Бёглер
Шрифт:
– Ну-у, - в затруднении протянул Харитон, разгоняя ладонью дым перед собой, - понимаешь… ээ…
– Когда ты надел обруч, - вмешался в разговор Денис, - он взорвался и тебя контузило. После чего самоходка потеряла управление, примчалась к городу колдунов, выкинула нас из себя и расплавилась. Неустранимая поломка, что делать.
– Точно, - с серьезным видом подтвердил Харитон, - именно так и было. Взорвалось, выкинулось, расплавилось. Однозначно.
– Эх, а знаете какой мне удивительный сон приснился?
– Дастин с трудом поднялся на ноги, пошатнулся - Денис успел поддержать его.
– Будто я император чалхе и в моем подчинении находится бесчисленное
– Кадет сильно потер лицо ладонями, пытаясь снять болезненную усталость, глубоко вздохнул и продолжил уже более осмысленно:
– Еще я четко помню из того сна не только географию здешней реальности, но и расположение всяческих подземных ангаров, башенных лабораторий, глубинных туннелей… А также коды доступов в те секретные подземелья и башни. Жаль, что это был только сон, - с сожалением закончил он рассказ.
Денис и Харитон переглянулись, но от комментариев воздержались.
Мало ли чего контуженому человеку привидится?
Глава 9
Барт
Ни в какой «маленький провинциальный городок» Барт не поехал.
Решив днем необходимые дела - то есть забрав из своего жилища личные документы, все имеющиеся деньги и переодевшись в дорогу, - ближе к вечеру мастер-вор отправился на конную станцию.
Там- то он и услышал беседу двух проезжих-знакомцев, случайно встретившихся возле здания кассы. Разговоры подобного рода, как правило, неинтересны посторонним слушателям -да и то, какой им прок знать, что, скажем, некий мздоимец господин Д. наконец-то получил по заслугам, а госпожа Е. вышла замуж за коллежского регистратора? Пустые, ненужные сведения, любопытные только для тех, кто в курсе судеб господина Д. и госпожи Е. Для кого они не безразличны.
Барт и не слушал. Он разглядывал вывешенный у двери график движения междугородных дилижансов, выбирая конечный пункт по наибольшей удаленности от здешних мест. Судя по времени нахождения в пути, Барту подходили два городка: курортный Номольф, находящийся где-то в южной гористой местности, и расположенный на севере звероводческий комплекс с забавным названием Бабайск-Пушной. Лучше всего, конечно, ехать на юг - север с его ранними холодами Барта не прельщал.
Мастер- вор путешествовал налегке: обитый черным бархатом ларец он выкинул за ненужностью. Разумеется, предварительно сняв золотое кольцо, кто же подобными вещами разбрасывается? Порубленное на кусочки и сплющенное молотком в неровные диски, золото нынче было расфасовано по карманчикам нательного пояса.
Записная книжка в кожаном переплете и жезл всевластия тоже претерпели изменения. Еще днем Барт купил в торговом ларьке самоучитель из популярной серии "Обороняйся сам!" - с нарисованными на обложке двумя восточными бойцами, азартно мутузящими друг друга короткими дубинками. Оторвав обложку, мастер-вор наклеил ее на переплет записной книжки. После чего переделал и жезл всевластия, придав ему вид учебной дубинки: ударную часть обмотал толстой бечевой, а рукоять натер коровьим навозом. Отчего та приобрела полированный от многих упражнений вид, а сам жезл стал ощутимо смердеть, чего Барт и добивался. Теперь любой полицейский - из числа путевых досмотрщиков или городских патрулей - вряд ли захочет выяснять, что именно висит на поясе у Барта: действительно дубинка или нечто иное. Какой-нибудь
Решив ехать в Номольф, Барт собрался было идти к кассе, как вдруг услышал проскользнувшее в беседе господ-знакомцев название выбранного им города. Само собой, мастер-вор остался на месте, прислушиваясь и запоминая: мало ли какие интересные новости можно узнать, причем никого специально не расспрашивая. Желающие поболтать господа сами расскажут ему всяческие сплетни и слухи о том месте куда он собрался. А Барту сейчас была важна любая информация о Номольфе.
– … Не отдых, а сплошная катастрофа, - жаловался один господин другому.
– Полиция обнаружила в городе логово каких-то демонов-конструкторов и теперь свирепствует как никогда! Проверяют всех приезжающих-уезжающих на предмет демонического состояния, а документы требуют едва ли не на каждом шагу. Я, дружище, не вытерпел, плюнул на оплаченную министерством курсовку и уехал оттуда. Пропал честный отпуск, как есть пропал.
– Увы, не ты один от тех номольфовских демонов страдаешь, - сочувственно согласился второй господин.
– Не поверишь, по всем малым и окраинным городкам та же петрушка: шерстят, проверяют, доглядывают. Про демонов, правда, не слыхивал, видимо в большой тайне держат чтобы народ не взбунтовался, но жуткие слухи о мертвецах-душеедах ходят, да-с. Я за последнюю неделю в трех таких городишках побывал, с плановой инспекцией пенсионных фондов - ан нерадостно там! Мрачно.
– Да-да, - охотно подхватил собеседник, - кошмарные дела творятся в провинции. То ли дело столица: порядок, правильность и никаких демонов… Опять же проверками документов не досаждают.
– Да черт с ними, с теми мертвецами, - добродушно сказал первый господин.
– Давай-ка, братец, лучше в ресторане посидим, коньяку выпьем - до твоего и моего дилижанса еще много времени. Чего нам тут зря околачиваться?
– А давай, - обрадовался второй и они, громко разговаривая на ходу, удалились в сторону вокзального ресторана.
Барт покачал головой, пробормотал удивленно: "Вон как, кто бы знал!" и, приняв окончательное решение, пошел брать билет. Не в Номольф или Бабайск-Пушной, а прямиком до столицы: туда, где не проверяют документы и где можно затеряться в громадной массе горожан.
Проходящий дилижанс отправился ровно в четыре вечера. Барт занял свободное место в самом конце фургона, у зашторенного окна, и, привалившись к стенке, немедленно уснул. Сколько он спал, трудно сказать, но когда мастер-вор проснулся, за шторкой было темно: на черном небе светили звезды, а над уходящим к горизонту серебристым полем висела яркая луна. Росшие у обочины деревья отбрасывали на дорогу длинные черные тени - казалось, что дилижанс мчится по бесконечной дороге-лестнице, отсчитывая колесами теневые перекладины.
Пока Барт отдыхал, в дилижансе появились новые пассажиры: через проход от мастера-вора обосновались молодое семейство с грудным ребенком и сидящий напротив них худой старик в синей форме работника юстиции. Ребенок вел себя тихо, сосал во сне соску и дела ему не было ни до путешествия, ни до Барта. Родители грудничка мастером-вором тоже не интересовались: они увлеченно беседовали о предстоящей жизни в столице.
А вот старик вел себя подозрительно.
Седой, плохо стриженный, с неряшливо длинными бакенбардами, он больше походил на дворецкого в отставке, нежели на государственного служащего. Хотя, судя по потертости и ветхости формы, старик давно уже был не у дел и жил на одну лишь крохотную пенсию. Вернее, существовал.