Бешеные псы
Шрифт:
Наша единственная пушка была у Зейна. Он сунул десять долларов продавцу цветов и затихарился в его будке на другой стороне улицы. Подростки из частной школы «Марат» так и кишели возле «Старбакса», поэтому Зейн прикинулся папашей, который следит за своей дочуркой-оторвой.
Эрик слонялся возле перекрестка в другом конце квартала.
Мы велели ему не приставать к прохожим. Предупредили: даже если небо рухнет на землю, он не должен пялиться вверх, как подобает примерному гражданину. Мы поставили перед Эриком задачу наблюдать в четырех направлениях: первое — следить за «Старбаксом».
Мы с Расселом договорились о времени появления перед «Старбаксом», так чтобы это выглядело как простое совпадение. Со стороны — два незнакомца. Я придержал дверь, пропуская его вперед.
Проходя мимо, Рассел кивнул в знак благодарности и шепнул мне:
— А у нее получится?
— Есть идеи получше? — ответил я.
В «Старбаксе» шипел пар, кипело молоко. Пахло кофе.
Рассел встал в очередь, пока я небрежно прошествовал в заднюю комнату — проверить, нет ли засады за картонными коробками с кофейными зернами. В обоих туалетах никто не прятался. В зеркалах над раковинами мелькнуло мое отражение: я был похож на призрак.
Когда я снова появился в зале, Рассел ждал возле стойки, за которой подавали напитки и закуски. И увидел, как барменша — выпускница в зеленом фартуке — одной рукой протягивает ему чашку дымящегося мокко, а другой, подняв кверху большой палец, дает понять: класс!
«Рассел! Что ты наделал?»
Мне хотелось завопить, когда он решительно уселся возле окна, через которое мог следить за улицей, входной дверью и всеми нами, находившимися в кафе.
Внезапно из стоявших за стойкой колонок вместо сладкозвучной попсы донеслись оперные звуки «Jungleland» Спрингстина, и я понял, что Рассел очаровал барменшу, уговорив ее поставить один из своих дисков. Пока Брюс пел о волшебной крысе, я взял кофе с молоком и занял идеальный столик, сев спиной к задней стене туалетов и двери «Вход запрещен» как пути к отступлению.
На моих часах было 7.37 утра.
Оставшаяся на улице Хейли начала движение.
Стоя на углу возле цветочного ларька, она внимательно изучила подростков, толпившихся на ступенях «Марата».
Вспыхнул зеленый. Широко шагая, Хейли перешла улицу.
Шестьдесят с чем-то ребят толкались и прыгали по ступеням школы, стремясь не опоздать на утренние занятия. У тощего белого мальчика, которого Хейли наметила своей жертвой, лицо было в наливных прыщах, каштановые волосы висели лохмами, зато, естественно, он не пялился на Хейли своими голубыми глазами, но и не отводил взгляд. Она клюнула на него, потому что заметила у него в руках «Стеклянный ключ» Дэшила Хэммета в мягкой обложке.
Хейли остановилась перед школой. Стрельнула глазами в любителя Хэммета… и наклонила голову, предлагая ему следовать за собой.
Через десять секунд он уже был рядом со стоявшей на тротуаре Хейли. Пока свист его остолбеневших однокашников не нарушил ее чар, она сказала:
— Может, купишь выпускнице чашечку капуччино?
Затем
— Мобильник есть?
— Да, но…
— Значит, есть и у твоих дружков, которые шепчутся и следят, как мы идем рядом. Позвони тому, кому доверяешь. — Взгляд Хейли, острый, как алмазная грань, не принял бы отказа. — Ну!
Мальчик стал рыться в карманах пиджака в поисках телефона, пока они шли вдоль закрытых магазинов, отделявших школу от «Старбакса». Хейли вдалбливала слова, словно забивала гвозди.
— Что это за табличка на стене, когда поднимаешься по главной лестнице? Литературные премии? Так вот, пусть твой дружок бежит внутрь и посмотрит, кто стал победителем в тысяча девятьсот девяносто третьем.
Они как раз приближались к «Старбаксу», когда Хейли диктовала свои указания звонившему парнишке. Хейли остановилась у входа. Подождала. Подросток вцепился в ручку двери.
Он распахнул ее перед Хейли, и та одарила его благодарной ослепительной улыбкой.
Двое мужчин в деловых костюмах обласкали взглядами классную чернокожую бабенку, которая скользнула в кофейню мимо них. Угрозы они не представляли, так что Рассел даже не пошевелился. Внимание мужчин переместилось на спутника Хейли — белый урод-малолетка. Мальчик ощутил прилив мужественности, чувствуя, что эти матерые зверюги могут лишь испепеляюще посмотреть на него, не более.
Оба были уже внутри, приятель парнишки что-то пищал в трубку. Хейли следила за его лицом, чтобы не пропустить момент, когда он услышит ответ. И, опередив его, сразила наповал: «Клэр Маркус».
Мальчик кивнул, когда Хейли назвала имя своей лучшей подруги по средней школе.
— Скажи ему, чтобы хорошенько проверил телефон, скоро ты позвонишь ему снова. — Хейли заказала два капуччино, повернулась к школьнику: — Ну, так как же тебя зовут?
— Нейт… Натан.
— Хорошо, Нейт Натан, у тебя же есть деньги на завтрак. Расплатись.
Она предоставила ему рыться в карманах; он был уже совсем ручной, послушный, доверчивый. Потом села за столик, который я как раз перед тем совершенно случайно освободил.
— Принеси кофе, Натан, — сказала Хейли, пока я неспешно удалялся. Когда мальчик сел, она сказала ему: — У нас мало времени. Кто твой дружок?
— А, это Брэндон.
— Ну конечно же Брэндон. На него можно положиться?
Натан кивнул.
— А теперь послушай меня, Натан: если не будешь дергаться, чтобы случаем не обгадиться, самое меньшее — получишь обратно свои деньги. Вкусный кофе?
— Вы не дали мне шанса…
— Я твой шанс, Натан. И наш уговор — твой шанс. А ты все волнуешься насчет кофе?
— Нет, я…
— Ну-ка соберись. Следи за игрой. Что, успокоился? Не дергаешься?
— Нет!
— Тогда задай мне один вопрос.
— Ч-что?..
— Назови меня по имени. Ведь мы же не чужие люди — друзья, сидим пьем кофе.
Натан моргнул.
— Клэр, — подсказала Хейли. — Спроси: «Клэр, что тебе заказать?»