Белые хранители
Шрифт:
— Что с Кнесой? — спросил я хрипло.
— Она на грани.
— В смысле? — переспросила Сиелла.
— Она в мире духов.
— Она умерла?.. — ахнула вампирша.
— Нет, но ей срочно нужна помощь Римма. Иначе, мир духов станет началом долгого пути, — ответил магистр. — Я оставил её в доме, там сейчас нет опасности. Крита безобидна. Она ничего не помнит, не понимает, что происходит, и очень напугана. Пойдёмте, времени мало.
Мы были в доме через десять минут. Кнеса лежала на диване, её
Римм склонился над Кнесой, внимательно изучая ранение. Потом, что-то решив, быстро приказал принести несколько трав, согреть воды и приготовить чистые бинты. Сам же опустился на колени, разогрел руки и положил их на рану.
Ролм, не говоря ни слова, ушёл за травами. Я поставил в печь чугунный котелок с водой. Дилиас безошибочно открыл один из ящиков на кухне и нашёл бинты.
Больше я ни думать, ни делать что-либо просто не мог. Через несколько минут вернулся запыхавшийся Ролм со связкой трав. Римм приказал бросить их в закипающую воду. Под руками младшего вампира разливалось зеленоватое свечение.
Процедура лечения продолжалась не более получаса, но казалось, что прошло гораздо больше времени. Наконец, Римм выдохнул, опуская руки. Я даже спросить ничего не смог, спросила Сиелла:
— Ну как?
— Всё. Теперь всё нормально, — ответил вампир и вытер со лба пот. — Сиелла, промой рану отваром, и наложи тугую повязку, ладно?
— Хорошо.
— Идите, — тихо сказал магистр, — собирайте вещи. Во дворе есть повозка с лошадью, вам нужно срочно отправляться, пока чёрная пятёрка не приготовила новый план.
Я сделал несколько шагов в сторону лестницы и обернулся: Кнеса всё так же не двигалась, словно ничего и не изменилось.
— Хозяин, — услышал я мысленный голос.
— Да, Шарра.
— Всё хорошо.
— Как ты узнала?
— Это Лар. Ему тоже стало лучше. Хранители связаны со своими хозяевами. Он пока не может перемещаться между мирами, но скоро это будет вновь доступно.
— Спасибо, Шарра, — поблагодарил я. — Что бы я без тебя делал.
Глава 17. Перевал
Кнеса
Я очнулась от странного скрипа и качки. Мне никак не удавалось понять, что это. И в то же время мне совсем не хотелось открывать глаза, чтобы увидеть. Мерный скрип и глухой перестук всё продолжались и продолжались. В них был какой-то особый ритм. Он был смутно знаком, но я не могла вспомнить.
Не знаю, сколько времени я могла бы так пролежать, пока не тряхнуло особенно сильно и резко кольнуло в груди. И я тут же вспомнила. Всё.
Вокруг послышались
Я открыла глаза, которые тут же заслезились от снежной белизны. Я лежала в повозке под пологом, шторки были раздвинуты, и я могла видеть заснеженную горную гряду.
— Кнеса, — в повозку заглянул Ролм. — Очнулась!
Я тут же увидела остальных: Сирна, Сиеллу и Римма. Радостные лица закрыли свет, друзья стали похожи на счастливых родственников, собравшихся у люльки новорожденного. Я поморщилась от такой ассоциации и спросила первое, что пришло в голову:
— Почему я до сих пор жива? — ну ведь я точно помню, что умирала! И уже даже смирилась с этой мыслью.
Друзья переглянулись. Улыбки стали напряжёнными.
— По-моему, нам не рады, — хмыкнул Сирн, позволив себе короткий смешок.
— Да рада я, рада, — проворчала я, пытаясь ощупать место ранения. Нащупала только тугие бинты. Так, всё-таки не приснилось. Я вздохнула. — Ну и кто мне это объяснит? Меня ведь убили, разве нет?
— Практически, да, — кивнула Сиелла. Вампирша села на краешек повозки и качка снова возобновилась. — Не хватило совсем чуть-чуть. Как нам объяснил магистр Дилиас…
— Магистр? Он был здесь? — встрепенулась я.
— Да, — кивнул Ролм. — Правда, ему пришлось нас покинуть. Он отправился к человеческому королю, сказал, что нужно сообщить ему о происходящих событиях из первых уст. Он хочет добиться, чтобы чёрную пятёрку объявили вне закона. Территории людей на данный момент самые обширные, необходимо сделать так, чтобы чёрная пятёрка не могла там свободно передвигаться. И он обещал найти Гелиота. Сказал, что попробует его чему-нибудь научить.
— Понятно.
— Он сказал нам, что дружба для пятёрки — это не просто чувство, которое связывает между собой нескольких людей. Ведь пятёрки набираются спонтанно, участники вовсе не обязаны подружиться, это как повезёт. Но если дружба возникает в пятёрке, образуется особая прочная связь, которую и пытался разорвать Наран. Поэтому он притворялся человеческим купцом и втирался к нам в доверие.
— И я почти ему поверил, — задумчиво произнёс Сирн. — Тогда, в заброшенной шахте. Даже жизнь ему спас, болван. Всё было проще: он просто не мог позволить, чтобы с сыночком Рагана что-либо случилось.
— Ты уверен, что только по этому? — спросила Сиелла. — Он ведь был в это время под личиной человека и рисковал своей жизнью.
— Раган его всё равно бы убил, — передёрнул плечами Сирн. — Так какая разница?
— Не буду спорить, — покачала головой вампирша. — Так вот, магистр сказал, что дружба образует некую связь. После того, как тебя убили…
Сиелла на мгновение запнулась, потом улыбнулась и продолжила:
— Эта самая связь не позволила убить тебя "полностью". Ты осталась между жизнью и смертью, в мире духов, на какое-то время, пока тебя могла держать связь. А там уж благодари Римма, за его целительские способности.