Битва во мгле
Шрифт:
– Пришельцы поняли, что район засвечен, поэтому свернули базу. – Жерес озвучил сам собой напрашивающийся вывод. – Скажите, Риньон, а как ваша контора пронюхала о нашей экспедиции, и почему мы не встретили серьезных препятствий при осуществлении наших планов?
– Ну это совсем просто! Могли бы догадаться и сами! – Капитан устало зевнул. – Мы засекли появление агента инопланетян в вашей, майор, парижской квартире.
– А-а-а, – в голосе Жереса прозвучала ирония вперемешку со значительной долей раздражения, – была прослушка?
– Конечно.
– Понятно. Значит,
– Хм! – Риньон скептически хмыкнул. – Если бы это было так, то я бы сейчас не сидел перед вами.
– Интересно! – Грабовский как знаток шпионского ремесла не мог пропустить подобную тему. – И что же вам помешало?
– Как всегда некомпетентность некоторых сотрудников. – Серж пошарил по карманам. – Вы не будете против, если я закурю? Хоть это и не настоящий табак, но лучшего средства взбодриться у меня нет.
Кристиан кивнул, только сейчас вспомнив о времени. Даже не сверяясь с часами, он чувствовал, что утро уже не за горами. Его наступление означало, что миновал еще один день, в котором одной загадкой стало меньше. И хотя вражеский агент все еще не был найден, но зато в полку честных людей прибыло. А это тоже результат.
Когда первые клубы воображаемого дыма наполнили легкие капитана, он продолжил свой рассказ:
– Вы, господин майор, не относитесь к разряду особо опасных врагов Франции, хо… Вернее, тогда еще не относились. – Риньон с Жересом обменялись многозначительными взглядами. – Поэтому в благоустройстве вашего жилища на улице Леверт принял участие далеко не самый цвет нашего технического отдела.
Майор согласился, понимая, что, скорее всего, так оно и было.
– Ребята оказались добросовестными, если судить по количеству жучков, которыми они нашпиговали вашу квартиру, но не очень дальновидными. Большая часть микрофонов погибла благодаря стараниям невысокой пожилой женщины в кружевном переднике.
– Госпожа Кокнэ – замечательная домохозяйка. – Кристиан расплылся в добродушной ухмылке.
– Вот-вот, – Риньон подтвердил догадку Жереса. – Поскольку все подслушивающие устройства на кухне оказались потерянными, наша задача значительно усложнилась. Чтобы проследить за ходом вашей беседы с Торном, нам пришлось использовать те немногие жучки, которые уцелели в соседних комнатах. По отрывочным фразам, используя последнюю технологию, удалось понять, что речь идет об использовании роты «Головорезов» в какой-то акции. Также стал известен ориентировочный срок – месяц, начиная с момента встречи.
– А дальше?
– О, дальше все завертелось с головокружительной быстротой. Ваша отставка и неопределенное будущее роты «Головорезов» стали для нас такой же новостью, как и для вас. Понимая, что в этих условиях могут произойти самые неожиданные события, руководство нашего управления сочло разумным внедрить своего человека в ряды вашей роты. Выбор пал на меня. А так как срок полномочий бывшего майора Жереса на посту командира исчислялся считаными днями, то я решил поспешить.
– Так вот чем объясняется ваше предрассветное появление, да еще в компании Лафорта.
– Ничего подобного.
Жерес с Грабовским обеспокоенно переглянулись.
– Что вы знаете о Лафорте? – Майор надеялся, что в данной ситуации Серж ничего не станет скрывать.
– Если говорить о документально подтвержденных фактах, то не намного больше вашего.
– А если оставить факты и перейти в область догадок и слухов?
Риньон устало вздохнул.
– Не знаю, кому конкретно из сильных мира сего вы насолили, но ваше детище, майор, рассыпалось в прах. Одним из разрушающих факторов, предназначенных для уничтожения весьма неудобной и непредсказуемой войсковой единицы под названием «Головорезы», и явился тыловик Лафорт. Правда, остается непонятным, почему именно он. Можно подумать, во французской армии не осталось других увальней, видавших войну только в кино!
– Для ответа на этот вопрос мне не хватает данных. – Прищурившись, Жерес покосился на Риньона. – Можете припомнить, с чего все началось?
– Извольте. За два месяца до нашей встречи мы почувствовали необъяснимое оживление, возникшее вокруг вашей роты. В Генштабе все чаще стали всплывать рапорты, сводки и донесения, мягко говоря, не очень лестно отзывающиеся о второй роте Корсиканского парашютно-десантного полка.
Кристиан напряженно слушал, пытаясь припомнить все события того времени. На память приходили отдельные факты, происшествия, лица, но все они ненадолго задерживались в сознании. Внутренним чутьем майор осознавал, что все это было не то. Что существовала какая-то другая важная деталь, обнаружение которой позволит по-новому взглянуть на прошлое. Тем временем Риньон продолжал:
– Но вас оказалось не так легко повалить. Генералы Дежеро и Куик плюс ваши боевые заслуги послужили тем бастионом, который и остановил волну всяческих нападок. Но, увы, только лишь до некоторых событий.
– Наверняка вы имеете в виду этот злосчастный штурм Испанского посольства?
– Он самый. – Капитан серьезно призадумался. – Для меня так и осталось загадкой то, как вы вляпались в подобное дерьмо.
– Как-как? С размаху! – от нахлынувших воспоминаний Грабовский не выдержал. – Час лета на самолете, час езды на грузовике и – пожалуйте на самую нелепую войну, которую я когда-либо видел. Полицейские сразу смылись, а террористы обрушили на наши головы такой шквальный огонь, как будто их главной целью являлись мы, а не свобода Страны Басков.
– Я никогда никому этого не говорил, – поколебавшись, заметил Риньон, – но возможно, что все это сражение было устроено специально для вас. Не обладая навыками антитеррористических операций, вы сделали то, что умели. Атака по правилам войны принесла победу заодно с трупами и разрушениями. Чего, мне кажется, от вас и ожидали.
– Ну да! – Марк аж задохнулся. – С кем же мы тогда воевали?
– Говорят, с басками, – капитан иронично усмехнулся, – хотя сказать сложно, ведь, насколько я помню, из них никто не выжил.