Блестящая девочка
Шрифт:
— Я вот подумал, что можно сделать с твоей мансардой.
— С моей мансардой? — Флер не могла поверить своим ушам.
— Я попросил твою секретаршу показать мне ее вчера вечером. Хорошее место, уединенное, изолированное, а мне именно такое и нужно, чтобы спрятаться и поработать.
Все надежды Флер рухнули. Ей хотелось, перепрыгнуть через стол и задушить Джейка Коранду. Она нужна ему не как агент, а как хозяйка, у которой он хотел арендовать мансарду!
Швырнув салфетку. Флер закричала:
— Ты сумасшедший,
Он закинул руки за голову и сцепил пальцы.
— Это следует понимать как отказ?
— Не остри! По-моему, я совершенно ясно все сказала. Я…
— Позволь мне все-таки договорить, прежде чем примешь решение. В общем-то одна мысль, которую я собираюсь высказать, тебя может заинтересовать.
— Да Боже мой! Коранда! Если ты собираешься предложить мне деньги…
Джейк поднял руку.
— Сядь, Цветик. Вчера вечером я говорил тебе про деловое предложение, которое надо обсудить. А теперь пей кофе и внимательно слушай.
Флер села, но к кофе не притронулась.
— Я должен снова начать писать, — сказал Джейк. — Если я не прорву блокаду сейчас, то уже никогда этого не сделаю. Я дал себе шесть месяцев. Я не буду играть, стану только писать. Я хочу, чтобы ты стала моим агентом.
Флер пыталась унять волнение и дрожь. Джейк — ее клиент.
Так все-таки она оказалась права! Трудновато было изображать холодного профессионала, но она старалась изо всех сил.
— Я была бы рада тебя представлять. Думаю, ты понимаешь, что я смогла бы облегчить тебе жизнь. — Она откинулась на стуле и выложила перед ним факты, как поступала всегда, предлагая услуги своего агентства, — Насколько тебе известно, у меня несколько клиентов на полном обслуживании. Это значит, я смогу вести все твои дела, весь твой бизнес, юридические вопросы, переговоры о фильмах…
Джейк перебил ее:
— Мои люди давно и хорошо со всем справляются. Я не собираюсь давать им отставку.
Флер почувствовала себя похожей на шарик, из которого только что выпустили воздух. Гнев снова вернулся к ней.
— Тогда что именно ты мне предлагаешь?
— Я хочу, чтобы ты имела дело только с тем, что я пишу.
Чтобы ты стала моим литературным агентом.
Флер посмотрела на него.
— Великое дело.
— Ты внесешь мое имя в список клиентов. Так чем ты рискуешь? Всего лишь небольшим кусочком недвижимости.
— Джейк, но за шесть лет ты не создал никакого литературного шедевра. Твое имя как писателя ничего не принесет моему агентству, разве что насмешки.
— Детка, но ведь в блокаде я
Флер взяла свою тарелку и понесла к раковине. Вставив затычку в слив, она спросила, не оборачиваясь:
— Почему ты без конца твердишь это? Почему без конца обвиняешь меня?
— Как я уже говорил, до твоего появления в моей жизни я прекрасно писал.
— Это не ответ, сам понимаешь.
Она услышала скрип его стула и шаги за спиной.
— Возможно, это весь ответ, который ты можешь получить на данный момент, — напряженным голосом проговорил Джейк.
Флер с трудом сумела скрыть свое огорчение.
— И как же, ты думаешь, я должна помочь тебе прорвать блокаду? Лежа на спине?
— Пытаешься выдать желаемое за действительное?
Флер до боли в суставах стиснула ручку сковородки.
— Ты сволочь!
Он схватил ее за плечи; повернул к себе и сердито посмотрел на нее.
— Ты сама все хорошо понимаешь.
— Нет.
— Мне нужна помощь. Неужели так трудно осознать это? Я хочу избавиться от всего плохого, что случилось той весной, когда мы снимали «Затмение».
— А почему тебе так важно писать? Разве тебе нужны деньги? Тебе совершенно незачем сидеть за письменным столом.
— Мое дело — писать. — Джейк стиснул плечи Флер. — Игра приносит мне удовлетворение и деньги. Я богат. Но свободно дышать я могу только тогда, когда пишу.
Он произнес это с вызовом, словно подобное признание каким-то образом компрометировало его.
Прежний, совсем прежний Джейк, подумала Флер. Чуточку приоткроется, а потом снова закроется крепко-накрепко, прежде чем она успеет что-то рассмотреть. Флер вздохнула.
— Слушай, — сказал он, опустив руки, — я не собираюсь сидеть у тебя в кармане. Мне просто нужно уединение. Я хочу сделать то, что хочу. Не надо объяснять тебе, что, если я смогу писать, дела твоего агентства быстро пойдут в гору, ты очень преуспеешь в своем бизнесе.
Они почти поругались, но в конце концов Флер сдалась. Почему бы не попробовать воспользоваться шансом? Флер понимала, что, соглашаясь на предложение Джейка, рискует не только своим сердцем. Слух об их сделке разнесется очень быстро; люди узнают, что Флер Савагар взялась представлять писателя, давно ничего не пишущего, станут говорить, мол, Коранда позволил ей использовать свое имя из-за того, что они когда-то спали вместе, но не доверяет ей настолько, чтобы разрешить управлять его делами в кино. Всем было известно, что его писательская карьера переживает мрачные времена. Флер вдруг пожалела о публикации тех статеек в газетах, за которые ныне предстоит расплачиваться. Она усердно потрудилась над своим имиджем уверенного и знающего профессионала, но теперь она предстанет перед всеми как женщина, делающая свой бизнес в спальне.