Белый олень
Шрифт:
Это напомнило мне о моменте, когда я увидела отца, ведь я насмехалась над Казимиром, решив, что его боль из-за смерти двух слуг и пропажи невесты, и рядом не стоит с моей болью. Щеки снова вспыхнули.
– Простите.
Он кивнул.
Мы работали раздельно, но как-то смогли устроить место для ночлега. Вскоре мы сидели у теплого костра, разогревая рагу из Хальц-Вальдена.
– Разве это не дико? – спросил Казимир. Он дул на свое рагу, что должно было, как по мне, зачем-то снова охладить его.
– Что дико? –
Казимир скривился.
– Твои манеры отвратительны. Разве не дико, что ты ешь рядом с принцем Эгунлэнда?
Мгновение я размышляла.
– Почему мне должно быть важно, кто вы? Вы помогаете мне добраться до Скитальцев, я благодарна за это, но если вы решите спросить, лучше ли вы меня из-за того, кто ваш папочка, то мой ответ – нет.
Он помешивал свое рагу, в то же время его губы слабо озарила улыбка, словно он знал, что я так скажу.
– А что тогда для тебя важно, Мей?
Я поняла, что так он пытается узнать меня. Он хотел, чтобы я рассказала ему о своей жизни и о том, что люблю. Что ж, я на крючок не попадусь.
– Меня тревожит роса на цветах летом, то, как роса попадает на траву утром, - сказала я задумчиво, подняв голову и глядя на небо. – То, как дрозд поет на рассвете свою задорную песенку. Чиррип-чип-чип-чиррип-чиррип-чиррип…
– Достаточно. Ты смеешься надо мной, - сказал Казимир. Он ударил по грязи веткой. – Я просто хотел тебя понять, только и всего. Не нужно так себя вести.
Я вытерла руки о колени и отвернулась, не желая смотреть в глаза Казимира.
– Простите, - пробормотала я. Краем сознания я подумала о том, как отец отчитывал меня перед смертью. Тело похолодело. И вот я снова попала в ту же историю. Стыдно.
Мы доели в тишине, а потом разделили воду. Казимир прислонился спиной к бревну и рисовал на грязи веткой.
– Я не знаю, что мне теперь делать, - сказала я.
Казимир повернул лицо ко мне.
– О чем ты?
– Я не знаю, что буду делать, когда столкнусь с убийцами отца. Я могу представить, как нахожу их логово и сражаюсь с ними, перерезаю им глотки, смотрю, как по их телу бежит кровь. Но у них нет лиц. Они лишь пародия на людей. Я не знаю, что буду делать, когда увижу их людьми. Смогу ли я смотреть в глаза человеку и убить его? Я не знаю.
Слова были грузом, что сейчас пропал с моих плеч.
– Ехать еще долго, - сказал Казимир. – У тебя будет много времени подумать об этом и найти решение.
– Но месть должна совершиться, - я повысила голос. – Я хочу, чтобы они заплатили за то, что сделали с отцом.
– Месть – не всегда смерть, - ответил Казимир. – Она может принимать и другие формы.
Я взглянула ему в глаза.
– О чем вы?
– Ну, когда отец злится на кого-то из подчиненных, он не убивает их, а запирает в темнице или изгоняет из Цины. Он вообще редко убивает, только убийц.
– Это убийцы, - сказала
– Как-то отца предал один из его друзей, - сказал Казимир. – Ему нужно было ввести в королевстве важный закон, и тот обещал проголосовать в его пользу. А потом он переменил мнение, и отдал голос против моего отца.
– И что сделал король? – спросила я.
– Он организовал свадьбу между дочерью этого человека и, хм, скажем просто, что это был нежелательный жених для любой женщины, он совсем не подходил ее статусу.
– Жестоко, - ответила я. – Девушка страдала, как и ее отец.
– Наказана была вся семья. Они стали посмешищем Цины и… - он замолчал. – Я не хочу говорить дальше.
– Расскажите, - сказала я, слишком заинтригована, чтобы позволить ему остановиться.
Казимир не посмотрел на меня.
– Девушка покончила с собой.
Я отвернулась, содрогнувшись.
– Я же говорил, он беспощаден, - сказал Казимир.
– Добрее было бы убить того человека, - я подумала о бедной девушке, которую выдали замуж насильно за такого отвратительного мужчину, что она выбрала смерть. Потому я и скрывала свою магию. Я не позволю такому произойти со мной.
Ветер раскачивал вершины деревьев, шептал в ночи, и я чувствовала его холодные прикосновения к моей шее, порыв задул пламя, оставив лишь тлеющие угли. Гвен взвизгнула, фыркнула, и я слышала, что она нервно перебирает копытами.
– Ты тоже это видишь? – спросил Казимир.
Я проследила за его взглядом. К нам направлялся плотный туман. В нем было что-то неестественное, мое сердце забилось быстрее. Стало холоднее, мои мышцы напряглись, и что-то подсказало мне, что нам нужно убегать от него. И быстрее.
Глава шестая: Тепло для жизни
Анта издал низкий стон, что звучал как крик боли или предупреждение. Казимир вскочил на ноги и выхватил меч из ножен на бедре с металлическим лязгом.
– Вы не можете сражаться с туманом мечом. Разве не понятно? – сказала я. Но я сомневалась в этих словах. Этот туман отличался от обычного. Он двигался по тропе. И эта неестественность заставила волоски на шее встать дыбом.
– Есть идеи лучше? – отозвался Казимир. Его глаза потемнели от страха.
Я оглянулась, надеясь, что нам удастся убежать от тумана, но когда повернулась обратно, он почти настиг нас. Сердце стучало в горле, я придвинулась ближе к Казимиру, вытащив кинжал. Это было лучше, чем ничего. Гвен попятилась, дергаясь на привязи и топча копытами землю.
– Может, стоит пойти назад, - голос Казимира дрожал.
– Нет времени.
Туман замедлился в футе от нас. А потом заколыхался, оставаясь перед нами и несмело приближаясь.
«Сразись со мной, - словно говорил он. – Я здесь. Иди ко мне».