомните, дети.

Он попытался открыть дверь, но та не поддалась. Она точно не была заблокирована, замок отщелкнулся, но вот дальше она не поддавалась.

— Тяжело идет, немножко перекосило. Броня, да, — извиняющимся тоном пояснил Дауд.

Он выскочил из машины и помог Руслану с дверью. А заодно в очередной раз поддержал, чтобы тот не упал. На этот раз его чуть не сбил с ног ветер.

— Буря, что ли?!

— Нет, — возразил Дауд, ему приходилось сильно повышать голос, чтобы перекричать ветер. — Город ветров же. Это ты не видел, как зимой дует. Легкие женщины из дома лишний раз не выходят, чтобы не унесло. Поэтому азербайджанцы пышных любят, да! Чтобы каждый раз жену в Туркменистан ветром не уносило.

—

У тебя месячные, что ли? — удивился Руслан. — То ты ноешь, то ты шутишь.

— Идем, да! — цокнул языком Дауд.

— Куда? Описывай!

— А что тут описывать? Стены! Каменные. Треугольником расположены. Внутри двор, помещения какие-то. Раньше тут останавливались паломники и караваны, сейчас музей. В центре двора… Как сказать… Четыре колонны и крыша, да. Купол. Под ним огонь горит.

— Чахартак! — Ветер стих, и Руслан с удовольствием пояснил в наступившей тишине: — Четыре колонны с куполом. Типично сасанидская архитектура. Давай спросим у кого-нибудь про мобедов.

— Не вижу никого… Хотя ворота открыты… Ты тут жди, я поищу.

Дауд пошел куда-то, а Руслан потоптался на месте, не зная, куда себя деть. Прислушался, уловил знакомое уже шипение огня, горящего от газа. Подошел ближе, чтобы принюхаться и выяснить, весь ли местный газ воняет гнилью.

Он аккуратно приблизился к чахартаку и вдруг почувствовал чье-то присутствие. В шуме огня он различил шарканье подошв. Судя по всему, внутри кто-то стоял. Человек, вероятно, не скрывался, но Дауд его не заметил за огнем.

— Здрасьте, — поздоровался Руслан.

— Зачем ты пришел? — вполне себе по-русски спросил незнакомый, дребезжащий, старческий голос. По цвету какой-то пыльно-серый с коричневым. И будто бы приглушенный чем-то.

— Ищем кое-кого, вы не видели тут… — Руслан понял, что не сможет описать Амину, а Дауд, как назло, куда-то запропастился. — Мне нужен мобед.

— Зачем? — все так же строго, если не сказать грубо, поинтересовался незнакомец.

— Тебя ебет или интересует? — не выдержал Руслан.

— Открой глаза.

— Я слепой.

— А я мобед. Открой глаза!

— Ну, ожидаемо, — вздохнул Руслан. — Ладно, извините. Я ищу сестру…

— Открой глаза! — повысил голос мобед.

— Да на! — Руслан снял очки, максимально широко распахнул глаза, чтобы чертов дед увидел их. Сам он рассмотреть собеседника не мог, в серой мути отражались отблески огня, вот и все.

— Обернись.

— Чего? — растерялся Руслан. Он ожидал совсем другой реакции.

— Обернись!

Руслан молча обернулся. Он просто слишком устал для споров. В привычной непроглядной мути, позволяющей в лучшем случае различить цвет чего-то большого на расстоянии метра, он ничего не увидел.

— Ух ты! — воскликнул он. — Ни хера не вижу!

— Смотри внимательно.

— Дед, ты издеваешься, что ли?!

Он хотел было повернуться, но вдруг… увидел фиолетово-красную точку где-то вдалеке. Судя по расположению, довольно высоко над горизонтом. Точка медленно росла, Руслан всматривался в нее отвыкшими от нагрузок глазами, отчего сразу же заболела голова.

Точка пропала. Как будто скрылась за преградой. Потом возникла, к тому моменту сделавшись размером с монету. И стала быстро расти. Руслан пригляделся и понял, что это что-то вроде овала, но оно совсем не однородное. Красный, фиолетовый и черный цвет образовывали смутные очертания человека.