Беглец
Шрифт:
Вечерело, солнце, скрытое за облаками стало садиться и на дороге вскоре стало темнеть. Встречные повозки стали попадаться все реже и вскоре движение замерло, только мы скакали все дальше в Вернар. Я прикинул, что завтра к вечеру мы достигнем города, а поэтому решил протопать по дороге столько, сколько возможно, устроив привал только с наступлением глубокой ночи, решив выгадать несколько нужных нам часов. Святой отец все-таки решился и начал опять пытаться склонить меня в свою веру, приводя, как ему казалось железные аргументы, типа чудес или исцеляющей силы веры. В ответ на
Впереди своим магическим зрением я увидел больше дюжины человеческих аур, расположившихся в трехстах шагах от нас по обеим сторонам дороги. До меня донеслись их эмоции — азарт, напряжение и ненависть. Похоже, что мы вляпались!
— Приплыли! — сообщил я смотревшим на меня Алену с Алоной. — Впереди ждет засада.
Алона охнула, но затем взяла в руки арбалет и сосредоточенно стала его взводить. Ален глядел на нас с растерянностью, у него даже оружия нет, вспомнил я. Теперь главный вопрос: бежать или перебить?
— Почему ты так решил? — спросил священник, но я лишь поднял руку, заставляя его замолчать, и просчитывал варианты.
Это не та группа, что преследовала нас, здесь сидят люди, а гномов вовсе нет, как и магов, если только они не скрывают свои ауры. Если это профессиональные воины, то ввязываться с ними в бой рискованно только для детей, ведь их могут задеть ненароком, я же должен с ними легко справиться, применив пару магических штучек. Если же это средней подготовки наемники, как в первый раз, то для меня это будет отличной тренировкой. Короче, будем надеяться на лучшее, но приготовимся к худшему.
— Сейчас мы полезем в драку, — начал я инструктировать Алону. — Твоя задача — как только я крикну, спрыгиваешь на землю, берешь Алена за шкирку и тащишь его к ближайшим кустам слева. Только смотри, не перепутай, так как вдруг что, я буду по правую сторону бить магией, и должен быть уверен, что вас там не задену. Дальше — ты с Аленом прячешься в кустах и стреляешь из арбалета в тех, кого сможешь достать, а если на тебя навалятся слишком много, так что не будешь успевать перезаряжать, сразу зови меня. Приказ понятен?
Алона четко кивнула, только пальцы немного побелели на руке сжимающей арбалет. Ален, посмотрев на неё, тоже решительно кивнул, хотя я ему указаний не давал. Теперь разберемся с балластом.
— Святой отец, вам такой совет — падайте на землю и не пытайтесь вставать, пока все не кончится!
— Но...
— Если хотите умереть, можете не принимать мой совет близко к сердцу, — ехидно сообщил ему я и тронул лошадь, медленно продолжая движение.
Расстояние неумолимо сокращалось, я уже отчетливо слышал напряжение и дикую радость, охватывающую тех, кто сидел в засаде. Вот до неё осталось сто шагов, пятьдесят... Вот мы поравнялись с крайними людьми, сидящими за густыми кустами, вот... Большое ветвистое дерево рухнуло на дорогу, перегородив нам путь, а
— Да ну вас! Я так не играю! — огорченно воскликнул я.
Люди, выскочившие на дорогу из ближайших кустов были грязными, заросшими, вооруженными чем попало — от мечей до мотыг. Короче, они являлись почти точной копией лесных братьев, с которыми я имел сомнительную честь познакомиться еще десятицу назад. Быстро сосчитав бандитов, я догадался, что трое сидят на ближайших деревьях, естественно с луками в руках. Пока я вычислял их точное местоположение, главный разбойник надменно заявил, уперев руки в бока:
— Вы попались, голубки! Теперь отдайте нам своих лошадей и все вещи и, так уж и быть, мы вас отпустим!
Остальные глумливо заржали.
— Опомнитесь, братья, побойтесь Единого! — воздел руки священник.
— Заткнись, святоша, тебе не повезло, так что раздевайся по-хорошему и можешь идти дальше! — он заржал, видно представив себе эту картину.
— Но как же так?... — недоумевал святой отец. — Ведь Единый...
— Оставьте своего Единого в покое, — сказал ему я, найдя на ветках трех лучников. — Сейчас он вам никак не поможет.
— Вот это разумно! — похвалил меня главарь разбойников. — Хотите остаться в живых, даже и не пытайтесь рыпаться!
Я уставился взглядом в него и решил дать ему последний шанс, прежде чем начать свою тренировку.
— У меня есть для всех вас встречное предложение — вы извиняетесь, говорите, что пошутили, а затем оттаскиваете в сторону это бревно и желаете нам на прощание счастливого пути. Устраивает вас такое? Взамен вы сохраните свои жизни, так что это весьма выгодная сделка!
Главарь уставился на меня удивленно, а затем заржал, схватившись руками за живот и даже выронив меч. Следом смех подхватили и остальные разбойники, поэтому они не услышали тихий треск, с которым ломались шеи их товарищей, сидящих на ветвях, а следом — шелест упавшего лука. Отлично, без шума и пыли, подумал я, теперь буду работать клинками.
— Ну, насмешил! — утирая слезы сказал главарь. — Мы тебя даже убивать не будем, если еще раз так рассмешишь.
— Опомнитесь... — начал святой отец, но был грубо оборван разбойником.
— Хватит! Слезайте с лошадей!
Я посмотрел ему в лицо и спросил с ласковой улыбкой, заставившей того насторожиться:
— А много ли вы душ невинных загубили, человечки?
— Много, — усмехнулся в ответ главарь. — Не ты первый, не ты последний...
— Ну, тогда не серчайте... Алона!
Я подобрал ноги к седлу и оперся о него, сделав потрясающее сальто назад, приземлившись сразу позади лошади Алоны. Я увидел, что она восприняла мой приказ буквально и за шиворот стаскивает Алена с седла. Я выхватил клинки и одним взмахом снес голову тому разбойнику, что стоял ближе всех, а затем, кинувшись налево, прочертил полоски по животам еще двоих, загораживаюших проход к кустам. Пробежав пару шагов, я одним мечом отвел саблю одного мужичка, а вторым располосовал его от паха до горла. Слыша, как сзади промчались в укрытие дети, я еще раз развернулся и свалил двух разбойников, бросившихся за ними.