Белый тюлень

Киплинг Редьярд Джозеф

В то время на острове св. Павла была

как раз одна самка, которая думала выйті:

замуж тоже в будущем году, и Котик в ночь

перед своим последним путешествием про-

танцовал с ней „огненный танец" вдоль все-

го берега залива Ясной Погоды.

На другой день он отправился в путь и

на этот раз повернул на запад, так как на-

пал на целое стадо палтусов. Для того, что-

бы быть сытым, ему требовалось ежедневно,

по

крайней мере, сто фунтов рыбы. Он охо-

тился за ними, пока не устал, а потом свер-

нулся и лег спать около Медного острова.

Вся эта местность была ему хорошо знакома,

и когда около полуночи его стало покачи-

вать в постели, он сказал: „Гм! Прилив

очень силен в эту ночь", а потом, повернув-

шись под водой, медленно открыл глаза и

потянулся. Вдруг он подпрыгнул, как

кошка: он увидел, что какие-то громадные

животные обнюхивают и шарят в мелкой

– 33 -

воде и объедают густую бахрому водоро-

слей.

— Клянусь страшными вихрями Магелла-

нова пролива! — пробормотал он себе в усы. —

Что это за народ в глубоком море?

Котик видал много разных животных на

своем веку. Кроме тюленей, он знал моржей,

морских львов, белых медведей, акул и раз-

ных других рыб. Но эти создания не были

похожи ни на кого из них. Они были от

двадцати до тридцати футов длины, задних

плавников у них совсем не было, а хвосты

их были широки, как лопата, и казались вы-

резанными из кожи. Вид у них был до не-

возможное ги глупый и бессмысленный, и

когда они переставали есть, то покачивались

на хвостах, торжественно кивая друг другу

и махая плавниками, как люди машут руками.

— Гм! Удачна ли охота, господа? — спро-

сил Котик.

Огромные животные не отвечали ни сло-

ва; они только закивали и замахали плав-

никами.

Когда они снова принялись за еду, Котик

заметил, что у них — раздвоенные верхние

губы, и что они захватывают сразу очень

— 34 —

много водорослей и едят их с жадностью,

не переставая важно кивать друг другу.

— Не особенно вкусная еда, — сказал

опять Котик.

Они снова замахали плавниками, и Котик

начал терять терпение.

— Прекрасно! — воскликнул он. — Если у

вас лишний сустав в плавниках, то нечего

так хвалиться этим. Хоть вы и очень граци-

озно машете ими, но мне гораздо интерес-

нее было бы узнать, что вы за народ.

Верхние губы задвигались,

зеленые, точ-

но стеклянные, глаза уставились на него, но

ни слова не послышалось в ответ.

— Ну! — сказал Котик. — Вы единственный

народ, который еще безобразнее и невеж-

ливее Вича!

И вдруг он вспомнил слова бургомистра

на Моржовом острове, где он был еще юно-

шей, и радостно бросился в воду, так как

понял, что, наконец, ему удалось встретиться

с морскими коровами.

Они паслись и двигались между водоро-

слями, а Котик обращался к ним с вопросами

на всех языках, которым он выучился во

время своих путешествий: у народов моря

— 35 —

почти столько же языков, сколько и у лю-

дей. Но морские коровы не отвечали потому,

что они не умеют говорить. У них только

шесть шейных позвонков, вместо семи, и

это мешает им разговаривать даже между

собою. Но так как у них лишний сустав на

плавниках, то они машут ими в разные сто-

роны, и это заменяет им разговор.

Когда настало утро, дурное расположение

духа Котика исчезло без следа. Морские

коровы медленно поплыли по направлению

к северу, останавливаясь от времени до вре-

мени, о чем-то совещаясь и глупо кивая

головами. Котик следовал за ними и думал:

«Народ, который состоит из таких идиотов,

уж, наверно, был бы весь перебит давным

давно, если бы у него не было какого-ни-

будь безопасного острова. А то, что хорошо

для морских коров, годится и для тюленей...

Однако, было бы очень недурно, если бы

они были немножко поживее!"

Котик ужасно скучал и очень утомился во

время этого путешествия. Морские коровы

делают обыкновенно не более сорока или

пятидесяти миль в день, а ночью останавли-

ваются для еды, держась постоянно около

— 36 —

самых берегов. Хоть Котик плавал и кругом

них, и над ними, и под ними, но они из-за

этого не делали ни одной милей больше.

Когда они подвинулись уже далеко на

север, то стали останавливаться еще чаще

для своих безмолвных совещаний, а Котик

чуть не обкусал себе все усы от нетерпения.

Наконец, они стали придерживаться теплого

течения; Котик оценил это и начал относиться

к ним с большим уважением.

Однажды ночью они вдруг опустились

вниз в сверкающую воду, — опустились, как