Белые хранители

Таланова Юлия

Вампиры уже приготовили завтрак. Сирн, который нёс ночной караул последним, откровенно зевал, прикрываясь кулаком.

Поднявшись на каменный выступ, я увидела последний отрезок пути — петляющую тропу, которая пересекала каменную долину, похожую на "чашу" и украшенную по краям двумя пиками. Далеко внизу, можно было увидеть первую сиренево-зеленоватую дымку растительности.

— Это земли Ларрах? — спросила я, стоя на возвышении. Ветер сегодня разбушевался не на шутку и бил прямо в лицо. — Лошадь там пройдёт?

— Думаю, пройдёт, —

сказал подошедший демон. Ветер трепал его волосы и упруго ударял в крылья. — Тропа только кажется узкой. Меня другое беспокоит: на этой дороге часто случаются обвалы и оползни…

Демон внимательно посмотрел мне в глаза, потом сказал:

— Если сверху посыплются камни, даже мелкие, немедленно бросай лошадь и беги, поняла?

Я кивнула. Лошадь стояла у телеги, недовольно всхрапывала и била копытом: запах, который ветер приносил с долины, ей не нравился. Сирн тоже принюхался, поводя крыльями, и недовольно нахмурился, изучая цепким взглядом дорогу. Потом резко развернулся, вытащил короткий нож и, даже не поморщившись, полоснул лезвием по раскрытой ладони. Брызнула кровь. Я сдавленно охнула. Демон подошёл к вампирам, отобрал у Римма кружку, из которой тот пил, и подставил к ране. Вампиры наблюдали за этим молча и не смели шелохнуться.

— Это на всякий случай, — сказал Сирн, протягивая кружку обратно Римму. Края ранки на его руке сомкнулись и начали стремительно уменьшаться. — На вас троих должно хватить.

Римм без вопросов отпил из кружки и протянул её Сиелле. Вампирша с сомнением заглянула внутрь, но также сделала несколько глотков. Девушка поморщилась:

— Она горькая!

— Зато сколько силы, — прошептал Римм. Его взгляд был направлен словно бы внутрь себя. — Горячая, кипящая, я чувствую, как она проходит по всем сосудам. Это потрясающе!

Я смотрела на них, стискивая края распахнутого тёплого кожуха. Ролм осушил кружку последним. Вампир оскалился, на переносице появились хищные морщинки:

— И правда… Не зря, ох, не зря так нахваливают кровь демона в древних вампирьих книгах! Она великолепна.

— Я весьма признателен за столь высокую оценку, — хмуро вздохнул Сирн, — но не пора ли нам продолжить путь?

— Ты прав, — Ролм медленно прикрыл глаза, наслаждаясь внутренними ощущениями. — Мне даже немного жаль, что ты не вампир и не можешь почувствовать того же, что и мы.

— Я чувствую невероятный приток сил и энергии, давайте же начнём что-то делать! — воскликнул Римм, неожиданно резво вскакивая на ноги. Сиелла, глядя на него, расхохоталась. Ролм довольно хмыкнул, демонстрируя увеличившиеся клыки.

Я невольно попятилась, косясь на демона:

— Ты уверен, что твоя кровь для них не опасна? Она не влияет на разум?

— Откуда мне знать? — спокойно пожал плечами демон. — На моём веку никто подобного не делал.

— Ты серьёзно?! — с тихой паникой взвыла я, сдерживая желание вцепиться в демона, а ещё лучше — залезть ему на голову, спасаясь от сумасшедших вампиров.

— Да не

беспокойся, — с лёгким изумлением посмотрел на меня Сирн. — Это всего лишь лёгкая пьянящая эйфория. Скоро пройдёт.

— Насколько пьянящая? — подозрительно спросила я.

— Ну, — демон изучающе посмотрел на веселящихся вампиров, — недостаточно для твоего беспокойства.

Римм подобрал небольшой камень, размером с кулак, размахнулся и отправил его в полёт, упиваясь чувством свежей силы. Сиелла страстно поцеловала Ролма.

— Ты уверен?

— Да брось, пусть расслабятся, — хмыкнул демон.

Когда эйфория отпустила вампиров, мы спустились на тропу. Лошадь шла неохотно, медленно передвигая ноги и постоянно запинаясь за мелкие обломки камней. Она постоянно недовольно фыркала, мотала большой лобастой головой, словно отгоняя несуществующую надоедливую мошкару, и прижимала уши. Римм замучался тянуть повод, понукая кобылу идти вперед. Лошадь упрямилась, притормаживала задними ногами, не справляясь с новой силой вампира, даже пыталась лягнуть повозку. К середине тропы она и вовсе встала как вкопанная. Римм со злости дёрнул повод на себя: голова кобылы мотнулась за ним, но копыта увязли в мелком щебне.

— Ах, ты дрянь, — замахнулся на неё взбешенный вампир.

— Подожди, — остановила его Сиелла. — Там кто-то на тропе.

И, правда. Посреди дороги, недалеко от нас стояла тёмная высокая фигура, закутанная в плащ. Не составило труда узнать Рагана. По спине пробежали мурашки, в животе поселился неприятный холодок. Римм мягко оттеснил меня за свою спину, ближе к повозке.

Раган неспешно пошёл в нашу сторону. Я не могла понять, куда он смотрел, взгляд холодных чёрных глаз был рассеянным и блуждающим.

— Куда ты дел своих подопечных, Раган? — вызывающе спросил Ролм.

Демон посмотрел на него, словно только что заметил, и остановился. Но Ролм не был ему интересен, колючий взгляд прошёлся по мне, заставив съежится и почувствовать гнилой привкус сумасшествия, и остановился на Сирне. Было похоже, что чувства Рагана находились в крайне нестабильном состоянии, в его сознании царил хаос и смятение. Желания вступали в яростную борьбу с реальностью. Я чувствовала отголоски его внутренней борьбы, прежде мощные ментальные щиты демона сейчас напоминали решето. Раган был на грани.

— Сирн, — сухие, потрескавшиеся губы демона разомкнулись. Голос был неприятным и скрипучим, как у старика, глаза смотрели прямо и тяжело. — Последний раз предлагаю тебе: пойдём со мной. Вспомни, кто ты есть, что тебе принадлежит. Вспомни о своих правах, в конце-концов! Неужели тебе нравится быть безродным подкидышем, приживалой в чужом клане? Ты наследник клана Шеррн, пойми это!

— О каких правах ты говоришь? — чуть удивлённо ответил Сирн. — Ты даже не даёшь мне узнать, что стало с моей матерью. Или это не входит в мои права? И на что мне твой клан? Я не правитель, я не приведу народ к расцвету, да и не хочу этого.