Битва троллей
Шрифт:
— Приветствую вас. Я Висиния сал Сарес, боярыня Дабрана и посланница воеводы Ионны сал Сарес.
Мужчина также поприветствовал ее поклоном, в котором, однако, совсем не чувствовалось почтения:
— Добро пожаловать в Турдуй, боярыня. Извольте последовать за мной. Мой господин, марчег Гиула, ожидает вас.
— Так сразу? — удивленно переспросила Висиния.
— С вашего позволения, да.
— Это крайне необычно, — нерешительно ответила влахака и посмотрела на Флорес, которая только пожала плечами. — Мы с удовольствием сначала отдохнули бы с дороги и подготовились к встрече.
— Срочное дело требует вашего немедленного присутствия, — сухо заявил масрид.
— Ну
За ней последовали Флорес и еще два влахака, которые должны были выполнять обязанности секретарей, а также несколько воинов, которые и составили ее эскорт, готовые последовать за ней.
— Вы можете сказать нам, о каком деле идет речь?
— Мне не дозволено. Но думаю, мой господин обязательно сообщит вам все.
Всю дорогу в замок Висиния ломала себе голову над тем, что же могло быть причиной такого своеобразного приема. Последние новости из Турдуя были исключительно благоприятными: складывалось впечатление, что марчег сам ищет объединения и близок к подписанию соглашения.
— Здесь что-то не так, — прошептала Флорес, и Висиния согласно кивнула.
— Да, очень необычно, — тихо ответила она. — Но у нас едва ли есть выбор.
Так что им пришлось последовать за масридом по широким улицам из гавани в сам замок Зварен, который находился почти в центре города. Внутри городских стен город выглядел значительно лучше, чем перед воротами. Дома и улицы были ухожены, а хорошо одетые и довольно упитанные граждане спешили по своим делам. Нигде не было видно следов войны. Влахаки и масриды жили в Турдуе бок о бок. И только по встречающимся повсюду патрулям солдат можно было понять, что все-таки не все так спокойно, как это могло показаться на первый взгляд. Однако их провожатый совсем не дал им времени рассмотреть город, и достаточно скоро они уже добрались до главных ворот крепости. Охрана пропустила их без малейшей задержки, впрочем, не без брошенных украдкой любопытных взглядов. Сама крепость Зварен была меньше крепости Ремис, так же как и сам Турдуй был меньше Теремии. Однако стоило отметить, что, ко всему прочему, она была значительно новее, так как, судя по всему, была отстроена только после захвата этого города масридами. Соответственно, и стены ее были с острыми углами и кантами, что радикально отличало ее от круглых сооружений влахаков. На башнях стояла охрана в коричневых военных мундирах, на которых тоже можно было увидеть серебристого грифа.
Нигде не останавливаясь, масрид провел их в самое большое здание, где через два коротких коридора они пошли в большой зал, в котором стоял высокий трон. Через узкие окна в зал падали косые солнечные лучи. Дополнительно к этому было зажжено почти два десятка свечей в настенных держателях из кованого железа. Стены из темного камня Соркатов в основном были завешены гобеленами, на которых были представлены героические подвиги рода Бекезаров. По левую сторону можно было увидеть завоевание Влахкиса, осуществленное королем Аркасом Диммину, который в пресловутой битве на мелях Иамеса победил последний отряд влахаков и убил Тиреа, краля влахаков. На соседнем гобелене было изображено объединение Теремии, где три сына Аркаса разделили между собой захваченные земли и основали три династии масридов. Одной из них была династия марчега Гиулы Бекезара, а вторая — марчега Ласцлара Сциласа, властителя Валедоары на юго-востоке. Третья линия закончилась с Цорпадом. Естественно, Висиния знала обо всех этих историях, так как разлад господствующих масридских домов был всегда одним из немногих политических орудий в руках последних вольных влахаков.
На гобеленах
Однако в настоящий момент было необходимо обсудить условия мира, который дал бы всем сторонам настолько нужную сейчас передышку для восстановления страны, разрушенной многовековой войной. Поэтому Висиния склонилась в низком поклоне перед Гиулой Бекезаром, который с королевской осанкой сидел на своем троне, и ее эскорт сделал то же самое.
Однако выражение лица марчега, одетого в кожу тонкой выделки, украшенную серебристым мехом, ничуть не изменилось. Его седые волосы были коротко подстрижены, а лицо покрыто глубокими складками, отчего он казался старше, чем был на самом деле. И только темные глаза марчега оставались живыми, он спокойно изучал новоприбывших влахаков.
— Ну? — спросил марчег так неожиданно, что Висиния удивленно наморщила лоб.
— Извините, нам сообщили только, что какое-то безотлагательное дело требует нашего немедленного появления. Хотя нам не объяснили, какого рода это дело.
— Не надо считать меня дураком! Мое терпение не бесконечно!
В полном замешательстве Висиния посмотрела на старика и, собравшись с духом, осторожно, намеренно безучастным тоном сказала:
— Я вас не понимаю, марчег.
Масрид резким движением подался вперед. Он так сильно сжал пальцами подлокотники трона, что на руках выступили вены.
— Я говорю о нападениях! Об атаках этих существ!
Тут Висиния поняла, насколько опасным сейчас было ее положение. Она не знала, о чем говорил марчег, но знала, что его крепость была полна воинов. И если это недоразумение не разрешить как можно быстрее, то даже знаменитое искусство владения оружием Флорес и ее небольшая группа охраны не помогут им. Поэтому влахака взяла себя в руки, изо всех сил стараясь внешне оставаться спокойной, в то время как внутри лихорадочно проносились мысли.
— Я прошу прощения, марчег. Но я ничего не знаю ни о нападениях, ни о существах. Моя сестра, воевода Ионна, запрещает какие-либо нападения. Если же, несмотря на это, имеют место подобные случаи, тогда, скорее всего, речь идет о партизанах или беззаконниках.
— Беззаконниках? — не на шутку разгорячился масрид. — Этих духов темноты вы называете беззаконниками? Вы натравили троллей на мой народ, а теперь хотите отделаться от меня подобной ложью?
— Тролли? — вырвалось у Флорес, однако предупреждающий взгляд Висинии заставил ее оборвать речь. Затем боярыня продолжила:
— После известных событий в прошлом году мы потеряли связь с троллями. Они не являются нашими союзниками, равно как и мы не имеем на них никакого влияния.
— Они боролись на вашей стороне, а сейчас вы заявляете, что у вас нет на них никакого влияния? Раньше вы связывались с этими духами темноты, а сейчас у вас нет с ними никакого контакта? — холодно переспросил Гиула и снова откинулся на спинку трона, продолжая ненавидящим взглядом рассматривать влахаков.
— Они вернулись в свой мир, марчег, в тот раз они поднялись на поверхность только потому, что марчег Цорпад начал борьбу с ними. Они не испытывают дружеских чувств к нам, людям, ни к масридам, ни к влахакам.