Битва судьбы

Казаков Дмитрий Львович

Вслед за ним маленький отряд резко повернул на юг. Вскоре после этого погода начала меняться. Подул ветер, мороз ослабел. На блеклое солнце наползли свинцовые тучи. А когда стемнело, до земли долетели первые снежинки. Когда стало темнеть, Хорт сказал:

– Завтра будем дневать. Приступ отнял у меня все силы.

– Да и мне надо выспаться, – кивнул Родомист. От его зевка с дерева с испуганным карканьем сорвалась ворона. – Магическая сеть осталась по ту сторону границы, так что я вне опасности.

– Что же, дневка так дневка, – кивнул Ратан. – А ты

как думаешь, Леслав?

Юноша смутился:

– А что я? Я – как все.

– Никогда не будь как все, даже если ты со всеми согласен, – сурово сказал маг. – Свое мнение – редкая вещь, и его нужно всегда иметь.

– Что вы к нему пристали? – Охотник поморщился. – Раз все «за», ищем, где останемся на две ночи.

Подходящее место долго не попадалось. То деревья стоят слишком широко, то от ветра не закрывают. Хорт ворчал и ругался по поводу «мерзких Остроухих, что даже лес испоганили». Но мытарствам пришел конец, когда Леслав заприметил прогалину под огромным дубом, с двух сторон прикрытую кустами орешника.

– Хорошо, – одобрил охотник. – Ну а теперь все как обычно. Вы с Ратаном за дровами, а мы с магом займемся навесом.

Наставник

Проснулся Родомист от цоканья белки. Зверек сидел на толстой ветке и с любопытством смотрел на редкую в этих местах диковину – человека. Стоило магу двинуться, как рыжая молния метнулась в сплетение ветвей и пропала.

Вставать ужасно не хотелось, но Родомист чувствовал, что если еще немного полежит, то обеспечит себе головную боль до самого вечера. Как бы ты ни устал, спать больше, чем положено природой, без вреда для себя не получится.

Снег шел всю ночь. Все вокруг – ветви, старые сугробы, кусты – покрылось слоем белого хрустящего крошева. Спутники уже сидели у костра. Даже Леслав, известный соня, встал в это утро раньше учителя. Сидел, держа ложку, словно меч перед боем, глаза были голодные, будто у бродячего кота. На огне призывно булькал котелок, источая дразнящий аромат гречневой каши.

– А, вот и маг проснулся, – протянул Хорт, ухмыляясь. – А то я думал, и к вечеру тебя не добудимся.

Ратан и Леслав захихикали.

– Все бы вам ржать, – улыбнулся маг. Все же он чувствовал себя хорошо, впервые поспав за пять дней. – А с завтраком чего как долго возитесь?

– Ничего себе долго! – возмутился Леслав, ткнув ложкой в котел. – Сейчас будет готово.

– Да-да, – подтвердил Хорт. – И если кто-то не поторопится, то может запросто остаться без еды.

Дым от умело разложенного костерка лениво уползал вверх, растворяясь между густыми ветвями. Хорт постарался, так что костер не заметить и с воздуха. Да и снегопад, как никогда, сегодня кстати. Теперь Остроухие с поста точно не разберут, кто оставил следы, да и с дракона не увидишь, кто прячется в чаще.

Родомист вылез из мешка, оделся. Растерев лицо снегом, подошел к костру, с которого как раз сняли котелок. Чуть ли не впервые за всю дорогу чувствовал себя нормально. Как хорошо не ощущать вокруг незримую сеть, не находиться в постоянном напряжении, ловя перемещение огромного количества

чутких нитей.

– Ну что, будем дневать? – спросил маг после завтрака.

– Мы вчера очень мало прошли, – смущенно ответил Хорт. – И по моей вине. Так что, я думаю, надо наверстывать. Сил у меня достаточно. Хоть через Западный Тракт перейдем до вечера.

– Надо идти, – кивнул Ратан, поднялся и отправился чистить котелок.

– Мне все равно, – чуть нервно произнес Леслав. – Учитель, вы руководите походом, вам и решать.

– Да, я глава. – Маг ответил так, словно главенство – сущее наказание для него. – Пойдем после обеда. К вечеру на тракте меньше движения, больше шансов проскочить.

Охотник

Приближение большой дороги ощутили задолго до того, как можно было ее увидеть. Сначала издалека донеслось заливистое ржание. С этого момента Хорт стал вдвойне осторожен. Шел сажен на десять впереди остальных, напряженный, как взведенный капкан. Вслушивался в каждый шорох.

Лес при подходе к тракту стал куда реже. «Зачем Остроухим столько дерева?» – думал охотник, оглядывая вырубки, следующие одна за другой. Летом здесь наверняка густо разрастались кусты – малина, ежевика. Сейчас же все лежит под снегом, и лес стоит голый, пустой.

Оставив спутников в густом ельнике, Хорт в одиночку отправился на разведку.

Кое-где приходилось опускаться на четвереньки. Сняв снегоступы и проваливаясь в снег, он упорно двигался вперед. Раньше доводилось бывать на тракте, правда, на человеческой его части. Большой Западный Тракт связывает Порубежные горы на востоке с морем на западе, идет из земель Полурослых через два людских княжества и продолжается в Эрине, нанизывая на себя, словно нитка жемчужину, Эмайн Маху, столицу Остроухих.

Деревья чуть разошлись, и открылась дорога, прямая, точно стрела. Хотя невидимое за тучами солнце и клонилось к закату, тракт не был пуст. Болтали возчики тянущегося по нему обоза, судя по стати, Полурослые, самые неутомимые купцы на свете. Хитрый народ, случая напакостить человеку или там Длиннорукому не упустят, но в то же время торгуют честно, а за деньги служат верно, ни разу войско Полурослых не переметнулось к более щедрой или более сильной стороне.

Несколько всадников, появившихся из-за поворота, помчались вслед за обозом. Телеги остановились. Один из верховых, что был вершков на десять выше любого из возчиков, что-то долго им втолковывал, не слезая с лошади. Те отвечали, спокойно и неторопливо.

Закончив разговор, Остроухие нахлестнули коней и умчались туда, откуда приехали. Обоз покатил дальше.

Вернувшись к спутникам, Хорт едва не начал ругаться в полный голос. Его приближения никто не заметил! Маг, ученик и воевода сидели кружком и выясняли, как раскрылось позже, преимущество длинного меча над топором в пешем бою. Горячился в основном Леслав, Ратан хмыкал в бороду и бросал реплики, маг тоже не отмалчивался.

Хорт постоял некоторое время, глядя на это безобразие, затем оглушительно каркнул. Болтуны всполошились, повскакали на ноги.