Блейз Уиндхем
Шрифт:
Пока няня уводила в детскую младших Морганов, старшие шестеро устроились в комнате, которую Блейз делила с близнецами. Они обнаружили, что старшая сестра лежит на постели, уставившись в потолок и облаченная в одну лишь нижнюю кофточку.
— Убирайтесь, — проворчала Блейз. — Я хочу спать.
— Ну уж нет! — заявила Блайт. — Это последняя ночь в нашей жизни, которую мы проводим все вместе. Завтра ночью ты уже будешь женщиной, и прошлое для нас больше не повторится. Ты покинешь дом первой, Блейз, а потом выйдем замуж
— Да, да! — подхватили Ларк и Линнет.
Блейз села и оглядела их возбужденные лица От этого зрелища ее сердце растаяло. Она почувствовала, как слезы подступают к глазам. Блейз так любила сестер — любила каждую из них! Только теперь она поняла, как тоскливо ей будет без них. Разумеется, они снова увидятся, но это будет совсем другое дело. Блайт права: детство кончилось.
Блейз улыбнулась.
— Тогда располагайтесь, — предложила она и расхохоталась, когда все сестры повалились на постель, которую она делила с близнецами. — О чем будем говорить?
— О том, что значит стать женщиной! — потребовала Дилайт с дрожью в голосе. — В конце концов, Блейз, завтра ты выходишь замуж, и у тебя будет первая брачная ночь.
— Откуда я могу знать об этом, глупышка? — усмехнулась невеста.
— Как это откуда? — обиженно возразила Дилайт. — Все мы видели, как спариваются лошади в полях.
— Не могу поверить, что и люди ведут себя подобным образом, — покачала головой Блейз.
— А как же иначе? Разве мама ничего не рассказывала тебе?
Ее старшая сестра отрицательно покачала головой.
Блисс расхохоталась.
— Ну конечно, мама ничего не говорила! Она слишком занята домом, она беспокоится о папе и Эшби, и потом, вряд ли это ей когда-нибудь приходило в голову. Должно быть, с Блейз она хотела поговорить перед свадьбой, но все случилось так внезапно, что она напрочь об этом позабыла.
— А я знаю, что мужчины делают с женщинами.
Все взгляды обратились на возбужденную семилетнюю Ванору, сидящую посреди постели.
— Откуда тебе об этом знать? — фыркнула Блисс. — Смотри, Вана, если лжешь, тебе попадет!
— Я подглядывала в конюшне, как один из слуг был со служанкой. Я видела даже, как папа иногда приходит к одной из скотниц, — торжествующе сообщила Ванора. — Так вы хотите знать, что они делали? Если ты будешь угрожать мне, Блисс, я ничего не скажу!
В спальне воцарилась тишина, и шесть пар горящих от любопытства глаз устремились на Ванору.
— Рассказывай! — потребовала Блисс, угрожающе прищурившись. — Так ты будешь говорить? — ее пальцы зудели от желания пощечиной стереть самодовольную усмешку с лица малышки.
Ванора наслаждалась минутным превосходством над старшими сестрами, но даже в победном упоении помнила, что испытывать их терпение не стоит — особенно
— У мужчин между ногами есть такая длинная штука, как у животных — конечно, не такая большая, как у жеребцов, но побольше, чем у папиных гончих. Гораздо больше, — повторила она.
Ларк и Линнет охнули хором, округлив крошечные ротики.
— Она что, такая же длинная и красная, как у животных? — поинтересовалась Дилайт с неподдельным интересом, ибо, как и старшим сестрам, когда-нибудь ей предстояло столкнуться с этой тайной. Она уже знала: чтобы избавиться от страха, надо заранее знать, чего ждать.
— В полутемной конюшне или амбаре трудно разглядеть ее как следует, — призналась Ванора, — но мне показалось, что красный у этой штуки только кончик.
— Что ты плетешь! — возмутилась Блисс.
— Постой. — удержала ее Блейз, — я хочу знать, как это бывает, если завтра такое предстоит мне самой. Ну почему же мама ничего мне не объяснила? Эрл решит, что я полная дура. Хотя, похоже, никто из девушек не разбирается в таких вещах.
— Но мы должны знать как следует, — возразила Блайт. — Нельзя бояться неизвестно чего. Говори, Вана.
Пусть Блисс и не признается в этом, мы все сгораем от любопытства — Иногда мужчины целуют и обнимают женщин. Кажется, им нравится трогать у женщин грудь и совать руку между ногами. И женщинам это нравится — они хихикают, вздыхают и обнимают мужчин. Я даже видела, как женщины ласкают мужчин, — продолжала Ванора. — А потом эти игры кончаются — у всех это бывает по-разному, у кого-то быстрее, у кого-то медленнее Наконец мужчина кладет женщину на спину, ложится на нее, вытаскивает из штанов свою штуку и сует ее между ногами женщины, прямо ей в живот.
— Врешь! — яростно выпалила Блисс. — Ты это нарочно сочиняешь, чтобы мы слушали тебя.
— А мне все равно, веришь ты или нет, — храбро возразила Ванора, — но это правда! Это называется» совокупляться «. Слуги всегда так делают в амбаре. Вот попробуйте спрячьтесь в сене и увидите, что я не обманываю!
— Говоришь, ты видела, как папа занимался этим со скотницей? — вспомнила Блисс. — Когда?
— Папу я видела только дважды, когда мама болела.
— Вана, неужели женщинам это нравилось? — в ужасе спросила Блейз.
— Конечно, но ума не приложу почему. Глупо так развлекаться. При этом и мужчины, и женщины трясутся, стонут, вздыхают и целуются. Ни за что не согласилась бы на такое, — закончила Ванора.
Ларк и Линнет одновременно кивнули головками, соглашаясь с сестрой.
— Иногда, — призналась Дилайт. — я думаю, как бы я занималась любовью с мужчиной.
— Фу! — с презрением фыркнула Блисс.
— А ты что скажешь, Блейз? — спросила Блайт. — В конце концов завтра ты выходишь замуж. Ты уже думала о том, как эрл будет любить тебя?