Бастарды
Шрифт:
– Ну да. Ведь, помимо тренировочного двора, в замке есть еще скотный двор, птичник, винные погреба, ледник, амбар и много всего другого. Вот все это и находится в ее управлении. А я, как казначей замка, управляю всей этой братией, получая все необходимые знания о состоянии наших складов и подвалов, что называется из первых рук.
– Великий клинок! Как же раньше все было просто, – схватился за голову Ал-Тор, – а ведь все началось с одного семейного кузнеца. Ну почему вам не живется спокойно? Зачем так все усложнять?
– О чем вы, мастер. Разве это
– Для тебя, может быть. Но что я буду делать, если окажусь один, без помощников?
– А почему вы должны остаться без помощников? Весь этот народ теперь отсюда и палкой не выгонишь, – усмехнулся старик, – поверьте мастер, люди, прожившие год в вашем уделе, молят богов, прося послать вам долгих лет и могучего здоровья.
– Хотелось бы верить.
– Как не сомневайтесь, но это так. Ведь простым кметам немного нужно. Крепкий дом, надел земли, невысокие налоги и уверенность, что их детям ничто не угрожает.
– Ну разбойники, это понятно.
– Разбойники – это только одна беда, мастер. Налоги, недород, болезни, падеж скота, пожары, да много всего. А самое главное – это уверенность в том, что их детей не продадут в рабство просто так, из прихоти, не убьют ради забавы, что у их детей всегда будет кусок хлеба и крыша над головой.
Вы не знаете, мастер, как живут эти люди в других уделах. Вы мастер боя и живете только боем. Я не виню вас. Наоборот, я восхищаюсь детищем старого Расула. Он и сам был мастером, но вы превзошли его еще там, в Кортесе. У каждого свой путь.
Ваш путь, быть владетелем, мастером, о котором будут слагать легенды. Но я хочу, чтобы в этих легендах звучало не только почтение к вашему мастерству воина, человека, способного только убивать, но и благодарность людей, которым довелось жить под вашей рукой. Которые жили, не ползая на коленях, боясь получить удар кнута, а склоняли головы в благодарность за вашу защиту и доброту.
– Знаешь, старина, иногда я просто боюсь твоих мыслей. Никогда не знаешь, что ты придумаешь в следующий момент. Начали с замка, а закончили легендой. Да, ты не мелочишься. Только думаю, если легенда и сложится, то только как о правителе, а не как о воине. Я ведь не участвую в турнирах, не рвусь к славе, не бегу на войну, хотя, по слухам, в столице уже начали готовить войска.
– Откуда вы знаете? – неожиданно побледнел казначей.
– Ты чего, старина? – растерялся Ал-Тор. – Тебе плохо? Позвать кого-нибудь, чтобы принесли воды?
– Нет. Не надо воды. Просто скажите, откуда вы узнали про войну? Я же запретил им говорить вам. Этого я и боялся! Проболтались! Ифритовы отродья! – горячился старик, понося всех участников поездки на чем свет стоит.
– Успокойся, старина. Они ничего не говорили. О войне я знал еще до того, как мы съездили к соседям.
– Но как? Откуда?
– Ты можешь узнать о ценах на зерно, не выходя из своего кабинета, а я о войне. Ты сам сказал, у каждого свой путь. Вот я и следую своим путем.
– И вы отправитесь туда, мастер? Вы примете участие в этой войне?
– Не знаю, – честно
– Прошу вас, мастер, не ввязывайтесь в эту авантюру. Вы правы, это не ваша война. Клянусь вам, случись нападение, я первый бы сел на коня, пусть даже для того, чтобы напороться на меч в первой же схватке. Но не в этот раз. Умоляю!
– Да что с тобой, старина? Ты ведешь себя так, словно был у гадалки и та уже напророчила мою смерть.
– Нет, мастер. Я не хожу к гадалкам. Просто я видел много войн. Сейчас в столице начался выбор первого бойца. Идет большой турнир, и победитель будет назначен первым бойцом. А это значит, что перед каждым боем вы должны будете сражаться с первыми бойцами противника. Один на один.
– И что? – не понял Ал-Тор.
– А то, что победителя частенько расстреливают из арбалетов. Избавиться от лучшего бойца противника – значит заставить его войско потерять голову от ярости. В войне ярость плохой советчик. Солдаты перестают слушать команды и рвутся вперед, чтобы побыстрее добраться до вероломных подонков, а это уже почти победа противника. Прошу вас, мастер, не надо.
– Ты говоришь так, словно я уже выиграл этот турнир и назначен первым бойцом.
– Я даже не допускаю мысли, что может быть по-другому. Именно поэтому я и прошу, не надо.
– Он прав, мастер, – вмешался в разговор Топ-Гар, – поймите, если с вами что-то случится, нам всем останется только броситься на свои мечи.
– Вы хотите создать школу? – неожиданно спросил казначей. – Мы построим школу. Я выдам деньги, и стройку начнем уже завтра. Эта будет школа, равной которой нет во всей империи. Арена, термы, силовой и гимнастический залы, столбы – все, что прикажете, только не ввязывайтесь в это дерьмо.
– Пытаешься купить меня, старина?
– Нет, мастер. Пытаюсь сдержать данную клятву.
– А если я поймаю тебя на слове и потребую построить школу? Именно такую, как ты сам описал? Что тогда?
– У вас будет такая школа, – ответил старик, твердо глядя Ал-Тору в глаза.
– Открыть тебе маленький секрет, старина? – неожиданно улыбнулся Ал-Тор. – Ты слишком плохо меня знаешь. Я знал о войне раньше тебя и не сбежал, понимая, что несу ответственность за всех вас. Вы считаете меня незрелым юнцом, который сам не понимает своих желаний, а я давно уже вырос, и если иногда позволяю себе капризы, то только потому, что мне становится невыносимо скучно. Отец вырастил из меня воина, и я ничего другого не умею. Меня не привлекают счета, свитки, возы сена, туши мяса и тому подобные дела. Именно поэтому я и начинаю искать противников. Не приключений, а именно противников. – И помолчав, добавил: – Успокойтесь. Я уже сказал, это не моя война.