Блог
Шрифт:
Парень явно не был готов к такой хватке обычно пугливого туриста и растерянно согласился, забыв о торговле. В две минуты деньги были пересчитаны и обменяны.
— Ну что, обмоем сделку? — перешел на русский Николай.
Дикий ужас отразился в расширенных глазах паренька, он бросил доллары на пол и прижался к стене. Николай ожидал примерно такой реакции, поэтому, пока насмерть перепуганный валютчик лепетал о том, что деньги не его, а он просто зашел в туалет, мнимый иностранец доставил себе удовольствие понаблюдать, выждав садистски длинную паузу, а потом сказал:
— Ты деньгами-то не сори. Не ссы, пацан, я не из
Они вернулись в полупустой зал бара, заказали выпивку, познакомились. Паренька звали Эдик, он работал «на углу» уже больше года. Фарцевал, в основном шмотками. Валюта была делом более рискованным, но и гораздо более выгодным, так что сегодняшний день для Эдика выдался удачным. Остатки недавнего ужаса паренька утонули в бокале виски, и он стал обсуждать возможные варианты «бизнеса», вплоть до предложения купить роскошную дубленку с плеча Николая. Мягко уклоняясь от ненужных предложений, Николай перевел разговор на интересующую его тему:
— Эдик, ты не будешь против, если я к тебе еще раз обращусь с этой же просьбой?
— В любой момент! Сколько надо, хоть тысячу, хоть две, хоть три, единственно о больших суммах лучше бы заранее договариваться.
— Вот и я о том же, в моем возрасте по туалетам прятаться несолидно. Ты мне свой номерок дай, я, как потребуется, тебе звякну.
— О'кей. — Он подошел к бармену, попросил у него ручку и листок, написал номер и принес Николаю. — А вы сейчас в какой стране живете?
— Очень далеко, — Эдик понимающе закивал.
Зазвонил предусмотрительно поставленный на вибрацию мобильник. Николай автоматически вытащил его из кармана и приложил к уху.
— Слушаю… — осекся, сбросил звонок и спрятал телефон в карман. Эдик зачарованно смотрел на Николая, — видишь… очень далеко живу…
В этот момент Николай почти физически ощутил, как его спину полоснул чей-то взгляд. Он обернулся, ничего особенного: тонкий крысиный носик, усы щеточкой, бесцветные глаза — посетитель оживленно болтал с девушкой и смотрел на нее. Вернувшись к прерванной беседе, Николай отшутился от вопроса о том, что это было, и договорился с Эдиком о правилах созвона. Попрощавшись, он подошел к бару, накупил напитков, сигарет, орешков и прочей чепухи, которой в Советском Союзе за рубли не найти было днем с огнем, и двинулся к выходу. Крысиных усиков в баре уже не было, хотя их собеседница потягивала коктейль на том же месте.
С таксистом Володей Николай условился так: часы работы с 9 утра и до упора, цена — 100 рублей в день, срок — неделя, потом — будет потом. Парой пачек «Кента» и парой банок «Карлсберга» Николай подтвердил серьезность своих намерений. Володя был на седьмом небе от привалившей удачи.
Договорились, что этим вечером такси заедет за Николаем в 9 вечера. Ночная жизнь Москвы того времени к полуночи уже должна была разъезжаться по квартирам, поэтому начиналась рано.
Поднимаясь на лифте, Николай почувствовал вибрацию мобильного. Звонил Егорыч:
— Не понял, — заявил он, — твой самолет уже в небе, а ты все еще доступен. Ты что, не полетел?
— Полетел, но не туда.
— А куда?
— Далеко. Не по телефону. Приеду, расскажу.
— Что-то ты темнишь, дорогой. За два часа далеко от Москвы не
— Вернусь, через пару недель. Егорыч, не доставай. Приеду, все расскажу. Скорее всего, не поверишь, но я расскажу.
— А вдруг поверю? Что за тайны от партнеров?! Коля, кто у тебя ближе меня? В чем проблема?
— Нет никаких проблем. Просто пришлось изменить планы. Отдохну пару недель — и домой.
— Может, и мне к тебе присоединиться? Неделя выходных.
— Нет, Егорыч, ты не сможешь.
— Ох, Коля, плохо ты знаешь мои возможности. Вот возьму и приеду. А, темнила?
— Да не темнила я! Егорыч, тебе поболтать не с кем, что ли?! Вернусь, поговорим. Все, давай.
— Ладно, не ворчи. Точно все в порядке?
— Точно.
— Ну, пока. Береги себя, ты нам еще пригодишься. И возвращайся, не пропадай!
— Да, вернусь. Теперь-то чего не вернуться?
— Не знаю, не знаю… Человек предполагает, а кто располагает?
— Теперь ты на загадки перешел.
— Какие загадки?! Отдыхай спокойно, дорогой товарищ. На связи, — и дал отбой.
Николай посмотрел, от кого был предыдущий звонок, — тоже от Егорыча. Что это он раззвонился? А ведь так и не сказал, зачем звонил. Проверил его наличие на связи, и все. Зачем? Уж кто темнит, так точно не Николай. Стало зябко и неуютно: что бывший полковник готовит ему дома?
Когда Николай вернулся, Татьяна вздохнула с облегчением. Дары от «Интуристов» (человека и гостиницы) были распакованы, и часть их тут же пошла в дело. Отпрыск Симутиных уже проснулся и радостно набил рот чипсами и жевательной резинкой, уверенный, что это кратчайший путь к выздоровлению. Хороший коньяк оттянул от сердца Татьяны тревогу минувшего часа, и она великодушно согласилась закрыть глаза и уши, в случае если Николай вернется из «ночного» не один.
Беседуя, Николай с удивлением узнал, почему так резко ухудшились отношения Симутиных. В частых спорах они всегда оказывались по разные стороны идеологических баррикад. Душу Татьяны трепала эта ненужная причина конфликта. Она была уверена, что Петр играет в «идейность», но одно дело — на работе, совсем другое — дома, с ней. Такая игра была нечестной, недоверие самого близкого человека отравляло ее любовь. Петра же, искренне считавшего себя верным марксистом-ленинцем, бесили «мелкобуржуазные» взгляды жены. Это противостояние превращалось в стычки по любому поводу, охлаждавшие отношения до градуса, при котором прекращается движение чувств. А такое состояние — прямой путь «налево».
После возвращения Петра из будущего идеологические противоречия исчезли, и отношения супругов переживали ренессанс. Вплоть до отъезда Петра в командировку длились их новые медовые месяцы, хоть Татьяна так до конца и не верила в фантастическое объяснение отсутствия мужа. «Нет худа без добра, — говорила она себе, — даже если это был загул, именно он вернул мне мужа!» Появление Николая освободило ее сердце от остатка сомнений.
Прежде чем отправиться «бога гневить», Николай показал Татьяне, как пользоваться ноутбуком, что и как смотреть в Интернете, подурачился с Васьком, а потом пошел к себе сочинять выходной наряд. Поскольку он не знал, куда занесет его кривая развлечений в советской столице, был выбран компромисс: вельветовые брюки, строгая сорочка и кардиган. В таком виде хоть в театр, хоть на дискотеку.