Безумный корабль
Шрифт:
Сам он никогда особо не интересовался денежными делами своей семьи. Этим занимались его мать и старший брат с отчимом. Он же всегда был исследователем и ученым. Он делал открытия, которые в их руках оборачивались звонкой монетой. Дальнейшее движение этих денег весьма мало занимало его…
И вот теперь он гадал, будет ли у него хоть какое-то право голоса, когда придется решать.
Малта между тем обиделась:
– Рэйн! Мы же о моем отце говорим!… Могу ли я спокойно дожидаться, пока моя мама с твоей переговорит? Если мы хотим его выручить, надо действовать немедленно!
Он
– Послушай, Малта… Я не властен вот так сразу предложить тебе помощь. Я – всего лишь младший сын. Есть еще трое старше меня…
Она сердито топнула ножкой:
– Я не верю! Если я хоть в какой-то мере небезразлична тебе, ты непременно должен помочь!
Рэйн с внезапным испугом подумал, что говорила она точь-в-точь как драконица…
…Ох, пристальней надо следить за своими мыслями, когда смотришь сон из сновидческой шкатулки!… Земля у них под ногами внезапно заколебалась. За первым толчком немедленно последовал новый, еще более резкий и сильный. Малта схватилась за дерево, пытаясь устоять на ногах, и испуганно закричала:
– Что происходит?…
– Землетрясение, – отвечал он спокойно. Землетрясения в Трехоге действительно случались нередко. Висячий город от них не особенно страдал, раскачиваясь, как на качелях, на живых и надежных древесных ветвях… А вот подземным копям и впрямь доставалось. Рэйн задумался о том, было ли это реальное землетрясение, отозвавшееся в их сне, или невольно придуманное.
– Да знаю я, что такое подземные толчки! – не без некоторого раздражения сказала Малта. – Все Проклятые Берега только и делают, что трясутся! Я имела в виду тот странный звук…
– Звук?…
– Ну, такое царапанье. Как когтями по железу. Ты что, не слышал?
Он слышал. Еще как слышал! Непрестанно, во сне и наяву, его преследовал слабый, но отчетливый звук когтей драконицы, беспомощно скребущей несокрушимые стены своей прижизненной гробницы.
– Так ты… тоже слышала? – потрясенно вырвалось у него.
«А я-то старательно отгораживался от назойливого царапанья!… Мне внушили, что оно создано моим воображением, я и поверил…»
И тут все кругом начало стремительно меняться. Краски леса ожили, заиграли, налились яркой свежестью. Подул теплый ветер и принес волну аромата зреющих фруктов. Мох под ногами стал грубовато-упругим, а дорожка заискрилась на солнце. Синева неба сделалась гуще и глубже… Все это уже весьма мало соответствовало воспоминаниям Рэйна о старой шпалере. Кто-то властно вмешивался в видение, порожденное сновидческой шкатулкой. Кто-то… и навряд ли это была Малта.
Рэйн окончательно убедился в своей правоте, когда на горизонте начали вскипать грозовые облака. Когда же разошедшийся ветер принялся сбивать с веток плоды, он ощутил первый укол страха. Один из желтых шаров разлетелся на жижу и семечки у самых ног Малты. Поднялся густой запах, но отдавал он уже не спелостью, а гнилью и разложением.
– Малта, – проговорил Рэйн торопливо. – Надо расстаться. Скажи своей матери, что…
Небо у них над головами вспорола первая молния. Незамедлительно последовал мощный раскат грома. Рэйн ощутил, как встают дыбом волосы на голове, а ветер донес странный запах. Малта, низко пригнувшись от испуга, безмолвно указывала пальцем в небеса. Беспорядочные
Рэйн поднял голову и увидел, что над деревьями зависла в полете драконица. Могучие удары крыльев порождали сущие вихри, и даже тучи, приглушившие солнечный свет, не могли скрыть ее великолепия. О, она была поистине несравненна!… Радужные цвета так и мчались по серебру ее тела и крыльев, глаза горели медью.
– Кто здесь говорил, что не властен? – Ее голос заполнил собой все небо. На ближайшем дереве затрещали сучья, большая ветка обломилась и рухнула наземь. – Я – властна! Освободите меня, и я вам помогу! Обещаю!
Движение распахнутых крыльев подняло ее в вышину, и там она не спеша заложила такую петлю, что у смотревших закружились головы. Длинный змеящийся хвост так и полосовал небеса…
Потревоженные тучи принялись низвергать потоки дождя, тотчас до нитки вымочившие людей. Малта, дрожа, бросилась прятаться в объятия Рэйна, к нему под плащ. Он обнял ее, и даже мысль о драконице, кружащейся наверху, не заглушила для него тепла ее тела, легко проникавшего сквозь вымокшую рубашку. А Малта щурилась из-под плаща на гигантское летучее существо:
– Кто ты? Чего ты хочешь?…
Драконица откинула голову и громоподобно расхохоталась. Пронеслась у них над головами и опять взмыла в поднебесье.
– Кто я?… Чтобы я, как последняя дурочка, вот так сразу тебе имя свое назвала?… Нет уж. Я никому просто так, задаром, власти над собой не вручаю! А насчет того, чего я хочу… Я хочу заключить сделку. Обменять свою свободу на корабль, о котором вы говорили, и, если там вправду находится твой отец, добавляю еще и его жизнь. Ну? Что скажете? Куда уж проще, не так ли? Жизнь – за жизнь!
Малта тотчас повернулась к Рэйну:
– Она… настоящая? Она вправду может помочь нам?
Рэйн смотрел вверх, на драконицу. Та яростно работала крыльями, уносясь все выше в кипящее грозовое небо. Скоро высота превратила ее в серебряную звезду, горевшую в серой тьме облаков.
– Настоящая, – сказал он Малте. – Но помощи от нее ждать не приходится.
– Почему? Она такая громадная! И летать может! Почему бы ей не отправиться туда, где пираты держат корабль, и не…
– И что? Уничтожить «Проказницу», чтобы пиратов поубивать? Возможно… если бы ты решила, что так оно будет лучше всего. И если бы она в самом деле была свободна и могла летать, а это не так! Она лишь показывается нам во сне. Показывает себя такой, какой, по ее мнению, должна быть…
– А что с ней в действительности?
До Рэйна внезапно дошло, что они вот-вот затронут очень сокровенную и предельно опасную тему.
– Она, – сказал он, – заточена в темнице. Глубоко под землей. И не в человеческих силах ее вызволить.
Он снова ухватил Малту за руку и побежал с ней по дорожке к небольшому и весьма крепкому домику, только что созданному его воображением. Рэйн распахнул дверь, и благодарная Малта первой влетела внутрь. Он последовал за нею и притворил дверь, отгораживаясь от непогоды. В небольшой, очень просто обставленной комнате их ждал огонь в очаге. Малта собрала волосы в узел и стала их отжимать. Потом повернулась к Рэйну. Капли воды блестели на ее лице, в глазах танцевало отражение пламени.