Белый индеец
Шрифт:
Молодая семья занимала огромный дом в Корнуолле, и в их распоряжении был еще один, чуть поменьше, в Лондоне. Дюжина слуг с радостью исполняла любое повеление хозяев. К услугам Милдред были самые модные портные, лучшие лавки и магазины. Они провели несколько лет в Лондоне, и даже были представлены Карлу, "королю-весельчаку", который всячески осыпал их своими милостями. Но придворные нравы были невыносимы для Милдред, и теперь они сидели взаперти в Корнуолле, а у Эндрю не было даже собственного титула.
Еще больше пугало
Тогда Эндрю попытал счастья на военной службе, получил чин капитана и благоговел перед принцем Рупертом, но старший брат тоже стал профессиональным военным и, конечно, получил преимущество, став генералом, а младший так и оставался подполковником.
Размышления Милдред прервал стук копыт по утоптанному снегу. Эндрю возвращался из Лондона. Он уехал, ничего не объясняя, обещав только все рассказать, когда вернется. Милдред и не думала, что так соскучится за каких-то четыре дня.
Через несколько мгновений капитан Эндрю Вильсон вошел в комнату. На плаще и высоких сапогах со шпорами лежал снег. Он улыбнулся и нежно обнял прильнувшую к нему Милдред
Через минуту он разжал объятия.
– Все в порядке?
– Все хорошо, просто я очень соскучилась. Но я не ждала тебя так рано, и обед еще не готов.
– Не беда. Посиди со мной.
Эндрю уселся в кресло у камина, закинув ноги на подлокотник из резного дуба.
– Если не считать обеда в родительском доме и лицезрения Его распутного Величества, я чудесно провел время.
– Приятно слышать, - прошептала Милдред, потягивая вино.
– Ты ведь не знаешь Джонни Бледшо - теперь лорда Бледшо. Мы с ним учились вместе в Оксфорде.
Милдред промолчала, ожидая продолжения.
– Год назад он получил пост министра колоний, и даже отец - уж на что не выносит никаких чиновников - признает, что Джонни отлично справляется.
Милдред кивнула.
– Все это время мы с ним провели вместе, - продолжал Энди, глядя в огонь, - и я думаю, мы могли бы сделать очень выгодное вложение.
Милдред удивилась. Прежде Эндрю никогда не выказывал склонности к финансам.
– Джонни рассказал мне потрясающие вещи. В Северной Америке есть несколько наших колоний. В Вирджинии, правда, в основном занимаются сельским хозяйством, а это не очень интересно, но есть еще Массачусетс. Эндрю помолчал.
Милдред никогда не слышала такого названия.
– Главный город, Бостон, сейчас, конечно, не представляет из себя ничего особенного, но если дело пойдет так же, как и сейчас, он превратится в главный порт и торговый центр всей колонии. Отец хочет построить там верфь - так что нет причин
Эндрю был очень независимым.
– Меня больше интересует возможность освоения дальней части колонии, западной, на границе с индейскими территориями. Там есть небольшой форт, Спрингфилд. Правда, несколько лет назад индейцы разорили его, но сейчас люди понемногу возвращаются в те места. В лесах полно зверья, а за мех на лондонском рынке дают большие деньги, отличный климат, и одному Богу известно, какие сокровища лежат в земле.
– Ты решил вложить туда деньги?
– Да. Земля там стоит по шиллингу за акр, в двадцать раз меньше, чем в Корнуолле. Знаешь, Джонни показал мне бумаги, и я так проникся этой идеей, что сразу выкупил участок в двадцать тысяч акров, в долине реки Коннектикут.
Цена была неслыханно низкой. А самое главное, Эндрю просто горел своей идеей.
– Что мы будем делать с двадцатью тысячами акров? Это же огромное поместье.
– Оно большое, но по меркам Нового Света не такое уж огромное. А отвечая на твой вопрос, дорогая, - я собираюсь его разрабатывать. Милдред нахмурилась.
– Не так-то просто будет найти управляющего. Эндрю помолчал.
– Я думаю, мы сами поедем в Массачусетс. Милдред изумленно смотрела на мужа.
– Я не говорю, что все будет так просто. Потребуется много сил... Милдред от изумления не могла выговорить ни слова.
– Спрингфилд отстроят заново, форт будет восстановлен. А самое главное, им нужны профессиональные военные. Джонни говорит, что губернатор отдаст под мое начало все западное ополчение - местных добровольцев.
– Понятно.
– Тебе, конечно, не придется рубить деревья или проводить время за стряпней на первобытной кухне. Наймем слуг, и, думаю, сумеем обеспечить себя всем необходимым. В Массачусетсе наше состояние умножится. Мы будем самыми богатыми во всей колонии.
Милдред жестом остановила его.
– Конечно, дорогой. Мне очень нравится твой пыл, но нужно уладить еще кое-что. Наши дети вырастут там невежественными дикарями.
– Это вряд ли.
– Эндрю уже все продумал.
– Пока они маленькие, ты сама займешься их обучением, а подрастут - пошлем Джеффри - и остальных, когда они появятся - в английскую школу. Обещаю тебе, уж я-то исполню отцовский долг - не то, что мой отец.
Эндрю улыбнулся.
– И никогда не нарушу супружеского долга перед самой прелестной женщиной на земле.
Милдред не знала, что и думать.
– Ты говоришь, дикари сожгли город всего несколько лет тому назад? А там не опасно?
Эндрю кивнул.
– Очень опасно. И мне как раз придется позаботиться о том, чтобы люди раз и навсегда забыли об этой опасности.
Уж если он не боится, думала Милдред, ей придется побороть собственные страхи. Мысль о переезде нравилась ей все больше.