Байкальский экспресс

Касьянов Г.

– Следователь с ним?

– Нет, здесь. За этим бегали вчера?
– поинтересовался он, кивнув на меня.

– Ага.

– Дознаватель сильно рад будет, - ухмыльнулся парень.
– Бутылка с него.

Григорий ничего не ответил и потянул меня куда-то левей палатки. Там под широкой лиственницей стоял большой, перевёрнутый вверх дном ящик, вокруг него торчком стояли несколько чурок. Мы уселись на них. И через пару минут здесь состоялась наша встреча со следователем Мудраковым и, естественно, завязалась между нами интереснейшая беседа. В честь чего с меня даже сняли наручник.

– С какой целью вы совершили этот нелепый поступок?
–

спросил Мудраков тонким голосом.
– Я имею ввиду ваш побег.

– Который?
– поинтересовался я.
– Мне за последнее время не раз приходилось совершать побеги.

При сих словах челюсть следователя слегка опустилась вниз.

– Э-э...
– сказал он.
– Уточню. Когда вы ударили в лицо нашего дознавателя и бежали.

– В тот раз я никуда не бежал, - твёрдо заявил я.
– Этот нелепый поступок не входил тогда в мои планы.

Возникло молчание.

– М-да, - сказал, наконец, следователь.
– Где же вы были?

– А на платформе, - небрежно отвечал я.
– Влез под скамью и сидел там.

Тут челюсть следователя поползла вниз очень явственно.

– Врёшь, - тихо и угрожающе сказал омоновец Гриша.

– Зачем мне врать?
– я пожал плечами.
– Ты, Гриша, очень хотел поймать меня, помнишь? И уговаривал майора Мущепако наряд послать для моего задержания. А он не разрешил. Кстати, а где майор?

Гриша окаменел. Следователь ответил автоматически:

– В Иркутск отослали.

– Это хорошо, - одобрил я.
– Во-время. Ну, а потом приехала дрезина и на платформу положили собачку подстреленную. Тогда я вылез из-под скамьи и это... ушёл.

– Было?
– спросил Мудраков Гришу.

– Но я же Кольку на платформе оставил!
– вскричал Гриша потрясённо. Он бы тебя не выпустил!

– Это точно. Ни за что бы не выпустил, - подтвердил я.
– Но он пошёл искать палочку поровней, чтобы шину собачке наложить. Да где же её в темноте найдёшь! А я тут и вылез. И проводнику той собачки рейку ровненькую отдал, я прям под скамьёй лежал на ней. Ну, он взял, конечно. В самый раз пришлась.

Тут опять воцарилась тишина.

– От подлец, - вдруг сказал Григорий, треснул кулаком по колену и рот его пополз к самым ушам от простоватой и растерянной улыбки.
– Как надул!

– Хорошо надул, - согласился Мудраков и покрутил головой.
– А дальше что было?

– А дальше была целая одиссея, - вздохнул я и стал рассказывать, что было дальше...

Рассказывал я честно и подробно. Слушатели не то, чтобы умилялись, но слушали завороженно. Дойдя в рассказе до своего пребывания в туннеле, я не стал распространяться о муках в животе или где-либо в другом месте, и, ступив тут же на путь неправды, мигом выскочил с её

помощью на другую сторону туннеля - к виадуку. Где, к своему удивлению, повстречался с Михой и его автоматом...

Что было уже истинной правдой.

Гриша не возражал против этой маленькой недомолвки. Кажется, он был уже далёко, в усадьбе путевого обходчика, у трупа неизвестного рябого мужчины. Искал мысленно улики...

Следователя Мудракова сбить с пути логического мышления было труднее. Уточнив ряд деталей, он пожевал губами и заметил:

– Мы, собственно, сейчас вплотную занимаемся решением главной задачи: поиском наркотиков.

– Правильно делаете, - одобрил я.
– Для начала надо найти сумку, где они лежали.

Следователь посмотрел на меня проницательно, хрустнул пальцами и спросил:

–

А почему вы считаете, что наркотик был не в той сумке, что нашли у ручья?

– По двум причинам, - отвечал я веско.
– Во-первых, ни я, ни Павел Селивёрстыч из той сумки ничего не брали, значит, в ней его и не было. А во-вторых, те ребята, что сидели вот здесь, на горе, - тут я ткнул пальцем вверх, - подстрелили женщину-проводника именно потому, что она видела у курьера вторую сумку. Они, я думаю, знали, что под виадуком лежит вовсе не то, что им надо. И сильно не хотели, чтобы кто-то ещё об этом знал. К чему, в самом деле? Узнают - и кинутся все другую сумку искать. Ещё и найдут невзначай... Потом те же ребята, что стреляли в неё, замочили рябого и утащили сумку, которую я сбросил ему под ноги при побеге. Подумали, что Селивёрстыч в неё товар упаковал. Но тут крупная неувязочка у них вышла... Так что эту ценную сумку надо вам непременно искать, - закончил я озабоченно.

У Мудракова в глазах появилась печаль. Он обхватил руками колено, покачал головой и промолвил:

– Знать бы места.

– Ну не в посёлке же на двадцать девятом, - заметил я. Никто не возразил.

Пора, решил я. Созрели.

– Действительно, знать бы, - задумчиво сказал я как бы сам себе. И уставился на Мудракова. Мудраков дёрнул ртом.

– А скажите пожалуйста...
– произнёс я вкрадчиво.

– Да?
– откликнулся Мудраков.

– В той сумке, что лежала под виадуком, фонарик карманный был?

– Был, - сказал он и медленно повернул ко мне голову.

– Разбился?

– Разбился.

– Но у Григория, я думаю, в хозяйстве найдётся...

– Найдётся, - откликнулся Григорий и кинул быстрый взгляд на следователя.

– Я бы на вашем месте попробовал с фона...

Но договорить не успел.

– Попробуем, - перебил Мудраков.
– Честно говоря, не подумали. Возьми двух ребят, Гриша. Фонарь обязательно. Сообщать по начальству не надо, обернёмся быстро.

Хорошо понимают друг друга люди, работающие в одной системе. Не задав ни одного вопроса и вообще не произнеся ни слова, Григорий пружинно вскочил и исчез в кустах.

– Идёмте со мной, - сказал Мудраков, вдруг посуровев.

Мы вышли на берег моря, к тому камню, за которым пристроился парень с автоматом. Велев мне спуститься вниз, к воде, Мудраков постоял у камня и посмотрел налево и направо.

– Отвечаешь за него своей зарплатой, - сказал он омоновцу.
– Пока я не вернусь - глаз с него не спускать. Сдашь его лично мне и больше никому.

И исчез, будто растворился в нагретом, струящемся воздухе.

* * *

Миллионы лет точит Байкал волнами эти горы и эти камни. А может десятки миллионов. Чего только не было на его берегах... Гиганты древности - динозавры мезозойские бродили когда-то по его побережью. Побродили - и сгинули. Лишь позвонки громадных размеров, вылезшие из земли, попадают иногда в руки жадных до таких сокровищ учёных. Легенды ходят о пребывании великого и ужасного Чингисхана на этих берегах, и о том, что "сухою ногою перешёл он Малое море", аки Бог, к острову Ольхон, а это - добрый пяток километров в самом узком месте. А недалеко от мыса Бурхан захоронен будто бы сам повелитель Вселенной, и могила его скрыта надёжно от глаз людских... Так это или не так - кто знает, но до сих пор находят люди на берегах моря нагрудные знаки воинов-чингизидов - железные круги с выбитыми стрелами, указывающими страны света...