Без тебя

Вебер Агата

Захожу в ванную и теряю речь от новомодного дизайна: панорамное окно, шкафчики и раковина, джакузи. Рассматриваю себя в зеркало: всклоченные волосы, вся в красных пятнах от смущения и стыда. Тоже мне нашёл красавицу. Хороша ты, Аня, ничего не скажешь. Привожу себя в порядок. Быстро принимаю душ и наконец-то одеваю найденный комплект белья. Поверх надеваю всё то же платье.

Теперь надо сосредоточиться, Марьяна должна написать. Вылет у неё из Кишинёва. Жду её эсэмэс, так как по-другому нам запретили общаться. Пока потихоньку собиралась, телефон сообщил о полученном

сообщении. Вызываю такси в аэропорт, надо встретить. Решила пока снять ей номер в отеле на своё имя.

Я встретила Марьяну: спускаясь по эскалатору, она прижимала к себе сына, Артёмку. Рядом с ней была Лайла. Не привычно было видеть её в джинсах и топе. Сестра также была одета в джинсы и блузку.

Крепко обняла своих родных, не стала ни о чём расспрашивать, ещё успеется, наговоримся!

Забронировала им номер в отеле «Пахра» на неделю, там увидим, что делать дальше. Теперь поеду домой, мама, наверное, уже волнуется. Дома всё как обычно, мама готовит обед, радостно меня встречает, обнимает:

— Аня, какая-то ты загадочная, как там твоя подружка? Хорошо посидели? Развеялась немножко?

— Да! — мама сразу поняла, что не у знакомой была её дочь, глаза хитро сверкнули, а я спрятала улыбку в волосах. — Ну мам, засиделись, я подумала, что такси дорого выйдет! Потому заночевала, потом ещё по магазинам меня потаскала, прости, что так поздно!

— Ну хорошо. Мы, конечно, ждали тебя к завтраку, папа опять надулся, уже ближе к ужину поговорите, а сейчас давай обедать! — она быстро налила первое мне и себе, придвинулась поближе. — Рассказывай, кто он? Где была?

— У Кости… — Я села на стул и опустила ресницы, чувствовала, как краска заливает лицо. Смысл маму обманывать?

— Вот как… Значит, он тоже вернулся… — Она задумчиво перемешала дымящийся суп. — А ведь много лет не единожды видела его у нашего дома. Знаю, что последние годы всё по командировкам дальним мотался. — Опять мама посмотрела будто сквозь меня, отстранённо. — Костя, вот оно как. Ангелинка! А может, это судьба, и хватит уже тебе бегать?!

— Мам, я не знаю, наверное, я подумаю.

Вечером накрываю ужин и думаю, что пора мириться с папой. Сидим, разговариваем на кухне. Мама быстро покушала и дипломатично оставила нас вдвоём. Болтаем с папулей, я плачу оттого, что эмоции накрывают меня словно всё это, произошло только вчера. Он как в детстве прижимает мою голову к своему плечу и гладит мои волосы.

— Ничего, доченька моя, ты у меня сильная. Всё будет хорошо.

— Да, папуля. — “И Марьянка скоро с нами будет,”— думаю я, но не говорю об этом вслух.

Спустя некоторое время постучал мама и вошла:

— Ну, что, полуночники, помирились? Пойдём спать, Андрюш. Да и Ангелочку надо отдыхать.

— Да, Аленький, пойдём. Нам всем надо отдыхать. Мне завтра надо сходить в поликлинику. Пошли со мной. Ангелинка, спокойной ночи! — Они выходят в обнимку и переговариваются о чём-то, слышу в глубине квартиры их счастливые голоса. Что надо родителям для счастья? Чтоб у детей всё было хорошо.

Смотрю в окно и думаю о Марьяне. Как

они там в отеле устроились. Пишу эсэмэс, спрашиваю: «Как устроились?».

Ответ приходит незамедлительно: «Всё хорошо, спасибо!».

Надо решить вопрос с документами, по тем поддельным, с которыми выезжали из Мавритании, светиться в городе нельзя. Ладно, я обдумаю, как теперь помочь, Екатерины Петровны «Всемогущей» (как я про себя её называю) тут нет, надо что-то делать. А что? Я не знаю…

Может, у Кости спросить, как лучше? Я ведь умолчала тогда в своём рассказе о Марьяне, обошла стороной всю эту ситуацию. Потянуло выйти прогуляться… вдохнуть ароматы родного города. Я натянула джинсы, тонкий свитер, вышла из дома, прошлась по нашему вишнёвому саду, потрогала яркие благоухающие шары пионов и решила обойти старые, с детства, улицы. Уже на обратном пути свернула на Юбилейную, вся в своих мыслях, случайно толкнула кого-то.

Обернулась извиниться и опешила:

— Екатерина Петровна?! Как, здесь? Как такое возможно?!

— Аня, не кричите, всё нормально, просто моя служба за границей подходила к концу. И я вылетела параллельным с вами другим рейсом, всё обычно! А то, что мы из одного города, — простое совпадение.

— Как же мне Марьяне теперь помочь? Что делать с документами?

— А, эта ваша детективная история, — она вынула блокнот, что-то быстро написала, — позвоните по этому номеру! Думаю, вам помогут. Прощайте, Ангелина!

Я осталась посреди улицы с клочком бумаги в руках. Ну да ладно, сначала поговорю с Костей!

Глава 9. Жизнь-театр, а мы в этом театре актеры.

«Весь мир — театр.

В нём женщины, мужчины — все актёры.

У них свои есть выходы, уходы,

И каждый не одну играет роль».

Уильям Шекспир

С утра до обеда помогала маме по квартире. Но всё равно было такое чувство, что просто хожу из угла в угол. Мама пыталась о чём-то спрашивать. Но я неохотно с ней разговаривала, уйдя с головой в мысли о сестрёнке и Косте. Я готова его простить, хотя он мне толком о себе ничего не рассказал, только сказал, что без меня жизнь была серая. Моя тоже была не сахарная.

Я незаметно написала эсэмэс прибывшей беглянке. Она мне тут же присылала ответ. Мама поглядывала на меня с любопытством и ухмылялась. Весь день наблюдала за мамулей и видела, что возвращается к ней какая-то беззаботность. Но всё равно она вздыхала украдкой, думала, что незаметно. Про сестрёнку вспоминала. Надеюсь, что, когда Марьяшка появится на пороге нашей квартиры, они её простят и поймут. А очаровательный внук покорит их сердце, как он сделал это со мной.

Приближалось время обеда. Мы с мамой накрыли в большой комнате. В супнице уже дымился борщ. Второе ожидало пока на плите, чтобы не остыло. Уселись за стол и опять молча кушали. Опять все в своих мыслях. Этот час для меня всегда тихий и мирный, уютный мой уголок детства.