БЕГЛЕЦ
Шрифт:
– Я не знаю чего я ожидал, – я медленно переваривал внутри себя полученную информацию, – но прошу тебя, рассказывай дальше, потому что я хочу знать всё.
– Так вот. Где-то 5 лет назад я услышала от своей знакомой, что готовится к старту потрясающий проект и он связан с перемещением во времени. Я расхохоталась ей в лицо, после чего мы поругались, но затем я стала проверять информацию уже по своим личным каналам. Естественно, ничего я не нашла. Проект был засекречен со всей возможной секретностью. Откуда о нем узнала моя подруга, я так и не узнала. Мы с ней до сих
Я кивнул. Инга упорхнула на кухню и я полюбовался её стройной фигуркой. Пока она колдовала на кухне, я пытался понять, что же такого произошло со мной и с моей женой Светланой за 15 лет, что она решила меня убить? Или … я вообще здесь, в этом времени, уже умер. Она живет с кем-то другим, а тут вдруг появляюсь я. Или… голова шла кругом, мысли кружились как карусель и никак не хотели выстраиваться в логический ряд. Мягко покачивая бедрами вернулась Инга с разносом в руках. С аромтно-пахнушим чаем и вазой с конфетами. Я отбросил все догадки в сторону и потянулся за кружкой.
– Мы пользуемся путешествиями во времени уже около трех лет,– отхлебнув чая, без предисловий начала Инга, – так что получается, машину запустили, а точнее сказали о том, что она работает, лет через десять после твоего прыжка. А твой провал это скорей всего ни что иное, как дыра образовавшаяся после посещения вашего времени одним из путешественников, я так думаю.
– То есть? – прервал я ее.
– То есть мы теперь отправляемся в путешествия во времени в отпуск, на учебу, с другими целями, под наблюдением естественно. Нас могут в любое время выдернуть, если мы будем вмешиваться в ход истории. Кроме того, все отправляющиеся в какое-либо время подписывают кучу всяких бумаг. Контрмеры весьма строгие – можно потерять все.
– Как же можно отследить человека, которого нет в твоем времени? – моему удивлению не было предела, я отставил кружку в сторону.
– Я не знаю точного принципа действия, но путешественнику с помощью инъекции в руку вводят специальный миниатюрный прибор, который передает всю телеметрию, все параметры организма, уверена он и подслушивать умеет. Если его изъять, предварила она мой вопрос, по инструкции срабатывает автоматический возвратный механизм.
– А может быть это все бутафория? Были случаи о которых писали или говорили?
– Именно из телевизионных репортажей я об этом и узнала?
– Ну, это могла быть и подстава, уж я то знаю, поверь мне.
– Ну не знаю. Ты хочешь вернуться? – неожиданно спросила она.
– А ты как думаешь?
– Не знаю, может быть, если бы я попала случайно в другое время, я не вернулась бы назад? – в ее глазах блеснула и исчезла некая искра, я решил, что лучше сменить тему.
– Как это делается?
– Что? – она отхлебнула чая.
– Как мне попасть домой? – упростил я вопрос.
– О! Это не простой процесс. Сначала идет регистрация, потом проверка. Да это и немалых денег стоит, – ответила она, – у тебя практически нет шансов, если только ты не сдашься.
– Что значит, исследуют? – удивился я.
– Как ты не поймешь, ты же уникум. – неожиданно громко воскликнула она, – ты проскользнул сквозь время, не пользуясь никакой техникой, понятно же – в тебе что-то не так. Есть что-то необыкновенное, – она с нежность посмотрела на меня.
Боже правый, она как ребенок – подумалось мне, хотя на самом деле, по-моему морочит мне голову, косит под девушку легкого поведения, а сама так хорошо обо всем осведомлена, и тут я взял и сказал:
– Ты ведь не проститутка? – я внимательно следил за её реакцией, – и слишком хорошо осведомлена обо всем, что связано с перемещением во времени.
Она так странно посмотрела на меня и тут ее прорвало. Слезы полились из её глаз как из ведра, их был целый водопад и моя рубаха промокла насквозь. В конце концов, когда она смогла говорить я услышал:
– Прости меня пожалуйста, прости, – да что здесь происходит, черт возьми? Из крайности в крайность бросается моя новая знакомая, я отстранил её от себя.
– Давай по порядку и без слез, пожалуйста, – я большими пальцами рук вытер ей глаза и внимательно в них всмотрелся. Кошмар, я вправду влюбился. Стоп.
– Я, психолог, – всхлипывая поведала мне она.
– И? – я вопросительно посмотрел на неё.
– Я часто провожу эксперименты, – затараторила она, – выбираю какую-нибудь роль и отрабатываю на незнакомых людях, выявляя различные реакции людей, на разные ситуации, провоцируя их на разные действия, я готовлю диссертацию… вот, – она сделала глубокий вздох собираясь продолжить, но я ее прервал.
– И какое это отношение имеет к перемещениям во времени, – холодно спросил я.
– Я работаю в «Таймтрониксе» – точнее в его подразделении – институте изучения времени, – она шумно выдохнула, а мне показалось, что Инга совершенно не хотела выдавать эту информацию, почему же тогда сказала?
– И почему ты все же решила это мне сказать? – не стал я откладывать в долгий ящик, мучивший меня вопрос.
И вновь слезы. Ответа я не получил. Решил оставить на потом. Мы допили чай, Инга прикурила сигарету и, когда она окончательно успокоилась, вот что я услышал.
– Можно поступить и по-другому, – она сделала глубокую затяжку, ну прям как настоящий мужик, подумал я.
– Не понял? Да выкинь ты эту заразу, – в сердцах выдохнул я.
Она потушила сигарету.
– Ну, пробраться в машинный зал и отправить тебя домой, – она выдохнула дым.
– Ты хочешь сказать что машина времени у нас под боком? – я даже привстал.
– В каждом более или менее крупном городе есть машинный зал.
– А что это за зал?– я решил сразу собрать всю информацию, чтобы ответить самому себе на самые сложные вопросы, – сколько охраны, как мы проникнем, ты что умеешь пользоваться машиной? – вопросы сыпались из меня как из рога изобилия, поскольку мне нужно было решить «быть или не быть», как говорится.