Безрассудство
Шрифт:
Да, он узнал о ней многое и одновременно практически ничего, потому что сведения были до крайности противоречивыми. Вот краткое суждение миссис Бартол: симпатичная, эмоциональная, не очень прилежная в учебе. Одна из соучениц Сары описала ее как своенравную, несдержанную, почти неуправляемую. Однажды Сару застали за курением в женском туалете... Другая рассказала Джейку, что ее подруга действительно эмоциональная, но скромная и, кроме того, несколько замкнутая и неуверенная в себе.
А вот мнение одноклассницы, с которой он только
Джейк попробовал подсчитать, как часто в его блокнотах встречаются слова «милая», «преданная подруга», «воспитанная», а сколько раз – «потерянная» и «замкнутая». Оказалось, что последних несколько больше. Соученицы, знавшие ее родителей, могли сообщить о них очень мало: богатые, принадлежат к филадельфийской аристократии, с причудами.
Вот и составь после этого достоверный портрет. Сара Джеймисон по-прежнему продолжала оставаться для Джейка загадкой. Собранные вместе, мнения о ней чем-то напоминали ему известную притчу о слепцах и слоне. Помните, как слепцы пытались дать описание слона, подходя к нему с разных сторон? По-видимому, так и соученицы Сары характеризовали разные стороны ее натуры. Каким же человеком она была? Каким стала?..
Джейк отправил в рот очередной кусочек холодной пиццы и снова посмотрел на фотографию в альбоме. Классической красавицей назвать Сару было нельзя, однако она, несомненно, была хороша собой. Особенно интриговала загадочная улыбка. Сара представлялась ему сердечной, отзывчивой, умной и достаточно сильной. Но возможно, мечтающей о несбыточном.
Конечно, с такими родителями ей было нелегко. А Скотт Тейлор, должно быть, привлек ее своей харизмой, самоуверенностью, талантом. Она полетела к нему, как бабочка на пламя.
Версию истории Сары – женщины-вамп, совратительницы, Джейку пришлось отбросить. Теперь он склонялся в сторону Сары ранимой, беззащитной, нуждавшейся в опеке. Такой образ подходил ей больше.
Джейк уже в который раз вообразил их первую встречу. Он видел Сару в мельчайших деталях: ее лицо, гладкую белую кожу, вьющиеся темные волосы. Одежда представлялась какой-то расплывчатой, неопределенной, окружающая обстановка тоже. Но выражение лица, осанку – это он видел отчетливо.
– Рад познакомиться, – говорил он в своих фантазиях. – Вы не можете даже вообразить, сколько препятствий мне пришлось преодолеть, прежде чем удалось отыскать вас.
С этого момента события развивались по двум сценариям. Согласно первому молодая женщина вела себя вежливо, дружелюбно, была признательна за то, что он вызвался ее защитить. Соглашалась выступить в суде и рассказать обо всем, что видела в ту злосчастную ночь в номере отеля Скотта Тейлора. Второй сценарий изображал прямо противоположную ситуацию. Сара приходила в ужас, ее охватывала ярость, она проникалась к Джейку жгучей ненавистью. В его ушах звучал ее возмущенный голос: «Как вы посмели
А вот его ответная реплика была невнятной. Он не мог понять ни единого слова. Видимо, потому, что до сих пор так и не решил, что ей скажет.
Джейк встал и подошел к окну. Засунув руки в карманы брюк, уставился на Брод-стрит. Вспыхивая проблесковым маячком, промчался полицейский автомобиль, завыла сирена. Внезапно он осознал, что тайна убийства Скотта и местонахождения Сары Джеймисон практически одно и то же. Эти загадки так переплелись, что стали неразделимыми. И разгадав одну, он должен разгадать и другую.
Он долго размышлял, вспоминая амурные похождения покойного зятя.
Неужели Скотт воспользовался беззащитной наивностью молодой женщины?
От этой мысли все сжалось внутри. Ему хотелось сохранить память о Скотте как о порядочном человеке. Да, он был бабником, неутомимым ходоком, но не подлецом из тех, что пользуются доверчивостью чистых женских душ.
Джейк направился к телефону и набрал номер Дэвида. Просто узнать, как дела. Самому сообщить было нечего. Никакими конкретными сведениями о местопребывании Сары Джеймисон он по-прежнему не располагал.
– Хочешь совет? – спросил Кармайкл в конце разговора. – Брось это. Брось. Неужели ты не понимаешь, что этот твой очередной крестовый поход только испортит жизнь еще нескольким людям. И больше ничего. Джейк, зятя ты все равно не воскресишь. Подумай лучше о своей сестре.
Джейк пригладил рукой растрепанные волосы.
– Я думаю. И не только о ней. Черт возьми, это единственное, чем я занимаюсь здесь с утра до вечера.
– Ну, ради разнообразия подумай о себе. Не слишком ли много ты уже потерял, занимаясь этим делом?
– Тут я с тобой согласен.
– Тогда, ради всего святого, оставь вещи там, где они лежат. Живи спокойно своей жизнью. Она у тебя одна.
– Я об этом подумаю, – сказал Джейк.
– Нет, дружище, не подумаешь.
Что правда, то правда. Джейк не смог бы отказаться от поисков Сары. И Дэвид это знал.
– Ладно, Савиль, пора закругляться. Держи меня в курсе дела. Кстати, тебе известно, что ты засранец?
– Догадываюсь, – согласился Джейк.
Ночью, ворочаясь в постели, он все пытался понять, почему снова поставил на карту свою судьбу. Ради того, чтобы найти какую-то женщину...
«Разве я мало потерял за время этой маниакальной погони за призраком длиной в полтора года? Ведь меня предупреждали, а я не хотел слушать. Сегодня Дэвид предупредил снова.
Что делать? Искать и найти. Любой ценой.
А если и на этот раз неудача? Если в конце концов окажется, что Сара (если я ее когда-нибудь отыщу) не была никакой свидетельницей и понятия ни о чем не имеет? Если такое случится, то я в очередной раз потеряю веру в себя, и причин продолжать существование больше не будет...»