Бессердечный

Барлоу Елена

Дэни отработала свою вторую неделю в доме Филча, получила деньги и уже забыла о том, что мать в очередной раз напилась, снова задолжала кому-то деньги, потому что в четверг приехала Кендра, счастливая и прекрасная, сняла номер в отеле и пригласила сестрёнку к себе.

— Как там мама? — спросила она, нарезая фрукты за столом.

— Дома. Надоела уже! Её опять уволили, на этот раз из магазина.

— Даниэлла!

— Ну чего? Я вчера ходила к дядьке Маку. Отдала ему полторы штуки за неё.

Ты даже не представляешь, как я устала! Скорее бы накопить достаточно денег, чтобы свалить в Кеншим, к тебе.

Кендра покачала головой, взяла тарелку с фруктами и устроилась рядом с сестрой на широкой постели, где Дэни уже держала в руках по бокалу с коктейлем.

— Ты же единственная, кто у неё остался, солнышко. Что с ней станет, когда ты уедешь?

— Ты не хочешь, чтобы я жила поближе к тебе? — в голосе Дэни послышалась обида.

— Очень хочу, правда! Но мама...

— Я не хочу разговаривать о ней! Всё, забыли. Хотя бы на сегодняшний вечер. Давай лучше выпьем за твоего жениха!

Вечер действительно пошёл лучше, когда они заговорили ни о чём. Просто забыли обо всех проблемах, ели фрукты и десерт, смеялись и шутили. Кендра рассказала сестре о планах на свадьбу и о своём прекрасном женихе, а Дэни слушала и улыбалась.

— Ну, а ты что молчишь? Не рассказываешь про своего нового знакомого. Я слышала, он — звезда...

— Ага! Звезда одного района.

Дэни хмыкнула, подумав о Ричарде, и откусила большой кусок бисквитного десерта с клубничным джемом.

— И всё-таки, — Кендра заправила локон волос за ухо и придвинулась поближе, — колись. Что там с ним? Он сильно пострадал?

— Сильно...

— А как он выглядит?

— Нормально. Да что ты пристала с ним? Ну, шрамы, ну и что?

Девушка спрятала улыбку за глотком сока. Она внимательно посмотрела на сестру и вдруг спросила:

— А сколько ему лет?

— А какая разница-то?!

— Милая, просто зная твою... деликатную проблему, касающуюся мужчин, я смею предположить, что тебе было бы тяжело работать со взрослым.

Дэни фыркнула и расправила плечи.

— Я спокойно отношусь к нему, хотя он и много старше. Правда, я уже привыкла.

— Может быть, всё дело в его внешности? Ты не задумывалась о том, что он не отталкивает тебя только потому, что сам изуродован, и его пострадавшее тело стало своеобразным щитом от твоих страхов?

— Ну ты и выдумаешь же!

На самом деле Дэни размышляла на эту тему. Но стоило ей только подумать о собственной реакции на мужскую наготу, как она пыталась тут же от этого отмахнуться. А уж Ричард... Её охватывала дрожь при мысли о его странном поведении во время водных процедур. Она только надеялась, что он поверил, будто она ничего не заметила.

— Его приятели пригласили меня на юбилейное шоу их группы в эту субботу.

— Боже мой, солнышко,

ну конечно иди! Там будет весело.

— Я и не знаю даже... Сама понимаешь, я никогда на концерты не ходила.

Кендра махнула рукой, встала и направилась в ванную комнату. Оттуда она уже громче заговорила:

— Когда-нибудь приходится начинать делать что-то, чего ты не знаешь, не умеешь. Просто попробуй! А я помогу.

— Ага! Знаю я твою помощь. Нет уж, уволь.

— Дорогая, во-первых, тебе нужен вечерний макияж! Во-вторых, ты же не пойдёшь в этих своих дурацких спортивных штанах...

— Начина-а-а-ется!

Дэни стойко держалась, но Кендра умела побеждать в спорах и, в конце концов, уговорила сестру её послушаться. Она даже добилась, чтобы Дэни примерила её вечернее платье: короткое, с закрытой спиной, неглубоким вырезом и широким поясом-перехлёстом.

Долгие минуты нытья, недовольного бормотания и сжатых до боли кулаков стоили того — Кендра посмотрела на сестру, затем подвела её к большому зеркалу и заставила взглянуть на себя.

— Ты красивая, солнышко, — прошептала девушка, положив голову сестре на плечо и обняв её сзади. — Почему ты никак не хочешь это принять?

— Потому что мне всё равно. Вот ты красивая во всём! А мне ещё расти и расти до тебя..

— Брось! А кто ухаживал за мной, когда посадили отчима? Кто был со мной все те дни и ночи, когда я лежала в госпитале? Ты одна! Боже мой... Ты просто цены себе не знаешь, Дэни.

Сестра поцеловала её в тёплую, мягкую щёку, а Дэни по-детски хихикнула. Снова взглянула на себя в зеркало и дёрнула за краешек юбки-карандаш.

— Ты умеешь утешить. Ладно, на макияж согласна. Но платье надевать не хочу. Это будет... типа... рок-концерт.

— Ты такая прелесть! Я за тебя очень рада. Наконец-то ты выбираешься из своей раковины. А теперь помоги мне снять протез, пожалуйста.

Дэни повернулась к сестре и вздохнула, глядя на то, как Кендра снимает обувь, затем и гольфы и обнажает свою искусственную левую ногу. Пластиковый протез на специальных креплениях был сделан для Кендры пару лет назад по наводке врачей. Теперь никто на первый взгляд не мог догадаться о том, что девушка — калека.

Помогая сестре с креплениями, Дэни ненадолго сжала колено сестры пальцами и вдруг посмотрела ей в глаза и сказала:

— Ты — самая красивая, умная и сильная из всех, кого я знаю. Никогда не забывай об этом. И о том, кто меня всему научил.

Ответом ей стала искренняя улыбка родного и любимого человека.

***

Очередной рабочий день, к сожалению для Дэни, не обещал быть спокойным уже с самого утра. Девушка подошла к дому Филча к восьми, когда небо только-только избавилось от оранжевого рассвета. Уже за несколько домов Дэни разглядела машину полиции перед крыльцом и вслух выругалась.