Беглый
Шрифт:
Инна зашла как всегда — без звонка, открыв дверь своим ключом, но ее лёгкое стаккато каблуков по коридору я уже научился выделять из других звуков.
Сумка через плечо, лицо уставшее, но глаза сразу вспыхнули, как только увидела меня за столом.
— Ну что, модельер, кормить будешь?
— Только после того, как сниму мерки. Ты ведь у меня под заказ пойдёшь. Эксклюзивный.
Она хмыкнула, сняла куртку и села на краешек кровати:
— Чай сначала. А то я тебя пришибу.
Чай
После этого, я достал из коробки старую портновскую ленту и карандаш, а с полки — большой лист ватмана.
— Только давай без этих своих инопланетных «расчётов массы тела по эквиваленту осевой симметрии»!
— Ладно, ладно. Всё по старинке. Стандарт «Любимая, осень, 1981».
Она встала.
Я с серьёзным видом начал обмер: плечи, грудь, талия, бёдра…
Она дёрнулась, когда я на бедре чуть дольше задержал ленту.
— Осторожней, дизайнер. А то я начну вздыхать в нужных местах и ты забудешь, что собирался шить.
— Вздыхай, вздыхай. Я и вдохновением питаюсь.
Смех. Накал. Тепло.
Потом я уселся и начал делать набросок.
Силуэт — чуть приталенный, мягкий отворот воротника, расклешённый низ, пояс с прострочкой.
Она смотрела, подперев щёку рукой:
— Как ты это делаешь? Я ж ещё ничего не сказала.
— А я уже всё знаю.
— Честно?
— Я вижу, какая ты. Внутри и снаружи. И вот это — про тебя. Сильная. Женственная. Немного колючая.
— С уклоном в «опасна для жизни»?
— Именно.
Когда я закончил эскиз, она положила ладонь мне на плечо и тихо сказала:
— Маме сегодня утром было лучше. Спала практически всю ночь часов шесть-семь, и впервые без таблеток. Аппетит — есть. Настроение… знаешь, она даже в окно просила рассвет посмотреть.
— Это хорошо.
— Это… ты.
Я промолчал. Она сама всё сказала.
Глава 16
Поздним вечером Инна ушла. Я проводил её до лифта, задержал пальцами край её куртку, потом отпустил, глядя, как створки двери закрываются.
На столе остался эскиз — свежий, живой, с её линиями, её осанкой, её «Я» в силуэте. Рядом — калька, портняжная лента, чертёжный карандаш и запись голоса в памяти:
— Хочу, чтоб плащ шёл за мной, а не висел на мне. Понимаешь разницу?
Я понимаю ее на все сто.
В комнате было тихо. Только шелест листов и еле слышное подвывание ветра за окном. Я активировал «Друга» в личном канале:
— Включи мне консультацию по мягкой коже. Модель: женский демисезонный плащ. Требования: гибкость, воздухопроницаемость, тактильная нейтральность, термостабильность в диапазоне от минус пяти до двадцати градусов Цельсия.
— Обработка принята. Источники: архив «Ремесло 2190», технологические карты «Кожа-Флекс» и «Легато S».
— Рекомендуемые технологии:
1. Двойной дубитель
2. Микроперфорация по диагональному сечению — «дышащая сетка».
3. Внутренняя отделка: нейтральная подкладка из вискозы с добавлением полиамида.
4. Все швы — внутренние, с двойной отстрочкой. Без наружных кантов.
Я записывал. Ловил ритм.
— А подвижность материала?
— Оптимальна при толщине 0,8–1 мм. При стандартной выкройке на 44 размер вес изделия — не более 1100 грамм.
— А что по колену?
— Секрет — в подрезе по задней части. Плюс разрез, но не прямой — диагональный.
— Хорошо. А если… запах?
— Натуральный. Но можно пропитать травяной эссенцией. Лаванда, чабрец, немного мелиссы. Свежесть. Без сладости.
Я замолчал, улыбаясь как дурак.
— Ты всё-таки романтик.
— Я — адаптированный под твой мозг. Твоя вина.
Я встал, взял в руки эскиз, поднёс ближе к свету. Вот она. Инна. В этом силуэте. В этом движении ткани. И я понял: это будет не просто одежда. Это будет защита.
— Тогда запоминай. Это будет Плащ Инны. Первый экземпляр. Один в один. Без дублей.
В 00:03 в интерфейсе «Друга» вспыхнул жёлтый значок: ОБНОВЛЕНИЕ ОСНОВНОГО ДОКЛАДА.
Заголовок:
Наблюдение за объектом ГРИНШТЕЙН Н. А. с 18:00 до 00:00.
Уровень достоверности: 99,7%
Источник: Автономные наблюдательные дроны «Муха» и «Птичка»
Я щёлкнул пальцем по панели.
Визуальная запись включена. Аудио — синхронизировано. Подробный отчёт выводится текстом.
20:24. Приготовление ужина. Прослушивание радиоприёмника.
Пение под музыку. Коньяк в бокале (измерено визуально: около 70 мл, марка «Арарат», 5 звёзд).
Употребление — умеренное.
21:45. Телефонный звонок — абонент женщина (мама).
Содержание: разговор о семейных новостях, родственниках и знакомых.
22:30–23:15. Просмотр телепередачи. Употребление остатков коньяка. Чтение.
23:40. Сон.
Свет выключен. Телевизор — остался включён (зафиксировано по электросети: спящий режим лампы).
«Птичка» покинула район окна, «Муха» — осталась в вентиляции на режиме пассивного мониторинга.
Я пролистал отчёт до конца. Закрыл. Налил себе остатки чая, выпил, глядя в потолок.
— Ну, ну… Ты пока живёшь в хорошем настроении.
Я пока не делал выводов. Информацию — просто отложил. Пусть отстоится. У каждой тени — свой час рассвета.
С шести утра — я на ногах. Шестичасовой доклад не принес ничего интересного о начальнице ТО. Потом легкая пробежка, завтрак, а дальше карточки, схемы, ремонты, распайки, трижды вызывали «всего на минутку». УЗИ капризничал, стерилизатор глючил, кто-то вылил зелёнку в розетку — мир не без чудес.