Беги, Франни!
Шрифт:
В голове не укладывалось:
– О ком это он?
– пока внутренний голос не прошептал:
– О тебе, Франни-кровопийца. У Арчи, как оказалось, сумасшедший нрав. Смотри, прирежет он тебя, и не как дружка - слегка и с извинениями, а по-настоящему, и ещё кол в грудь вобьёт, чтобы не воскресла…
Стало страшно до дрожи, и тут как раз заклинание отпустило: меня вывернуло тем немногим, что «вампирша» успела добыть из раны Фредди. Рыцарь развернулся ко мне, и я начала от него отползать, лихорадочно шаря рукой по полу
– Успокойся, прекрасная дама - и в мыслях не было тебя обижать. Напротив, хочу помочь, а для этого нужно внимательно осмотреть твои глаза. Не прячься, пожалуйста, Франни! Как давно у тебя появилась тяга к крови, и почему сразу об этом не сказала?
Я остановилась и, тяжело вздыхая, позволила Арчи рассмотреть свои глаза и руки, но отвечать на вопросы не торопилась. У него был удивлённый и растерянный вид:
– Странно, посмотри, Фредди - никаких внешних признаков вампира, что же тогда с Франни происходит? Может, это какая-то неизвестная болезнь, такое дело?
Шут достал из-за пазухи серебряную ложку и зачем-то приложил её к моему лбу, затем порылся в грязном кармане и вытащил ещё более отвратительного вида головку чеснока.
– На-ка, укуси!
– протянул он мне эту пакость.
– Сам кусай такую грязищу! Я чеснок могу только в соусе терпеть…
Нахмурившись, Фредди задумчиво посмотрел на Арчи:
– Не любит чеснок, это подозрительно…
Рыцарь дал ему подзатыльник:
– Довольно дурацких шуток, не пугай девочку. Я сам чеснок не переношу, и что? Говори по делу.
Шут почесал лохматый затылок, пожав плечами:
– Прости, не знаю, что сказать. Франни, может, тебя недавно кто-то покусал, а? Птица или зверь… неужели, человек?
Я вспыхнула, со всей дури наступив ему на ногу так, что от неожиданности он подпрыгнул и начал скакать, жалобно хныча:
– Твоя подружка решила оставить меня без ноги, а ведь я ей помог. Какая же несправедливость, - и при этом строил уморительные рожи.
– Никто меня не кусал. Это всё из-за пустошей - как только въехали в них, так и появилось желание попробовать кровь на вкус. Я хотела тебе всё рассказать, Арчи, но не до того было…
Арчи молчал, привычно покусывая губу:
– Что ж, раз всё началось в пустошах, значит, и кончиться должно здесь, как только мы их покинем. А пока будем за тобой присматривать, другого выхода нет. Говорили же мне, что эти места плохо влияют на людей, такое дело.
Я покорно кивнула и, наконец, спросила, что там у них случилось на дороге, раз повозка так резко остановилась. Арчи и Фредди вдруг испуганно посмотрели друг на друга, а затем, толкаясь и бранясь, практически одновременно ломанулись к выходу. Не удержавшись, я высунулась за ними. Дорога была совершенно пуста, что, кажется, удивило не только меня.
– А что там было-то?
– спросила, переводя взгляд с одного спутника на другого.
Оба
– Там кто-то стоял на дороге и махал нам рукой, вроде человек…
– Человек? Ну ты сказал! Это была красотка, такая эффектная штучка… - не удержался Фредди.
– Что ещё за «штучка» на дороге посреди пустоши? Вы с утра, пока я спала, по кувшинчику пропустили, что ли?
– у меня засосало под ложечкой - верный признак грядущих неприятностей.
– Франни права, откуда здесь взяться человеку? Наверняка это был морок пустоши, и как мы с тобой сами не догадались, стыдно, - попытался выкрутиться Арчи.
Но меня не так легко было провести:
– А ну-ка, живо рассказывай, что за морок такой. Может, и мне красавец привидится?
Задумчивый рыцарь повернулся, и его лицо выглядело крайне озабоченно:
– Это не шутки, Франни. В народе поговаривают, что мороки - предвестники беды. Я, конечно, не суеверный человек, но мы сейчас в такой ситуации, что надо постоянно быть настороже.
– Да уж, и куда смотрели мои глаза, - влез в разговор Фредди, - ведь к нашему бывшему знакомому, Пери, умудрившемуся несколько лет назад благополучно вернуться из пустошей и не заболеть, приходил тутошний морок. За день до его смерти. Он видел старуху, похожую на его покойную бабку. Та ещё была ведьма. Бедняга тогда оступился на лестнице и пересчитал головой все ступеньки, а их было немало.
Я ухмыльнулась:
– Значит, каждый видит свою смерть в том образе, которого боится? Интересно, чем вас двоих напугали женщины?
Мои спутники смутились, и я задумалась, как бы над ними ещё пошутить. Но тут увидела на дороге его– прекрасно сложенного, длинноногого, с развевающимися волосами, хотя ветра сегодня совсем не было, в дорогой чёрной одежде - Арчи, его бы я ни с кем не спутала. Он стоял, придерживая рукой шпагу, такой красивый и недосягаемый. Не фокусник, не циркач, не карлик - благородный дворянин. В его глазах стояли слёзы, а плащ за спиной развевался подобно крыльям ангела.
Одно мгновение - и он исчез. Морок, несущий смерть… Показалось, что всё это время я не дышала и очнулась от того, что Арчи тряс меня за плечи, испуганно заглядывая в глаза:
– Франни, что с тобой, ты успела поесть? Бледная, как…
– Не говори мне о смерти, рыцарь, я только что видела свой морок…
Друг всплеснул руками:
– Да не верь ты этим дурацким видениям. Пустоши - очень странное место, чего только здесь не увидишь. Из тебя вон какой симпатичный вампирчик получился. Я думаю, в этой земле есть что-то, влияющее на наш разум. Иногда мне кажется, вся пустошь - живое существо, играющее с нами в свои непонятные игры. А смерть Пери была просто совпадением, не больше…