Беседа
Шрифт:
Художник — индивидуальность. Если нет индивидуальности, ты просто один из печатающихся граждан. Не спешите печататься. Не идите по этому пути. Идите по пути риска.
«Я вижу в рассказе несколько концов, из них следовало бы выбрать один, чтобы была недосказанность. Казаков будет талантливым прозаиком, но у него еще нет поэтической экономии. Когда в борщ кладут много сметаны, не видно капусты… У Казакова диапазон должен быть шире».
(О рассказе Ю. Казакова «Дым».)
А.
Поэтическая работа — сплошь сомнения.
Ваши стихи страдают литературщиной. Вы пытаетесь «накачивать» поэзию в стихи.
Вы часто употребляете слово «люблю». О любви нужно писать конспиративно. Вместо слова найти суть… Избегайте износившихся слов — этого восточного рахат-лукума. Иначе вы будете молодой древностью.
«Огненное вино» — черт побери! Где достают его?!
А вот строка, которая так и просится на пародию:
«Зачем меня ты, Маша, посылала?» Сразу хочется добавить: «За четвертинкой в магазин».
Кто-то из вас сказал, что в стихотворении есть одна хорошая строка… Дайте мне шестьдесят комнат, я буду жить в одной. Но это не стихотворение, если я буду жить в одной строке.
Душевное богатство поэта — это не сберкнижка, с которой списываешь, это сберкнижка, на которую все время вкладываешь.
Талантливому человеку всегда высказываешь множество пожеланий, а человеку бесталанному — единственное пожелание: не писать.
Как можно оценить и передать чужую печаль или чужую радость? Только перенеся их на себя.
Много написать — нетрудно. Мало и хорошо написать — трудно. Много и хорошо — идеал.
Когда-то я видел на экране Веру Холодную. Весь зал рыдал. А спустя много лет я побывал на вечере старых фильмов. Когда Вера Холодная умирает, в зале дикий хохот… Эстетические нравы меняются…
Нужно быть интересным собеседником или уметь интересно молчать. Быть талантливым человеком, самим собой в поведении, в общении с другими — это тоже очень отражается на стихах.
Обращайте внимание на свою сущность, будьте талантливы' ми людьми, а не только поэтами.
Если говорить о задачах искусства, в частности поэзии, то мне кажется, что Ромео и Джульетта должны быть не менее талантливыми людьми, чем сам Вильям Шекспир. Что это значит? Это значит, что люди, которых создает поэт, получают права гражданства, хотя этих людей до нас и не было. Так Ярослав Смеляков создал «Девочку Лиду».
Поэзия в первую очередь непосредственность. Против «Строгой любви» Ярослава Смелякова никто не может возразить, потому что у него великое качество — непосредственность.
Вы все знаете песню,
В композиции большую роль играет соразмерность каждого члена организма. Поэма — это живой организм: ей нужны голова, шея, торс, ноги.
Единство темы — хорошая вещь, но до тех пор, пока она не становится надоедливой. Если в этом единстве нет переливов, то все стихи будут звучать как одно бесконечно длинное стихотворение.
От чувствования до чувства — грандиозное расстояние, хотя они кажутся рядом.
Прозаизм, введенный в стихотворение, должен звучать в ряду поэзии, а не как случайно подслушанное слово. Прозаизм в поэзии — это ее подъем, а не спад.
Есть люди, которые любят коммунизм в себе. И есть люди, которые любят себя в коммунизме. Это надо различать. Тот поэт, который хочет, чтобы ему было хорошо, не стоит полкопейки.
Творчество — мучительный процесс. Таким же оно будет и в золотом веке коммунизма.
Слушаем соло ветров…
Если «ветров», то это уже не соло.
Сердце бьется, как колокол…
Если бы мое сердце билось, как колокол, у меня был бы инфаркт.
Угомонились в барачных сумерках
Такие ж, как он, сыновья, оторванные от матерей.
Только и слышно, зуммер как
Выговаривает: точка… точка… тире…
Очевидно, вы обрадовались необыкновенной рифме: «сумерках — зуммер как». Но ведь Минаев делал такие рифмы не хуже Маяковского, а поэтом все же был маленьким.
Я был в тот вечер светлоглазым…
А в другой вечер каким вы были?
И весенней радугой смеется
Вымытая рожица окна.
Если бы вы написали так все свои стихи, им не было бы цены!
У нас часто говорят с Маяковским языком Маяковского, а Маяковский не стал бы слушать. Как только я вижу стихотворение, написанное под Маяковского, я перестаю читать это стихотворение. Зачем мне сто плохих Маяковских, когда есть один хороший.
Я понимаю, как сейчас волнуется Метаксе[12]. Но полагаю, что оснований для беспокойства у нее нет. Диплом она защитит. А вместе с тем радуюсь, что она волнуется, потому что волнение — первый признак молодости, и это вполне нужно перенести в стихи.