Битва самцов

Узун Юлия

~~~

Ким мечтательно наблюдала за плавными движениями Читта через стекло. Он её не видел. Его взгляд был направлен на медсестру, которая подсказывала, что делать. Читт делал успехи и быстро шёл на поправку. Ким волновалась по этому поводу. Прошло полгода, но этого не достаточно, чтобы случай был забыт. Марк успокаивал её, обещая, что возвращение Читта начнётся с Китая. Там, по крайней мере, не будет любопытного Тхэ Мина.

– Он будто догадывается, – говорил Марк. – Уже несколько раз подходил ко мне с вопросами.

Какое счастье, что скоро у него «фанмитинг» тур по Азии. Появится время реанимировать карьеру Читта.

Тхэ Мин не заботил Ким так, как Элора, которая являлась законной женой Ли и, прознав о том, что он жив, тут же примчится. У Ким в запасе было мало времени. Если бы Вон не бросил Элору, у Ким была бы с ней связь. Вон всегда мог отвлечь её, если было бы необходимо. А сейчас неизвестно, что с ней и где она.

– Ким? Ты меня ждёшь?

Вздрогнув, она обернулась. Так задумалась, что не заметила, как Читтапон закончил физические упражнения и сел в своё кресло. Он подъехал ближе, чуть склонил голову в приветственном жесте. Ким тоже склонилась.

– Соскучилась. Приехала рано.

– Хочешь со мной перекусить? Мне одному скучно. Ян уже две недели, как уехал из центра.

– Предложение с удовольствием приму, – расплылась в довольной улыбке Ким. – С Яном ты подружился, я смотрю.

– Редко среди нас встречаются добрые и понимающие люди. У нас много общего, и это нас связывает. За эти месяцы Ян стал мне не просто другом, а братом.

– О, наверное, он действительно хороший человек. А разве он не обещал навещать тебя?

– Он навещает. Но это уже не то. – Читт посмотрел на свои ноги и на лице отразилась грусть. – Мне говорят, что скоро я буду ходить и даже танцевать, но ноги почему-то меня не слушаются.

– Это психологическое, – успокаивала его Ким. – Всё придёт в норму.

Они подошли к столику на улице и сели. Девушка из обслуживающего персонала принесла им лапшу с яйцом. Читтапон сразу взял палочки и начал есть, а Ким не чувствовала голод. Она думала, как заставить парня, сидящего напротив, влюбиться в неё. Любовь уже не отбить. Потом, даже если Элора появится на горизонте, сердце Читта к ней остынет.

– Чем занимается Тхэ Мин? – спросил Читт. Он обижался на друга, но думать о нём не переставал.

– Я не слежу за его жизнью, Читт. У самой плотный график, выделяю время для тебя – это всё, на что меня хватает.

– Не стоит.

– Что? Читт, пожалуйста, мне ведь доставляют радость эти посещения. Не порти настроение, прошу тебя.

Читт улыбнулся своей неотразимой улыбкой и вернулся к поеданию лапши. Пока Ким думала, как привлечь внимание Читтапона, он вспоминал лучшие мгновения в объятиях Элоры.

Он не забудет эту американку ни за что и никогда.

~~~

Корбин прочитал мне длинную нотацию по поводу моей затеи ехать в Нью-Йорк, даже несмотря на то, что со мной отправляется Тхэ Мин. Билеты были куплены, чемодан собран. Тхэ Мин ждал меня вместе с такси ровно в восемь утра. А я до сих пор ссорилась с братом.

–

И почему я тоже не могу поехать?

– У тебя учеба.

– Не предлог.

– Предлог, если учесть, сколько времени это займёт.

– Сколько? – Корбин упёр руки в бока.

Я схватила чемодан и двинулась к лестнице.

– Я понятия не имею, сколько пробуду в Нью-Йорке.

– Этот Тхэ… Как его там? Ладно, ты уверена в нём?

– Он был лучшим другом моего мужа. Как сам думаешь?

Взяв у меня чемодан, упрямец брат спустил его вниз и помог донести до такси. Я знала, что он чувствует. Корбин боялся отпускать меня именно теперь, когда я была так беззащитна. О проблемах с беременностью он тоже знал и переживал за нас. Мой любимый брат уже привык к мысли, что станет дядей, и это умиляло. Однако ребёнок Вона меня не так заботил, как то, что мы с Тхэ Мином сможем выяснить в Нью-Йорке. В глубине души я верила, что поездка будет не напрасной.

В самолёте мы дружелюбно общались на разные темы. Мой корейский был не так плох, как выяснилось. А Тхэ Мин оказался интересным собеседником. К тому же он был галантен: помогал мне переступать пороги, передавал чай и еду, попросил у стюардессы плед, чтобы я не мёрзла. Ким полная дура, если считает, что Тхэ Мин плохой любовник. Он – мечта многих девушек. Не моя мечта, конечно. Однако мнения это не меняет. Впервые я смотрела на Тхэ Мина с теплотой и пониманием, а не как раньше – с презрением.

Мы приехали в Нью-Йорк к обеду и первым делом заселились в отель. Я не стала долго думать и выбрала тот же отель, где останавливались мы с Читтом. Да, здесь хранились воспоминания, но радовало то, что нас заселили совершенно в другой стороне и на другом этаже. Тхэ Мину достался номер через дверь после моего, так что мы были не очень далеко друг от друга.

Приняв душ и переодевшись, мы поехали в ресторан обедать. Метрдотель подумал, что мы муж и жена. Как ни странно, но Тхэ Мин не стал его поправлять. Лишь улыбнулся и подставил мне свой локоть. Смущённая ситуацией я приняла жест и гордой походкой последовала за корейцем.

– Ты правда понял, что сказал метрдотель? – решила уточнить я, когда меню были в наших руках. Я решила, что уровень языка не позволил понять смысл сказанного. Тхэ Мин очень плохо говорил по-английски.

– Элора, если я буду всем объяснять на своём плохом английском, кем ты мне приходишься, у них уши в трубочку скрутятся. Предпочитаю промолчать. Извини, если тебя это задело.

– Нет. Нисколько.

– В таком случае, давай закажем еду.

За обедом мы распланировали наш день и решили ехать в больницу немедленно. Я не стала признаваться Тхэ Мину, что плохо себя чувствую. В последнее время я частенько чувствовала недомогание и считала это нормой в моем положении. В сумочке нашла таблетку от тошноты и выпила её. Мама уже говорила, что тошнота в третьем триместре не очень хороший признак, но я ссылалась на слова доктора: «Просто отдыхайте чаще и пейте витамины». Витамины. Меня тошнило от их запаха, я не могла их пить!