Бесстрашная
Шрифт:
Месяцы, думал Террилл, охваченный неимоверным счастьем. Его улыбка была такой широкой, что заболели губы. Он жил все это время в страшном предчувствии, что Алиция вернется в Англию. Он с трудом сдерживал ликование. Но, размышляя трезво, можно было сделать следующий вывод: он выиграл сражение, но не всю кампанию.
– Это хорошая новость, – ответил он. – Но не думаю, что Шарлотта одобрит мои ухаживания за ее дочерью. Откровенно говоря, я бы не осудил ее за это. Я слишком стар для Алиции, и, Бог свидетель, у меня нет ни денег,
– Алиции не нравятся мужчины ее возраста. Она говорит, что они обтекаемы, как вареные яйца. Но не это главное. У Алиции есть свои планы. Но что касается Шарлотты, тут ты прав. Об этом-то я и хочу поговорить.
– Планы? Ты хочешь сказать, деньги, которые она унаследовала от отца? Я никогда не приму денег от женщины.
– Алиция ни словом не упоминала о наследстве. Насколько ей известно, всем распоряжается ее мать. А что касается ее проектов, то я уверена, что однажды она сама все тебе расскажет. И этот день скоро наступит.
Терриллу требовалось время, чтобы все осмыслить. Он уже понял, что Райна и Алиция в заговоре. Если бы он присоединился к ним, он мог бы добиться того, чего жаждало его сердце. Но в этом случае он не остался бы самим собой. Никогда его сердце не было так полно, как теперь: оно было полно Алицией. Он так страстно желал ее, что готов был рискнуть чем угодно.
– Что ты имеешь в виду, когда говоришь о том, что сама вступаешь в игру? – спросил он Райну.
– Шарлотта думает, что за Алицией ухаживает Улисс. Если моя мать воображает, что за мной ухаживаешь ты, то мы все спокойно можем проводить вместе много времени.
Терриллу и в голову не приходило, что у него мог быть соперник. От этой мысли внутри у него все похолодело.
– Так Улисс ухаживает за Алицией?
– Она клянется, что нет, а кому знать, как не ей?
– А ты в самом деле рассчитываешь, что твой план удастся?
– Сработал же он в тот день, когда мы катались на коньках.
Сердце Террилла сделало отчаянный скачок.
– Так вы вдвоем все это придумали? Райна кивнула головой:
– Все, кроме моего купания. Это был непредвиденный случай.
Он оттолкнул миску с супом. В заговоре, оказывается, есть свои достоинства, думал он, улыбаясь своей открытой улыбкой.
– Ты настоящий друг, Райна. Могу я попросить тебя еще об одном одолжении?
– О каком же?
– Не могла бы ты поехать сегодня со мной на ранчо Прайда? Если ты поможешь мне остаться наедине с Алицией, я помогу тебе с работой, когда мы вернемся.
Райна улыбнулась ему:
– Ну как тут откажешься?
Глава 19
Алиция была погружена в мир вестернов. В течение нескольких недель она не читала ничего другого, но теперь из читательницы она превратилась в неопытного, делающего первые робкие шаги автора. Ее продвижение по этой стезе было несколько замедлено снежной бурей. Но теперь она сидела на стуле у окна спальни и
Она читала, что Александр Дюма смеялся и плакал вместе со своими героями, что он вдохновлял их на подвиги, радовался их успехам и оплакивал их неудачи, и она была приятно взволнована, открыв в себе те же способности к сопереживанию. Несомненно, она была рождена для того, чтобы стать писательницей.
Алиция поднималась до рассвета и проводила пару часов за работой до завтрака, и так повторялось каждое утро.
Она испещряла страницу за страницей, а потом под каким-нибудь предлогом рано удалялась в свою комнату после ужина, чтобы продолжить работу.
После тщательного редактирования она перепечатывала каждую страницу на «Ремингтоне», одолженном у Улисса. Хотя она и придумала какое-то не очень правдоподобное объяснение, он не задавал никаких вопросов. Его внимание было сосредоточено на чем-то другом.
Четырех часов, которые ей удавалось урвать от других занятий, было недостаточно. В то время как она занималась какой-нибудь домашней работой, в ее мозгу скакали строчки и главы. Она взяла себе за правило всюду носить с собой маленькую записную книжечку. В этот день, пожаловавшись на головную боль, Алиция скрылась в своей комнате, чтобы отдаться любимому занятию.
Слава Богу, ее мать была слишком занята, чтобы заметить эту внезапно возникшую у дочери тягу к уединению. Когда Патрик был дома, Шарлотта все свое время суетилась вокруг пего. Когда его не было, она часами пропадала в новом крыле дома, вооруженная сантиметром и блокнотом.
Шарлотта сказала дочери, что она наконец почувствовала эти комнаты и теперь планировала их меблировку. Если бы матери было семнадцать лет, а не сорок семь, Алиция сочла бы, что она проводит все свое время в грезах о каком-то мужчине. Алиция не осмеливалась выудить из нее правду, учитывая, что у нее самой появилось много секретов.
Работать над книгой было для нее так же естественно, как есть и спать. Ей нравилось создавать новый мир, населяя его людьми, которых она сама наделяла характерами. Ей нужно было еще по меньшей мере два месяца!
Пока Алиция составляла список издательств, то узнала, что публика обладает отличным аппетитом в отношении такого рода романов. Несмотря на их популярность, некоторые священнослужители считали, что романы эти таят в себе угрозу для общественной морали, так как изображают женщин находчивыми, жаждущими независимости и готовыми покориться только тому мужчине, которого полюбят.
Многие из удачливых авторов этих копеечных книжонок писали о людях, существовавших в реальной жизни, таких как Кит Карсон, Джордж Армстронг Кастер и Баффало Билл Коуди, и писали о них так, будто близко знали их. На самом же деле они с ними никогда и не встречались.