Бастарды
Шрифт:
Отбив два удара, Ал-Тор сделал шаг назад, уходя от третьего. Именно этого и добивался барон. Вонзив меч в песок, он моментально выхватил кинжал и метнул его в противника. Все было проделано молниеносно, но реакция юноши оказалась на порядок быстрее скорости движения барона.
Не веря противнику ни на грош, Ал-Тор ожидал чего-то подобного, поэтому, когда барон вместо того, чтобы развивать успех и атаковать, вонзил меч в песок, даже улыбнулся, мысленно поздравив себя с правильной оценкой врага. Ему осталось только
Кинжал, брошенный опытной рукой барона, рассерженным шмелем прожужжал над головой юноши. Уже пропустив оружие над головой, Ал-Тор вспомнил, что у него за спиной стоит Такеши. Отскочив в сторону, он моментально обернулся, открыв рот, чтобы предупредить Такеши об опасности, но бывший телохранитель оказался на высоте.
Перекинув пику в правую руку, Такеши чуть сместился и перехватил летящий кинжал. Все это было проделано спокойно, без суеты. Островитянин просто поднял руку и поймал кинжал, словно выдернув его из воздуха.
Усмехнувшись, он подкинул оружие в руке и подмигнул Ал-Тору, убирая клинок за пояс. Жестко усмехнувшись, Ал-Тор развернулся к барону и, подняв меч, атаковал. В два удара он выбил эсток из рук барона, заставив его отскочить в сторону, зажимая очередную рану.
Подбросив барону эсток мыском кованого сапога, юноша молча ждал, когда тот изготовится к бою. Но стоило барону поднять оружие и встать в стойку, как все повторилось.
Наконец, Ал-Тору надоела эта бессмысленная игра. В очередной раз выбив у барона меч, юноша сломал ему вторую руку. Сообразив, что это – конец, барон упал на колени и громко, по-звериному завыл. Так воет попавший в капкан, смертельно раненный зверь.
– Заткнись, подонок. Убивать беззащитных, это все, что ты можешь. Трусливая тварь, сумей хотя бы сдохнуть, как мужчина, – прорычал Ал-Тор, взмахивая мечом.
«Крылья бабочки» – так называется этот прием. Но попавшему в смертельный вихрь этих крыльев было уже не до поэтических названий. Тело барона распалось на несколько фрагментов, но он был еще жив. Последний удар отсек голову.
Ал-Тор опустил меч и медленно побрел по кровавому песку к кромке прибоя.
– Мастер! – негромко окликнул его Такеши.
Юноша медленно повернулся и, взглянув на островитянина, хрипло прошептал, улыбаясь слабой, потерянной улыбкой:
– Вот и все, друг. Вот и все. – Юноша медленно поднес левую руку к лицу, словно хотел стереть пот, заливавший глаза, но не успел этого сделать. Покачнувшись, Ал-Тор рухнул на песок, так и не выпустив из рук меч.
Такеши успел к нему первым. Подбежав к упавшему Ал-Тору, он подхватил юношу на руки и быстро перенес в тень. Осмотреть тело ему мешала кровь, покрывавшая торс юноши почти сплошной коркой.
Вскочив на ноги, Такеши рявкнул на протянувшего было руку Топ-Гара:
– Не смей трогать его! Прикажи расстелить попону. – И бегом понесся
Уже через минуту из-за камней появились все трое. Такеши нес в руках свой неразлучный узелок, Юко на ходу раздирала на полосы кусок чистого полотна, Разман пришел, потому что больше не мог находиться в неизвестности.
Такеши ловко обмыл тело Ал-Тора. Собравшиеся вокруг ветераны с облегчением вздохнули. Все раны юноши были не более чем простыми царапинами. Длинные порезы не могли быть угрозой его жизни.
Удовлетворенно кивнув головой, Такеши принялся обрабатывать раны порошками, которые извлекал из своего узелка. Осторожно перевязав все порезы, он уложил юношу на расстеленную попону и, присев рядом, нашел взглядом Размана.
– Устоз, нужно придумать, как перевезти его в замок. Ехать сам он не сможет.
– Что ты несешь, толстяк? – возмутился Топ-Гар. – Поспит пару часов и в путь…
– Он будет спать сутки, может быть, дольше, – устало ответил Такеши.
– С чего ты взял? Это из-за твоих порошков, что ли?
– Нет. Мои порошки – это просто высушенные травы, которые останавливают кровь и не дают ранам воспалиться. Он вычерпал свои силы до самого дна. Теперь главное, чтобы он не ушел по этой дороге слишком далеко. Плохо, что здесь нет никого, кто может позвать его. Показать ему обратный путь. Все, кто был ему дорог, там. И теперь он сам рвется туда.
– Перестань говорить загадками. Что надо делать? – взорвался Топ-Гар. – Только не говори мне, что он умер. Такой человек не может умереть. Понимаешь? – проговорил сотник тоном ниже, увидев, как Такеши болезненно поморщился от его крика и быстро взглянул на юношу.
– Он не умер, сотник, – устало ответил Такеши. – Он вычерпал всю силу своей души. До самого дна, и теперь он бродит между мирами. Я уже говорил, все, кто ему дорог, там. Здесь его держали только данная вам клятва и просьба отца. Нам остается только ждать и молиться, чтобы он вернулся обратно. Его дух может очень долго бродить между мирами, потеряв дорогу обратно. Иногда такое случается, – тихо рассказывал Такеши собравшимся вокруг ветеранам.
Юко осторожно погладила юношу по голове и что-то спросила у Такеши на своем языке. Воин ответил, отрицательно покачав головой. Глаза девушки неожиданно наполнились слезами.
Кузнец медленно, словно боясь разбудить спящего, опустил на песок свой гердан и, опустившись на колени рядом с Ал-Тором, попытался забрать у него меч. Но это оказалось не под силу даже могучим рукам кузнеца. Провозившись несколько минут, он растерянно посмотрел на Такеши. Тот отрицательно мотнул головой.
– Бесполезно. Я пробовал. Пусть будет. Может быть, дух меча сможет указать ему путь обратно.
– Откуда ты знаешь? – тихо спросил Разман.
– Что именно?
– Про дух меча?