Ближе
Шрифт:
Вечерняя служба в церкви продлится несколько часов, это правило неукоснительно соблюдается в Колонии каждый вечер. Второй Офицер сегодня на дежурстве и вместе с семьёй на службу не пойдёт: отправится в церковь неподалёку от полицейского участка. Да и то только если не придётся сторожить какого-нибудь беднягу, пойманного на ерунде…
Прозвучал седьмой, последний удар колокола; кто-то пробежал по мостовой, тяжело топая; затем наступила полная тишина. Все обитатели Колонии — кроме немощных и совсем больных — были обязаны присутствовать на вечерней службе. Там читались проповеди, состоявшие из отрывков, взятых из «Книги Катастроф» — своего рода подземной
Когда Второй Офицер принёс миссис Берроуз в дом, Элиза даже настояла на том, чтобы и больную отвезти на службу, что и проделала, усадив миссис Берроуз в инвалидное кресло. Однако возле самой церкви их встретила толпа колонистов. Элиза пыталась не обращать внимания на выкрики: «Проклятые верхоземцы!» и «Нечестивые язычники!» — хотела объехать толпу, но в дверях церкви встали другие и попросту не пустили её внутрь. Стигийцы всё видели, но не вмешались.
Хотя в тот момент мозг миссис Берроуз всё ещё был сильно повреждён воздействием Тёмного Света и, на взгляд стороннего наблюдателя, она была практически неподвижна и ни на что не реагировала, сама она хорошо помнила волну ненависти и ярости, исходящую от толпы. Тогда ей показалось, что её мозг взорвётся, и из носа вдруг хлынула кровь.
Это было не просто носовое кровотечение — кровь хлестала так, словно где-то внутри лопнула артерия. Пока перепуганная Элиза пыталась остановить кровотечение, взбудораженная толпа орала: «Истекай кровью, свинья!»
Утратив всякую надежду попасть на службу, Элиза была вынуждена вернуться домой, а возбуждённая толпа сопровождала её до самой двери.
К счастью, с тех пор Элиза больше не делала попыток взять её с собой, чему миссис Берроуз была только рада. Её восприимчивость росла всё быстрее, и она всерьёз опасалась, что ещё одного подобного заряда ненависти со стороны жителей Колонии она просто не переживёт. Кроме того, она понимала, что если кто-нибудь заметит хоть какое-то движение с её стороны, игра будет окончена. Её вернут в Темницу, и стигийцы заставят её вновь пройти все круги ада… освещённые Тёмным Светом.
Сейчас, в пустом доме, когда никого вокруг не было и никто не мог её видеть, миссис Берроуз открыла глаза, моргнула и села в постели. Отбросила полотенце, которое положили ей на грудь, чтобы стекающая слюна не намочила рубашку. Поднялась на ноги.
— Так-то лучше…
Она медленно развела в стороны руки, потянулась, словно человек, только что пробудившийся от крепкого и долгого сна.
Спустила ноги на пол, осторожно встала с кровати и проделала несколько несложных упражнений, чтобы вернуть подвижность суставам.
— Колли? Ты где?
Охотница бесшумно вошла в комнату, и миссис Берроуз осторожно погладила угольно-чёрную голову.
— Хорошая девочка!
Затем она медленно вышла в холл, кошка шла рядом с ней.
Хотя зрение миссис Берроуз по-прежнему было очень слабым, она больше не пользовалась Колли как поводырём. В ночные часы, когда весь дом спал, она осторожно, по шажочку, экспериментировала со своим телом… и с домом. Со своими новыми способностями, которые росли с каждым днём.
Миссис Берроуз могла видеть, но только не так, как видит большинство людей.
Она прошла к входной двери и открыла её, вышла на пустынную улицу. Прикрыла глаза, как будто включила
Людей поблизости не было, она могла бы поклясться в этом. Людей она хорошо чувствовала, зная чувства, которые могли исходить от них. Когда импульсы, посланные мозгом, достигли запертой изнутри церкви, она ощутила смесь эмоций. Тоска, усталость, всполохи страха — вероятно, стигийский проповедник по обыкновению грозил грешникам гиеной огненной… Однако тут её обострённое чутьё уловило что-то ещё.
— Нет! — вскрикнула она.
Миссис Берроуз вышла за порог, спустилась по ступенькам и медленно пошла по садовой дорожке, подняв голову и чутко… принюхиваясь? Она не могла толком объяснить, описать то, что почувствовала. Как будто запах пламени? Именно самого огня, а не того, что в нём горит…
Колли протестующее мяукнула, словно намекая, что женщина зря вышла из дома.
— Всё в порядке! — успокоила её миссис Берроуз. — Смотри, поблизости никого нет…
Дойдя до конца улицы, миссис Берроуз завернула за угол, затем прошла ещё достаточно далеко, миновала несколько перекрёстков, пока наконец не добралась до того места, к которому и стремилась. Это был большой дом, стоявший в середине каменной террасы. Принюхавшись и убедившись, что это тот самый дом, женщина уверенно подошла к двери и толкнула её. Дверь была заперта, поэтому женщина прошла вдоль окон, пробуя каждое, и нашла одно незапертое.
Перелезла через подоконник, вошла внутрь.
Она оказалась в столовой, где в камине ещё тлели угли, а на столе стояли тарелки с недоеденной пищей. Миссис Берроуз не обратила на это никакого внимания. Она подняла голову и вновь принюхалась. Пошла в глубь дома.
На стене возле задней двери она нашла то, что искала. То, что привело её сюда.
— Уилл… — прошептала миссис Берроуз, нежно коснувшись заступа, который принадлежал её сыну.
Она понятия не имела, как он оказался здесь, но она пришла за ним. Миссис Берроуз провела по заступу рукой, ощутив холодную сталь лезвия и вспомнив, как Уилл берёг его. В конце каждого дня раскопок в Хайфилде он тщательно мыл и полировал лезвие и только после этого шёл спать.
Однако сюда её привели не дерево и сталь: даже после долгих месяцев, которые этот заступ провисел здесь, на стене одного из домов Колонии, он всё ещё хранил слабый запах Уилла. Миссис Берроуз чуяла его и могла вызвать в памяти живой чёткий образ сына. Она улыбнулась, но улыбка быстро сбежала с её губ. Мозг стремительно восстанавливал утраченные связи, и теперь она вспомнила, почему оказалась в Колонии, под землёй. Она пыталась помочь Уиллу в его борьбе со стигийцами… и теперь понятия не имела, где он находится. И жив ли вообще.
В последний раз она видела его по дороге в Норфолк, и теперь ей оставалось только гадать, как глубоко под землю забрался её сын по поручению Дрейка.
— Я не могу здесь больше оставаться, — пробормотала она, обращаясь к кошке. — Я должна покинуть Колонию.
Кошка сидела рядом и внимательно смотрела на женщину.
— А этот дом мы должны покинуть немедленно! — резко бросила женщина. Импульсы донесли до неё движение в той стороне, где находилась церковь.
Миссис Берроуз вернулась к открытому окну, перелезла через подоконник… и уронила заступ.