Безумный корабль
Шрифт:
Ходить тихо было, в общем, труднее, чем бегать по палубе, но Кеннит справился. Он успел доподлинно выяснить, где обыкновенно спал Са'Адар, и теперь уверенно двигался в том направлении, несмотря даже на тусклый свет немногочисленных фонарей. Встав наконец над лежащим жрецом, Кеннит некоторое время молча смотрел на него… Са'Адар отнюдь не спал, но Кеннит не стал и притворяться, что будит его.
Очень тихо он сказал священнослужителю:
– Если хочешь увидеть, как справедливость постигнет Кайла Хэвена, вставай и следуй за мной. Бесшумно!
Все так же уверенно и спокойно повернулся
Кеннит шел мимо храпящих и посапывающих людей, пока не обнаружил еще двоих, которых он себе наметил заранее. Деджи спал, даже во сне прикрывая ручищей свою подругу Сейлах, свернувшуюся клубочком. Капитан дважды легонько толкнул мужчину кончиком костыля. Взглядом указал ему на спутницу – и зашагал дальше. Деджи, послушный, точно хорошо обученный пес, сразу разбудил Сейлах и молча двинулся за капитаном.
Так, друг за дружкой, они и шли по спящему кораблю. Если кто и открывал глаза при их приближении, у таких людей хватало ума не подавать виду.
Снова выбравшись на палубу, Кеннит повел всех на корму и наконец остановился перед дверью каюты, в которой держали Кайла Хэвена. Короткий кивок, обращенный к «расписным», и те без слов угадали волю капитана. Деджи безо всяких церемоний распахнул дверь и вошел.
Кайл Хэвен от неожиданности вскинулся на своем неопрятном ложе. Спутанные волосы в беспорядке падали ему на плечи. В каюте отвратно воняло немытым телом и мочой – почти так же, как когда-то в трюме, набитом невольниками. Кеннит невольно поморщился. Однако голос его остался мягким и ровным:
– Попрошу пойти с нами, капитан Хэвен.
Тот обвел стоявших перед ним диким взглядом. Его глаза остановились на лице улыбавшегося Са'Адара.
– Убивать поведете? – хрипло вырвалось у него.
– Нет, – сказал Кеннит. Ему, впрочем, было все равно, поверит ли ему Кайл. Он повернулся к «расписным»: – Проследите, чтобы он с нами шел… да при этом помалкивал. – И вновь обратился к Хэвену, приподняв бровь: – Мне, знаешь ли, безразлично, какими средствами они заставят тебя вести себя тихо. Так что от того, проявишь ты или нет добрую волю, очень мало зависит. Однако, если проявишь, это избавит нас обоих от многих хлопот…
И Кеннит повернулся к ним спиной, не заботясь, кто и каким образом будет выполнять его распоряжения. Но Са'Адару, конечно, хотелось себя показать, и он дерзко поравнялся с капитаном:
– Разве ты не собираешься разбудить всех? Чтобы и они могли посмотреть на то, как…
Кеннит остановился чуть не посреди очередного шага. И сказал, даже не повернув к жрецу головы:
– Кажется, я понятно выразился: мне нужна тишина.
– Но…-не унимался Са'Адар.
Движение состоялось словно бы само по себе, Кенниту даже не понадобилось сознательного усилия мысли. Он просто перенес вес на здоровую ногу, оперся плечом о кстати находившуюся поблизости стену и от всей души шарахнул костылем. Удар пришелся Са'Адару по ляжкам, он ахнул и отшатнулся все к той же стене, открыв от боли
Остановившись возле гички, он подождал, пока подойдут остальные. Его приятно удивило то, что Хэвен помалкивал, – не пришлось ни оглушать его, ни затыкать рот. Этот малый явно верил в его, Кеннита, власть над своими людьми. А также понимал, что, кто бы ни прибежал на его вопли, навряд ли у него найдется много защитников… Что ж, в любом случае его покорность и вправду обещала избавить всех от хлопот.
Хромоножка поднялась им навстречу. Кеннит вновь обратился к «расписным»:
– Принесите сундучок. Тот самый. И приготовьтесь шлюпку спускать.
Деджи мигом исчез. Остальные молча дожидались его. Ни дураков, ни самоубийц здесь не было, вопросов больше никто не задавал.
Когда гичку спустили, Кеннит сел на носу. Хромоножка устроилась ближе к корме, возле сундучка. «Расписные» взяли одну пару весел, жрец и капитан Хэвен – другую. Кеннит указывал, куда грести, время от времени тихим голосом отдавая указания. Следуя им, они прошли между двумя маленькими островками и оказались с подветренной стороны третьего.
И только когда их сделалось невозможно увидеть ни с одного из кораблей, Кеннит направил шлюпку к четвертому острову, куда и лежал их путь.
Он не позволил «расписным» сразу пристать к острову Замочной Скважины; они гребли и гребли, пока впереди не открылось вроде бы устье небольшой бухты. Один Кеннит знал, что на самом деле это была совсем не бухточка. То, что снаружи казалось большим протяженным островом, с высоты птичьего полета представляло собой узкую и почти замкнутую подкову. Она состояла из скальной стены, заросшей поверху лесом, а «бухта» служила входом в нее. Посередине лагуны располагались еще два острова: побольше и поменьше. Небо над головами уже начинало сереть, когда Кеннит молча указал гребцам на больший из внутренних островов.
С воды он ничего особенного собою не представлял. Ничем не примечательный берег, кустарник, щетина низкорослых деревьев… Кенниту было известно, что по другую сторону островка имелась отличная глубоководная якорная стоянка, но для его сегодняшней цели каменистый берег подходил лучше всего. По мановению его руки «расписные» подвели гичку к суше. Кеннит сидел в ней, как король на троне, а все остальные, выбравшись наружу, потащили суденышко из воды. Они едва-едва справились с этим, когда произошло то, что Кеннит предвидел с самого начала. Оказавшись на берегу, Хэвен пустился наутек.
– Догнать, – коротко скомандовал Кеннит.
Для этого хватило одного метко пущенного камня. Отец Уинтроу запнулся на бегу и упал, но еще прежде, чем он успел снова вскочить, на него прыгнул Са'Адар. Жрец схватил Кайла за горло и ударил его головой оземь.
– Свяжите ему руки. Сзади, – велел Кеннит раздраженно. – И пусть жрец его больше не трогает, – сказал он «расписным». И отдал распоряжение Хромоножке: – А ты будешь мне помогать. Но только тогда, когда я скажу!
Девушка заморгала глазами, но, кажется, поняла. И пошла за ним, точно тень.