Бельфеддор
Шрифт:
– Храмовые служители, – произнес Кселлос, обследовав несколько трупов. – Их всех перерезали, как баранов. Посмотрите – может, кто-то еще жив, – приказал он своим солдатам. – Обыскать все закоулки. Вытащить из нор всех, кто тут спрятался, и собрать здесь, в центральном зале.
Один из храмовых служителей, лежавший неподалеку, со стоном приподнял голову и прохрипел:
– Святотатцы! На всех вас падет кара небес!
– На вас, похоже, она уже пала, – усмехнулся капитан. – Кто устроил здесь резню?
Раненый ничего не ответил
Выполняя приказ Кселлоса, воины рассредоточились по огромному зданию, обшаривая все помещения. Всюду на пути попадались мертвые тела священнослужителей, порубленных и пронзенных мечами.
В глубине храма Бельфеддор и его товарищи, сопровождаемые солдатами Кселлоса, наткнулись на группу воинов черного легиона, добивавших младших жрецов, во главе с самим капитаном Ксальтанносом.
– Вот и встретились снова, – с усмешкой процедил капитан сквозь зубы, стряхивая с клинка тело жертвы.
– Сложите оружие, – потребовал один из воинов. – Это приказ императора.
– Я его не слышал, – ответил Ксальтаннос.
– Взять мятежников! – прозвучал приказ.
– Этот мой! – яростно выкрикнул Аттеконнос, указав клинком на капитана черного легиона, и первым рванулся вперед.
В стенах храма закипел ожесточенный бой, звон клинков эхом заметался под высокими сводами. Когда стало очевидно, что исход битвы сложится не в пользу черных легионеров, Сеттес хлопнул Бельфеддора по плечу и сказал:
– Идем дальше, рогатый. Может быть, еще успеем застать кого-нибудь живыми. Здесь справятся и без нас. Один только гвардеец в своей ярости способен Уложить всех противников. Нам еще надо отыскать старшего жреца, пока он не улизнул в какую-нибудь дыру.
Аттеконнос действительно так яростно наседал на капитана Ксальтанноса, мстя за свой отряд, вырезанный черными легионерами, что противнику не помогало его незаурядное мастерство. Многие легионеры уже полегли в ожесточенной рубке – либо были обезоружены и связаны.
– Идем, – согласился Бельфеддор.
– Если тебя интересует мое мнение, я не советовал бы нам идти дальше, – подал голос демон.
– Не интересует, – отозвался Бельфеддор.
– Меня гнетет предчувствие, что там нас ждет опасность, справиться с которой будет очень сложно, – с не свойственным ему трепетом продолжал демон. – Возможно, нас там ждет смерть. Здесь средоточие магии, и сила эта очень велика, она раздавит нас, если старший жрец того пожелает.
Бельфеддор не успел ответить. Вдвоем с Сеттесом они вышли из узкого коридора в просторный зал, где из-за двери на них неожиданно напал высокий худощавый человек с кинжалом. Сеттес едва успел перехватить руку нападавшего и впечатал его спиной в стену. Из-под спавшей с головы косынки незнакомца по плечам рассыпались длинные волосы.
– Да ты девица! – удивленно воскликнул аристократ.
Тут же он получил удар коленом под ребра. Высвободив руку с кинжалом, девушка вновь замахнулась, однако
– Да это же Мета! – узнал демон. – Стало быть, хозяйка этой дьяволицы тоже где-то рядом.
Злобная девушка действительно оказалась служанкой Цемеи, что провожала Бельфеддора во дворец от дома своей госпожи не так давно.
– Как бы эта дикая кошка не исцарапала нашего дворянчика, – не удержался демон от злорадства.
Сеттесу и в самом деле было нелегко справиться с верткой и сильной противницей. Однако после недолгой борьбы он сумел сбить девушку с ног и скрутить ей руки за спиной.
– Сзади! – предупредил демон Бельфеддора.
Тот обернулся. Позади стояла женщина.
– Цемея, – узнал ее Бельфеддор.
– Бельфеддор, – в свою очередь узнала аристократка черного воина.
Некоторое время Цемея пристально смотрела на него, потом произнесла:
– Почему ты не умер, Бельфеддор?
В ее голосе не было ни злобы, ни ненависти – лишь смертельная усталость.
– Никак не получается, – усмехнулся Бельфеддор. – В мир теней слишком длинная очередь, и постоянно кто-то из вашей своры лезет вперед.
Цемея грустно улыбнулась его шутке.
– Жаль, – прошептала она.
В этот момент в зал ворвались солдаты Кселлоса. Цемея молча позволила себя связать. Уже уходя в сопровождении конвоя, она обернулась и бросила через плечо:
– Я буду помнить нашу ночь. Не забывай и ты.
Бельфеддор озадаченно хмыкнул, глядя ей вслед.
– Вот и пойми этих баб, – пробурчал демон. – Хотя в ту ночь мы действительно были на высоте!
Сеттес передал воинам свою пленницу, затем последовал дальше – за Бельфеддором и солдатами Кселлоса.
В очередном зале дорогу им преградили черные легионеры. Вновь завязалась кровавая рубка.
Отмахнувшись от противников, Бельфеддор ударом ноги распахнул двустворчатые двери и вошел в следующий зал. Двери тут же захлопнулись за его спиной. Тронув створки, Бельфеддор с удивлением обнаружил, что они не поддаются его усилиям: неведомая сила накрепко запечатала вход.
– Нас здесь уже поджидают, – заметил демон.
Бельфеддор огляделся. В зале царил полумрак, темноту едва разбавляли огни нескольких светильников. В центре темнела алтарная плита. Во время путешествий по миру с караванами Ксеттоса Бельфеддору доводилось когда-то видеть подобные алтари в храмах чернокожих народов Черного берега. На них чернокожие жрецы приносили кровавые жертвы своим мрачным богам.
Эта плита также служила жертвенником, что совсем не было принято в культе богов Ногары. На поверхности алтаря корчилась нагая девушка, силясь вырваться из бронзовых оков, державших ее руки и ноги. Позади жертвенника стояло несколько бритоголовых жрецов. Один из них обошел плиту алтаря и вышел на свет. Бельфеддор узнал старшего жреца Ксетаннетеса, которого впервые увидел в доме Цемеи.