Битва во мгле
Шрифт:
– Знакомая история… – Николай подтолкнул Легардера. – Поехали дальше, коллега.
Рядовой мельком взглянул на Строгова, понимающе кивнул и снова припал к терминалу. Строчки цифр побежали поверх изображения объекта. Все они были зеленого цвета, что характеризовало их как ординарные безопасные показатели. Николай уже хотел отвернуться от голографического экрана, как вдруг на нем замигала тревожная алая строка.
– Сильное магнитное поле, – заключил Виктор. – Причем довольно узконаправленное.
– Можешь отобразить его на экране? –
– Легко.
Послушный приказам Легардера слит выдал нужную картинку.
– Чтоб я пропал! – только и смог выговорить Манзони.
Графическое изображение линий напряженности представляло собой четкую стрелу, показывающую точно на северо-запад.
Усталости как не бывало. Николай напоминал охотничьего пса, почуявшего добычу.
– Идем по стрелке! – победоносно пророкотал он. – Чувствую, дальше нас ждет кое-что поинтересней оплавленного битого компаса. Виктор, отправляй вперед робота. Пусть доложит в случае обнаружения чего-нибудь необычного.
Необычное не заставило себя долго ждать. Через четверть часа робот забросал своих хозяев сообщениями об обломках. Ими была усеяна вся долина. Различные по размеру и форме кратеры черными оспинами покрывали каменистую поверхность.
– Сколько же их? – удивился Николай. – Я полагал, что аннигилирующие излучатели не оставят после себя даже пыли.
– Одно из двух: или системы наведения не столь точны, или объекты чрезвычайно прочны. Какая из двух гипотез тебе больше по вкусу?
– Третья.
– Третья?
– Да, именно. В ней говорится о том, что это кладбище возникло не только благодаря нашим стараниям. Я улавливаю здесь зловещую руку создателей этих адских машин.
– Полностью согласен с господином лейтенантом. – Шагающий рядом Легардер продолжал на ходу манипулировать роботом. – Я успел изучить несколько обломков, оказавшихся на пути нашего «Муна». Не важно, что подвергалось исследованию, здоровенный кусок обшивки или крохотная шпилька, результат везде один и тот же – строгое указание на северо-запад.
– Может, перестанете говорить загадками и наконец объясните мне, в чем дело? – Манзони готов был взорваться от злости.
– Любая военная операция всегда имеет резервный план. Не мне тебя этому учить.
Манзони молча кивнул.
– Так вот, резервным планом этой бомбежки вполне мог быть объект номер четыре. Полагаю, ночью мы не сбили практически ничего. При первых же залпах три ядерные бомбы самоуничтожились, осыпав землю маяками. Мы не оставили им шансов, поэтому система привела в действие план «Б».
– Не понимаю, зачем нужны маяки? Какой смысл наводить нас на объект?
– Может, какой-то и есть, – задумчиво произнес Строгов.
– А может, и не нас? – Легардер высказал то, о чем лишь подумал Николай.
Догадка привела Манзони в жуткое возбуждение.
– Так какого черта вы тащитесь как сонные мухи! Устроим засаду и возьмем голубчиков тепленькими! – Риккардо сладострастно
Застоявшаяся в жилах кровь только и ждала подобного приказа. Десантники рванулись вперед с такой решимостью и таким напором, как будто перед ними замаячили ворота невидимой вражеской крепости, которые предстояло вышибить одним решительным ударом. Они неслись по каменистым ложбинам, прыгали через глубокие трещины, карабкались по крутым откосам, руководствуясь лишь одним незыблемым правилом – строгое направление на северо-запад.
Одинокий черный кратер рос на глазах. До него осталось всего несколько шагов. Николай ускорил бег, чтобы первым взглянуть на неуловимого космического посланника, но, ступив на край обугленной ямы, остановился как вкопанный. Воронка оказалась пустой. В ней валялись только корявые оплавленные камни да куски осыпавшейся окалины.
– И как это понимать? – Манзони вслед за лейтенантом заглянул внутрь котлована.
– Не знаю… – Николай пытался здраво проанализировать ситуацию. – Кратер ничуть не меньше тех, что мы видели раньше. Значит, сюда плюхнулась не спичечная коробка.
– И где же…
– Ума не приложу. Может, зарылось в землю…
– Командир, – в трансляторах прозвучал голос рядового Ганса Майера, – я тут кое-что нашел.
Майер шел последним в цепи справа от Николая. Нелюдимый молодой австриец не испытывал особой тяги к научным открытиям. Созерцанию обгоревших артефактов он предпочел более практичное занятие. Повесив за спину свой FAMAS-GЗ, рядовой взялся за изучение близлежащих окрестностей. Сейчас его высокая худощавая фигура одиноко маячила метрах в пятидесяти от кратера, в самом центре небольшого каменного сада.
– Что тут у тебя? – Подбежав, Николай замолк на полуслове.
Из-под груды камней выглядывал предмет, происхождение которого не вызывало никаких сомнений. Тот же черно-золотистый металл со следами высокотемпературной окалины, те же рваные края и та же форма. Но после того как Майер раскидал несколько валунов, стало понятно, что новая находка отличается от предыдущих. Ее нельзя было назвать цельным монолитом. Абсолютно ровный раскол разделял пирамидальный четырехгранный корпус на две одинаковые половины. Отверстие было достаточно широким, чтобы просунуть руку или заглянуть внутрь. Николай опустился на одно колено и осторожно приблизил лицо к опаленному металлу.
– Ну не тяни. – Риккардо топтался вокруг товарища.
– Ничего. Четыре круглые ячейки, и все пустые.
– И куда же оно подевалось? – Сержант был сбит с толку.
– Все просто, – слова Легардера звучали, подобно приговору прокурора. – Кто-то получил посылку раньше нас, а контейнер спрятал, засыпав камнями.
– Кто же это мог быть?
– Тут след от плазменной резки. – Присев рядом со Строговым, Виктор указал на подтеки металла у самого начала раскола. – А вот что я нашел среди камней.