Бездна
Шрифт:
Но нет, никакого порно я не нашел. Зато нашел кое-что похуже.
Я обнаружил, что вот уже много месяцев Пас изучает сайты, посвященные воспроизводству акул. Вместо того чтобы интересоваться тем, как развивается в чреве ее собственный ребенок, она ежедневно заходила на vingtmilleoeufssouslemers.com [148] , где, помимо всего прочего, сообщалось об эмбриональном развитии акул и различиях между видами яйцекладущих акул, живородящих и яйцеживородящих. Я узнал, что акулы способны давать жизнь детенышам всеми способами, подаренными природой. В полном изумлении, я читал дальше уже по диагонали. В моем распоряжении было всего несколько минут, Пас
148
Двадцать-тысяч-яиц-под-водой – название сайта (фр.). Отсылка к роману Ж. Верна «Двадцать тысяч лье под водой».
И в этот момент я наткнулся на приложение: «Тигровая акула – тайна непорочного зачатия». Это было потрясающе интересно. В аквариуме одного из самых роскошных отелей Дубая акула-самка по имени Зебеде родила пятерых совершенно здоровых детенышей, хотя рядом с ней никогда не было ни одного самца. Детеныши, все пятеро, были самками, как их мать. То есть она в полном смысле слова воспроизвела себя. Одна, без участия самца. Что же Пас искала на этих сайтах? У меня шла кругом голова. В конце статьи говорилось, что этот случай партеногенеза [149] объясняет, почему акулы, появившиеся четыреста миллионов лет назад, смогли не только выжить за долгие тысячелетия, а еще и остаться хозяевами морей, тогда как многие другие виды давно вымерли. Океанские гидры, чьи головы отрастают на месте отрубленных…
149
Так называемое девственное размножение. Форма полового размножения, заключающаяся в развитии яйцеклетки без оплодотворения. – Прим. перев.
Я услышал шаги в коридоре и быстро захлопнул крышку.
– Ну, так что ты сегодня делала? – поинтересовался я, протянув ей тарелку с макаронами-«ушками». И не добавив, хотя меня так и подмывало: «Кроме того, что изучала сайты про акульи эмбрионы».
На это она спросила, не поднимая головы:
– Ты когда думаешь заняться детской?
– Ты не ответила на мой вопрос.
– Да, не ответила, потому что не желаю отвечать на идиотские вопросы. Ты прекрасно знаешь, что я не могу работать. Значит, что я делаю? Сижу здесь, в квартире, и вынашиваю твоего ребенка.
Ну почему природа так несовершенна? Я бы дорого дал за возможность парировать, лишь бы успокоить свою совесть и избежать подобных заявлений: «Ладно, давай с завтрашнего дня я сам буду его вынашивать!» Может, лет через двадцать мы придем и к этому. А пока… чем я мог ей ответить?!
Только любовью. Я накрыл ее руку своей. Она поднесла ко рту помидорчик-черри в сладковатом оливковом масле и повторила:
– Так когда ты собираешься заняться детской?
– У нас еще четыре месяца впереди.
– В эти выходные?
– Знаешь, в эти выходные не получится, я должен…
Она
– Что? Что ты должен? Сдать статью? Сделать передачу о политике? Взять интервью у министра транспорта? Или у ветеранов войны? «Не получится»! И это все, что ты можешь сказать беременной жене?! Да ты вообще мужчина или кто?
Я стиснул зубы. Это стало ее новым способом оскорбить меня, поставив под сомнение мои мужские способности, мой статус самца. Я отработал целый день, хотя, конечно, не вступил в схватку с саблезубым тигром и не пронзил копьем вождя вражеского племени, чтобы отнять у него оленью ногу. Я просто-напросто зашел, выйдя из автобуса, в супермаркет за едой. Банально, конечно, но такова уж современная жизнь.
Итак, в выходные мне пришлось заняться детской. Нам доставили кроватку, которую Пас выбирала целую неделю, а когда рабочие ее собрали, она ей разонравилась. Виноват был, конечно, я. Ее надпочечники вырабатывали теперь адреналин целыми потоками.
– Можно ее поменять, – предложил я.
Но Пас повторила мою фразу, грубо передразнивая меня пронзительным голосом:
– Можно ее поменять, ха-ха! И это все, на что ты способен? Почему ты не сказал мне, что она ужасна, эта кровать? Или у тебя нет собственного мнения? Значит, это я должна всем заниматься? Ты только посмотри на ее цвет, joder!
– Ну, подумаешь, цвет… Ребенку еще расти и расти, пока он сможет его оценить.
Она взглянула на меня так изумленно, словно я объявил ей, что хочу сделать пирсинг на сосках.
– Ты что, совсем спятил? Цвет нужен нам, а не ему! Эта распроклятая кровать будет мозолить нам глаза целых два года!
– Но вообще-то этот бежевый довольно приятен…
– А шоколадный лучше.
– Хорошо, давай обменяем на шоколадный.
И я позвонил в магазин. За те сумасшедшие деньги, что они сдирали за свою мебель, я мог себе позволить просьбу срочно доставить нам кроватку шоколадного цвета.
Затем наступила очередь комода. И тут она ударилась в слезы. Я обнял ее, мы уселись вдвоем на шоколадную кроватку.
– Уходи, Сезар…
– Ну что ты говоришь? Из-за какого-то комода…
– Ты прекрасно знаешь, что комод тут ни при чем.
– Тогда из-за чего?
Она заплакала еще горше.
– Ты ненадежный человек.
Я уже ничего не понимал.
– Послушай, я же готовлюсь стать отцом, ты об этом не забыла?
На самом деле мне следовало ответить: «Я буду отцом и поэтому запрещаю тебе…»
Она вздохнула, провела руками по волосам. На ее лице было написано смятение. И тут она нанесла мне самый страшный удар:
– Я хочу, чтобы ты ушел. Ты не создан для отцовства. Из тебя выйдет плохой отец.
У меня так сжалось сердце, что я чуть не задохнулся от боли. Я был уничтожен, разъярен и загнан в угол. Остаться – значит раздражать ее и дальше, а беременным раздражаться вредно. Уйти – значит подчиниться, не раздражать ее, но выставить себя трусом, жалкой тряпкой. И вдобавок безответственным типом: кто же уходит, бросив беременную жену?!
– Давай-ка успокоимся, – сказал я, принимая вину на себя, – это все из-за комода…
Неправильный ответ. И неправильный ход. Она замотала головой.
– Ты и вправду не понимаешь? Уходи! Пожалуйста!
У меня не было никакого выбора. Остаться значило увеличить еще на градус по шкале Рихтера ее ненависть ко мне.
Бастьен в одних трусах открыл мне дверь. Был второй час ночи. До этого я пытался утопить свою печаль, как велит обычай, в нескольких стаканах вина. И у меня уже не было ни сил, ни желания искать приют в гостинице. Мой друг остался один со своими тремя детишками: Сандрина уехала в Тур на семинар.