Без ограничений
Шрифт:
Никакой реакции.
Справа от него сидела бригадный генерал Соннет Финнистер из ВОМС. Батлемонт был устрашен, увидев в первый раз ее походку. Походочка сержанта-строевика. Никаких глупостей. На ней была разработанная ею самой форма: прямая юбка в складку, скрывающая костлявые бедра, свободная блуза, чтобы закамуфлировать отсутствие верхних выпуклостей, и длинная пелерина, вносящая окончательную неразбериху в общий результат. На макушке ее головы пристроилась фуражка с утиным козырьком и плоским передом, сконструированная с единственной целью — спрятать
Она изредка поправляла головной убор.
Поспешное частное расследование Батлемонта выявило, что эта специфическая шляпка на прочих членах ВОМС выглядела просто отвратительно. Что касается женщин, то они прозвали ее Соннет Боннет [Чепчик Соннет (англ.)]. Была еще одна дополнительная информация, что подчиненные называли саму генеральшу Синистер Финнистер [Зловещая Финнистер (англ.)] частично по причине развевающейся накидки.
Слева от Батлемонта сидел генерал Натан Оулинг из Космических Инженеров, более известный как Хоулинг Оулинг [Вопящий Оулинг (англ.)], по причине характерных особенностей, проявляющихся в гневе. Он выглядел отлитым в нынешней форме офицерской касты — худой белокурый атлет. Голубые глаза напомнили Батлемонту глаза Гвен, разве что у мужчины они выглядели еще холоднее.
Если только это было возможно.
За Оулингом сидел Лео Прим, художественный директор агентства. Это был тонкий молодой человек, до того тонкий, что балансировал на грани истощения. Его длинные волосы, которые он носил довольно длинными, были от природы волнистыми. У него был узкий римский нос, выразительные карие глаза, глубокая ямка на подбородке и благородный рот с большими губами. Губы сжимали мудсигару.
Если бы Батлемонт мог выбирать себе внешность, то хотел бы быть похожим на Лео Прима. Романтичным. Батлемонт перехватил взгляд Прима и отважился дружески ему улыбнуться.
Никакой реакции.
Генерал Соннет Финнистер постучала тонким пальцем по столешнице. Для Батлемонта это прозвучало, словно отдаленный барабан марширующей смерти.
— Не лучше ли нам начать? — требовательно спросила Финнистер.
— Мы уже все здесь — наконец? — вопросил Оулинг.
Батлемонт попытался проглотить комок в горле.
— Ну… э… нет… э…
Оулинг раскрыл лежащий у него на коленях портфель, взглянул на рапорт разведки и обвел взглядом стол.
— Не хватает мисс Эверест, — объявил он.
— Разве мы не можем начать без нее? — поинтересовалась Финнистер.
— Мы подождем, — сказал Оулинг. Он наслаждался. «Проклятые паразиты нуждаются время от времени в хлысте! — думал он. — Мы им укажем их место».
Финнистер свирепо посмотрела на Оулинга: этот ястребиный взгляд заставлял дрожать полковников мужчин. Взгляд этот скатился с Оулинга безо всякого эффекта.
«Что за идиотская идея пришла в голову командованию — дать мне в напарники такой привыкший верховодить мужской тип, как Оулинг!» — подумала она.
— Защищено ли это место от любителей совать свой нос не в свое дело? спросил Оулинг.
Батлемонт обвел своим собственным
— Да здесь любой только этим и занимается! — отрезал он.
— Что? — начал подниматься Оулинг.
— Любители совать нос в чужие дела! — рявкнул Батлемонт. — Весь мой штат!
— Ааа. — Оулинг опустился обратно на свой стул. — Я имел в виду другую разновидность любопытства.
— А, это. — Батлемонт пожал плечами, подавив настоятельное желание бросить взгляд наверх, на замаскированные в конференц-зале линзы рекордеров. — Мы не можем позволить, чтобы наши идеи перехватывались другими агентствами, вы же знаете. Здесь абсолютно безопасно.
Гвен Эверест выбрала именно этот момент для своего появления. Когда она проходила через дверь в конце зала, все глаза обратились к ней и следили, как она шагает вдоль стены.
Батлемонт восхищался ее грацией. Такая женственная дама, несмотря на свою неприступность. Такое отличие от женщины-генерала.
Гвен отыскала у боковой стены свободный стул и втиснула его между Батлемонтом и Финнистер.
Начальник ВОМС свирепо посмотрела на пришелицу.
— Кто вы?
Батлемонт наклонился вперед.
— Это мисс Эверест, наш… э… — Он заколебался в замешательстве. У Гвен никогда не было в агентстве официального титула. Этого никогда не требовалось. Здесь каждый и так знал, что она босс. — Эээ… мисс Эверест наш… э… директор по координации, — закончил Батлемонт.
— Ну надо же! Какой замечательный титул! — воскликнула Гвен. — Он должен быть отпечатан на моей визитной карточке. — Она похлопала Батлемонта по руке и своим лучшим голосом тайного-агента-идущего-на-дело произнесла: — Оставим это, шеф. Кто эти люди? Что происходит?
Генерал Оулинг кивнул Гвен.
— Я Оулинг, генерал, Космические Инженеры. — Он указал на эмблему ракетного выхлопа на своем плече. — Мой компаньон, генерал Финнистер, ВОМС.
Гвен сразу узнала лицо знаменитой Финнистер. Она ослепительно ей улыбнулась.
— Генерал Вомс!
— Финнистер! — отрезала генеральша.
— Да, разумеется, — согласилась Гвен. — Генерал Финнистер Вомс. Знаете, я, должно быть, не слишком информирована.
Финнистер медленно и размеренно проговорила:
— Я… генерал… Соннет… Финнистер… из… из… Женщин… Космоса!
— Ой, как это глупо с моей стороны, — потупилась Гвен. — Разумеется, это вы и есть. — Она похлопала генерала по руке и улыбнулась Батлемонту.
Батлемонт, прекрасно понимавший фальшивость такого настроения у Гвен Эверест, пытался съежиться на своем стуле, чтобы исчезнуть с глаз.
В этот момент Гвен со страхом сообразила, что достигла психологической точки «безвозвратности». Где-то она допустила просчет. Гвен оглядела стол. Знакомые лица бросались ей в глаза с нереальной ясностью. Пристально глядящие глаза. Лучшей частью совещания было наблюдать Гвен в действии. «Я больше этого не выдержу, — подумала Гвен. — Я должна высказаться».