Бернарда
Шрифт:
А следом, слышный даже в другом конце коридора, гремел веселый мужской смех.
Мылась я поначалу в смущении, но постепенно успокоилась.
Неужели нельзя было попасть в ту раздевалку либо «до» того, как там оказались мужчины, либо «после»?
Так нет же! Привалит счастье – и смотри во все глаза. А посмотреть-то было на что, хотя, признаться, все остальные мужчины мира, кроме Дрейка, вызывали во мне чисто теоретический интерес. Или вообще никакого не вызывали. Ну, что я за странная особа? Такие «аполлоны»
Я хихикнула. Следовало признать, что даже при отсутствии практического интереса к мальчикам из своего отряда, их «прелести» продолжали стоять перед глазами. Ну, почему статуи моего мира никогда не блистали размерами «XXXL»? Мне и в прежние времена это не казалось справедливым, а уж теперь при взгляде на «стручок» Давида меня и подавно будет разбирать смех. С таким, как у него, любая дама будет вынуждена спрашивать: «Дорогой, ты уже во мне или еще нет?..»
Глупо улыбаясь, я отжала губку от мыла и сполоснула ее.
По теплому кафельному полу текли душистые от цитрусового геля струи воды.
Интересно, а у Дрейка какой размер? Не так, чтобы это важно, больше любопытно. Не верилось, что Начальник мог хоть в чем-то подкачать, оставалось однажды проверить это на практике…
Так, все! Все мысли теперь только об этом!
А ведь мне еще возвращаться в зал, дожидаться Начальника, в глаза ему смотреть. Даром, что в шкафу сухой запасной комплект формы, опять от смущения вымокнет, придется два стирать.
«В тренировочном помещении 2В зафиксированы структурные изменения пространства…»
Именно так доложили по телефону минуту назад, и теперь Дрейк сам намеревался посмотреть, какие именно структурные изменения претерпел спортивный зал, где полчаса назад он оставил подопечную выполнять задание.
К искомой двери с другой стороны коридора уже спешили еще двое представителей Комиссии, ответственные за проверку фона помещений, оба с датчиками в руках. Дрейк кивнул им и толкнул дверь спортзала внутрь.
Комната утопала в темноте.
Щелкнул на стене выключатель – под потолком зажглись яркие лампы. За спиной кто-то присвистнул.
Тот зал, каким его запомнил Дрейк уходя, больше не существовал. Если раньше помещение было пустым, почти стерильным, то сейчас здесь повсюду была растительность: деревья, корни, покрытый землей и листьями пол, провисающие по дуге лианы, обросшие мхом пни… Яма полностью трансформировалась: теперь одна из стен представляла собой скальный выступ, местами влажный и скользкий, но достаточно рельефный, чтобы по нему можно было выбраться наверх. Особенно держась за свисающие жесткие корни.
– Что это? – заворожено спросили за его спиной.
– Джунгли.
Глобальный подход – такого Дрейк не ожидал. Хм, железная логика: вместо того, чтобы представлять что-то, чего по умолчанию не может быть в стене, проще полностью перепредставить место
Начальник посмотрел наверх – окон не было. Они исчезли. Заросли, заклеились бетоном, запечатались, не осталось даже швов. Черт бы ее подрал. В зале все еще витали остатки эмоций: злость, обида, решимость, плавающие сгустки силы… Дрейк улыбнулся. Она – молодец! Вот это его Леди, его настоящая гордость! Надо бы ее найти, похвалить…
– Вернуть здесь все на место! – приказал он мужчинам с датчиками. – Откатить помещение к утреннему виду.
– Будет сделано.
Уже выходя в коридор, Дрейк услышал знакомые голоса. Какая-то фраза, наполненная злостью, принадлежала Баалу, а следом шел ответ Ди, и его интонация заставила Дрейка серьезно напрячься. Черт… Что опять такое происходит между этими двумя?
Когда я чистая, свежая и высохшая вышла в коридор, чтобы вернуться в зал, они как раз расходились по домам – мои коллеги. Завидев меня, начали улыбаться. Куртки, спортивные сумки на плечах, одежда для улицы.
Щеки против воли заполыхали.
– Ну, что, может, присоединишься к нам после работы? – подмигнул Эльконто; полы его черного плаща доходили до высоких шнурованных ботинок, влажная косичка снова заплетена. – Видишь, уже как познакомились? Никаких тайн друг от друга.
Ребята рассмеялись – по-доброму, необидно. Даже Канн улыбнулся, что за ним водилось крайне редко. Да и Рен смотрел без прежнего холодка. Может, таким образом меня пытались поддержать, чтобы не стыдилась своих промашек?
Только их шутки вместо того, чтобы помогать, только усугубляли смущение.
– Нет, спасибо, мне нужно сдать задание Дрейку.
Дэйн, как всегда, не сдавался.
– В следующий раз окажешься у нас, так не торопись убегать, мы не кусаемся.
Чейзер подмигнул:
– Мы для тебя в кабинке полотенце припасем: чего каждый раз туда-сюда прыгать.
– И гель поставим… – добавил Дэлл.
– Одна команда все-таки, – подключился Халк.
Я хотела что-то ответить, но вдруг наткнулась взглядом на ироничный прищур Баала. Вся легкость ситуации тут же испарилась, стало неприятно. Так бывает, когда в новых туфлях на улице на третьем шаге наступаешь в свежую кучу дерьма.
Его комментарий не заставил себя ждать.
– Ну, как? Рассмотрела все, что хотела? Выбрала себе любимчика? Раз уж тебе не быть с тем, кем хочется, так ты провела отличный ход – оценила остальных….
Я, конечно, ожидала чего-то неприятного, но прозвучавшая фраза настолько поразила меня, что на какое-то мгновенье я застыла, оглушенная. Затем медленно сжала зубы.
Да как он смеет? Как он смеет думать, что я намеренно оказалась в мужской раздевалке? Как он вообще смеет лезть в мою частную жизнь и предполагать, с кем мне быть, а с кем нет? Кто дал ему такое право? Гад длинноволосый…