Билл-завоеватель
Шрифт:
Неизвестный коснулся ногами крыши, и в то же мгновение Билл прыгнул. Кто-то испуганно завизжал, и Билл к своему изумлению обнаружил, что держит девушку. Тут вся его воинственность испарилась, уступив место раскаянию. Мужчину, который коснется женщины иначе чем с лаской, общество справедливо презирает. Что же сказать о мужчине, который бросается на даму, словно это вражеский центр-форвард? Билл сгорал от стыда.
– Извините! – воскликнул он.
Флик не ответила. Когда она спускалась по простыне, ей в голову не приходило, что из темноты
– Мне страшно неловко, – продолжал Билл. – Я думал… Я не знал… Я и предположить не мог…
– Я уронила сумочку, – слабо выговорила Флик.
– Позвольте мне! – сказал Билл.
Вспыхнула спичка; Билл, стоя на четвереньках, светил на крышу. Огонек озарил его лицо.
– Мистер Вест! – изумленно вскричала Флик.
Билл, который только что нашел сумочку, вскочил. Из всех невероятных событий сегодняшней ночи это было самое ошеломляющее.
– Я – Фелисия Шеридан, – сказала Флик.
Билл так опешил, что в первую минуту имя ничего ему не сказало. Потом он вспомнил.
– Боже правый! – вскричал он. – Что вы здесь делаете?
– Я здесь живу.
– Я хотел сказать, что вы делаете на крыше?
– Бегу.
– Бежите?
– Бегу из дома.
– Вы бежите из дома? – повторил обескураженный Билл. – Не понимаю.
– Не кричите, – прошептала Флик. – Нас могут услышать.
Это показалось Биллу разумным. Он понизил голос.
– Почему вы бежите из дома? – спросил он.
– Почему вы оказались на крыше? – спросила Флик.
– Что вам в голову взбрело? – полюбопытствовал Билл.
– Что случилось в саду? – парировала Флик. – Я слышала шум и крики.
Билл понял, что картина прояснится быстрее, если он перестанет задавать вопросы и ответит первым. Иначе они простоят всю ночь, спрашивая на два голоса. Растолковать, что привело его в дом, было нелегко, зато остальная история выглядела исключительно простой. Билл вкратце передал события.
– Этот тип огрел меня палкой по голове, – заключил он, – и я словно ополоумел. Позабыл все на свете и бросился за ним. Теперь я понимаю, как это глупо. А тогда казалось – самое оно.
– Огрел вас палкой по голове! – недоверчиво повторила Флик. – Кто же?
– Тот тип. Пайк.
– Родерик!
– Нет, Пайк.
– Его зовут Родерик Пайк, – пояснила девушка. – Поэтому я и бегу из дома.
Биллу это показалось нелогичным. Женщины способны на странные поступки, но чтобы самая горячая девушка сбежала из дома, потому что кого-то зовут Родерик Пайк?
– Они хотят, чтоб я вышла за него замуж.
Загадка разрешилась. Билл вздрогнул от ужаса и сострадания. Минуту назад он считал, что Флик неправа, и намеревался при первой возможности ее отговорить. Теперь все изменилось. Немудрено, что она сбежала. Всякая сбежит. Что бы ни предприняла девушка ради спасения от человека, ударившего его палкой по голове, Билл не усмотрел бы в этом крайности. Его отношение
– Выйти за этого мерзавца! – воскликнул он, не веря своим ушам.
– Конечно, у Родерика есть свои хорошие стороны.
– Нет! – сказал Билл и потрогал раненую макушку. Расходившемуся воображение шишка под волосами представилась горным пиком.
– Так или иначе, я за него не выйду, – сказала Флик. – Вот и пришлось бежать. Одно плохо, – горько заметила она. – Я совершенно не знаю, куда идти.
– Самое разумное – отправиться ко мне, – сказал Билл. – Дома мы все обсудим и что-нибудь придумаем.
– Считаете, что так будет лучше?
– Не оставаться же на крыше. В любой момент нас могут увидеть.
Флик заволновалась.
– А мы сумеем выбраться незаметно?
– По-моему, в саду никого нет.
– Я, во всяком случае, никого не слышу. Наверное, они ужинают. У нас сегодня званый ужин, а попробуйте не покормить полковника Бэгшотта вовремя! Который, по вашему, час?
– Понятия не имею. Думаю, около девяти. Я приехал без чего-то восемь.
– Вот что я скажу. Прыгайте на землю и ползите к парадной двери. Если соседнее окно горит и доносятся голоса, значит, они ужинают.
– Отлично. Если все хорошо, я свистну.
Флик осталась ждать в темноте. Трепетное волнение, в котором она спускалась по простыне, улеглось. Казалось, Билла послали ей в трудную минуту небеса. Она очень смутно представляла, что будет делать за пределами Холли-хауза, но теперь ей есть на кого опереться. Билл такой большой и надежный. Каменная стена. В своем энтузиазме она несколько преувеличивала его умственные способности, и потому верила, что для Билла нет неразрешимых задач.
Тихий свист прорезал ночные шорохи. Флик свесила голову с крыши.
– Все хорошо, – сказал Билл. – Бросайте чемодан.
Флик бросила чемодан, Билл умело подхватил. Флик сползла с крыши. Сильные руки поймали ее и мягко поставили на землю.
– Они ужинают. Нам идти через главный вход, или есть другой?
– В стене за лужайкой – калитка. Лучше пройти через нее.
Они крадучись пересекли лужайку. В темноте сопело что-то маленькое и белое. Флик с плачем наклонилась.
– Боб! – Она выпрямилась, на руках у нее был песик. Впервые ощутила она горечь сиротства. – Я не могу оставить Боба.
– Так берите с собой, – отвечал Билл.
Флик задохнулась. Ее сердце распирала благодарность к сказочному герою, который не воздвигает препятствий, не ставит жестоких условий. Боб, радуясь славно проведенному вечеру и вообще жизни, бурно лизал ей лицо. Они вошли в калитку.
Прощально стукнула щеколда. Холли-хауз остался в прошлом. Флик стояла на пороге мира.
– Все хорошо? – участливо спросил Билл.
– Все хорошо, спасибо, – отвечала Флик, но голос ее дрожал.