Беовульф
Шрифт:
Беовульф глянул через плечо на Виглафа, потом снова на постового.
— Если мы умрем, то не за злато, а за славу.
Страж тронул поводья своего коня и проскакал мимо гаутов в обратном направлении. Но вдруг развернулся и крикнул Беовульфу:
— Чудовище убило моего брата. Убей его за меня.
— Мы отомстим за твоего брата. Клянусь.
И скильдинг галопом понесся обратно на свой пост. Его лошадь застучала одетыми в железо копытами по каменному мощению дороги, а лошадки Беовульфа и его попутчиков — по дереву моста.
«Могильно-серый день», — подумал король Хродгар, хмуро вглядываясь
33
Хель — дочь Локи, хозяйка подземнего мира, царства мертвых (также называемое Хель), в которое попадают те, кто не погиб в бою; обитатели Хель обречены на медленное мучительное исчезновение.
Безрадостные мысли короля прервали шаги и голос Вульфгара. Король отвернулся от окна.
— Государь мой, прибыли воины. Гауты. Славные воины, не какие-нибудь оборванцы, а вождь их Беовульф…
— Беовульф? — перебил герольда Хродгар. — Малыш Эггтеова?
Услышав имя Беовульфа, Унферт перестал считать монеты и повернулся к Вульфгару.
— Ну, сейчас-то он, знамо дело, уже не малыш, — продолжил Хродгар, пытаясь осмыслить новость. — Но я его малышом видел. Уже тогда силен был. Да! Беовульф! Давайте его сюда! Зови, Вульфгар.
Беовульф и его группа ждали внутри частокола хродгаровских укреплений, все еще верхом, ибо не было команды спешиться. Лошадки их перетаптывались на месте, месили вязкую жижу из грязи, сена, конского и людского навоза. Беспокоились лошадки, неспокойны были и всадники. Они бросали взгляды па собирающуюся толпу. Зрители перешептывались, глазели на странных людей с востока, воинов Гаутланда, пересекших бурное море.
— Слушай, Беовульф, — наклонился к вождю Виглаф. — Сдается мне, что не очень им нужно, чтобы мы с этим чудищем разделались.
Слева от Виглафа стоял тан по имени Хандскио, ужасающего вида тип, почти такой же здоровенный, как и сам Беовульф. За спиной у него висел громадный меч в ножнах. В подпитии он похвалялся, что украл этот меч у заснувшего крепким сном гиганта в Тивенденских лесах. Гигант иногда превращался в его воспоминаниях в простого тролля, а то и в пьяного свиона [34] в зависимости от количества выпитого.
— А может, — пробормотал Хандскио, — эти даны так проявляют гостеприимство. — Взгляд его пал на девицу, грызущую спелый красный фрукт. Одновременно с фруктом она поедала взглядом Хандскио, и при следующем укусе зубы ее так смачно вгрызлись в плод, что сок потек по подбородку и закапал на обширную
34
Свионы (др. назв. — свей) — северогерманское племя, древнейшие обитатели Скандинавии, жили на территории современной Швеции.
— Или, может, — осклабился ей Хандскио, — нам самим надо проявить гостеприимство к этим бедным, обиженным судьбою данам. — Хандскио облизнулся, а Ирса снова впилась в плод, и сок брызнул в стороны.
Но вот появился королевский герольд на большой серой кобыле, за ним пешком следовали двое воинов Хродгара. Герольд внимательно оглядел Беовульфа и его танов, откашлялся для солидности и произнес торжественно:
— Хродгар, повелитель битв, господин северных данов, повелел мне передать, что он знает тебя, Беовульф, сын Эггтеова, знает предков твоих и рад тебя приветствовать. Ты и люди твои, следуйте за мною. В шлемах и броне идите, а щиты и оружие оставьте здесь.
Виглаф покосился на Беовульфа.
— Заверяю вас, никто к вашему оружию не прикоснется, — добавил Вульфгар.
Беовульф обернулся, оглядел усталые лица своих людей, руки которых готовы были лечь на рукояти мечей. Затем он швырнул свое копье в руку одного из сопровождающих Вульфгара стражей.
— Мы гости короля Хродгара, — сказал он, глядя в глаза герольда. — Он наш хозяин, мы желаем сослужить ему службу. И строптивости не проявим. — Беовульф вытащил из ножен кинжал, передал его Вульфгару, затем меч. — Пусть даны видят, что воины князя Хигелака доверяют им.
Таны Беовульфа последовали примеру вождя, неохотно расстались с оружием, вручили его сопровождающим Вульфгара воинам. Последним вытащил свой громадный меч Хандскио. Он уронил оружие острием вниз, меч вонзился в грязь.
— Боги, какой у тебя большой! — удивилась Ирса и снова откусила от фрукта.
— Этот кроха? — кивнул на меч Хандскио. — Запасной. А вот погоди, когда мы уладим дела с вашим недругом…
— Хандскио, — перебил его Беовульф, не отворачиваясь от Вульфгара, — ты забыл, зачем мы пересекли море?
— Но я же сказал «когда уладим»… — принялся оправдываться Хандскио.
Ирса молча посмотрела на тана Беовульфа, сняла мизинцем с левой груди каплю сока и медленно облизала палец.
— Женщина! — рявкнул Вульфгар. — Тебе нечем заняться? Не надо дразнить мужчин, которые уже много дней и ночей не видели женской плоти. Удались немедленно!
— Пошли, Виглаф! — кивнул Беовульф, и они все вместе последовали за Вульфгаром к башне Хродгара по узким дымным улочкам.
Перед Хеоротом уже собрался двор короля. Из рваных облаков высунулось любопытное солнце, рассмотрело королеву, придворных, воинов. Поблескивали каменные ступени, тут и там сверкали лужи и лужицы. Беовульф и его таны спешились, поднялись на ступени, с любопытством озирая толпу и окружающие строения.
— Беовульф! — воскликнул король Хродгар, нетвердым шагом спускаясь по каменной лестнице, чтобы обнять гаута. — Что отец твой, Эггтеов?
— Отец погиб в бою с морскими разбойниками. Уж две зимы прошло.
— О, отец твой бравый воин! Он пирует за столом Одина. Могу я спросить о цели твоего прибытия?
Беовульф кивнул на заколоченный Хеорот.
— Я прибыл, чтобы убить твоего монстра, государь.
По толпе прошел ропот удивления и недоверия. Даже Хродгар поежился от такого нежданного ответа.