Блюз суккуба
Шрифт:
— Это было в опере. А потом мы обедали в «Санта-Лючии».
— Хороший выбор. А до того?
— О господи, какой ты любопытный. Дай вспомнить… Кажется, это было на открытии художественной выставки.
— После которого последовало посещение ресторана, где после выбора блюда официанты говорят тебе спасибо. Верно?
— Допустим.
— Так я и думал. — Роман выбрал темно-синий шар и взял его под мышку. — Именно поэтому ты и не хочешь ни с кем вступать в серьезные отношения. Ты слишком ходкий товар и привыкла к свиданиям в фешенебельных местах. Мужчины лезут вон из кожи, стараясь произвести на
Мы прошли к началу дорожки.
— Мог бы и попроще сказать, что меня привлекают трущобы.
— А они тебя не привлекают?
— Нет.
— Если так, то почему ты здесь?
Я посмотрела на него и вспомнила недавнюю беседу о классической филологии. Красота и интеллект. Убийственная смесь.
— Потому что это не трущобы.
Он улыбнулся и сменил тему.
— Таков твой выбор?
Я посмотрела на шар с психоделическим рисунком.
— Да. Сегодняшний вечер превращается во что-то сюрреалистическое. Ладно, попробуем. Увидим, что из этого получится.
Глаза Романа заискрились от смеха. Он кивнул в сторону дорожки.
— Начни с шара.
Я неуверенно шагнула вперед, пытаясь вспомнить нужное движение. Обвела взглядом кегельбан и посмотрела, как это делают другие игроки. Потом пожала плечами, встала на линию и бросила шар. Он пролетел по воздуху метра полтора, громко стукнулся о дорожку и скатился в желоб. Роман стоял со мной рядом, и мы молча следили за тем, как шар заканчивал свое путешествие.
— Ты всегда так грубо обращаешься с шарами? — наконец, спросил он.
— Большинство мужчин не жалуется. [36]
— Могу себе представить. Когда бросишь шар в следующий раз, постарайся сделать это параллельно полу.
Я недовольно покосилась на него.
— Ты случайно не из тех парней, которые любят показывать женщинам, что те ни на что не годятся?
— Ни в коем случае. Просто даю тебе дружеский совет.
Мой шар вернулся, и я последовала указаниям Романа. На этот раз удар был не таким громким, но результат оказался тем же.
36
Игра слов. По-английски «bails» — это и шары, и мужские половые железы в разговорной лексике.
— Ладно. Посмотрим, как получится у тебя, — с досадой проворчала я и села на стул.
Роман шагнул к линии. Его движения были изящными и гибкими, как у кошки. Шар выскользнул из его руки словно вода из кувшина, беззвучно приземлился на дорожку и сбил девять кеглей. Когда шар вернулся, Роман, не глядя, бросил его еще раз и сбил десятую.
— Я вижу, вечер будет долгий.
— Не унывай. — Он взял меня за подбородок. — Ты справишься. Попробуй еще раз. Возьми немного левее. А я тем временем схожу за пивом.
Последовав совету, я взяла влево, но только угодила в левый желоб. Во время второй попытки я слегка успокоилась, сумела сбить
— Отлично, — весело, сказал Роман, ставя на стол две кружки дешевого пива. Я не пила такой дряни лет десять. — Именно так младенец учится ходить.
Он оказался прав. Количество заработанных мной очков медленно возрастало, несмотря на сложившуюся с первого раза плохую привычку оставлять зазоры между кеглями. С этим я справиться не могла, хотя Роман давал мне дельные советы.
— Руку надо держать так, а все остальное — так, — объяснял он, положив одну ладонь мне на бедро, а другую — на запястье. От этих прикосновений меня бросало в дрожь. Чем они диктовались? Альтруизмом или желанием прикоснуться ко мне? Я сама постоянно пользовалась этим приемом, когда выполняла обязанности суккуба. Он сводил мужчин с ума, и теперь я понимала, почему.
Да я все понимала, но не просила перестать.
Наилучшего результата я достигла во второй игре, сумев сделать один страйк, сбив все кегли одним шаром. Во время третьей игры дали себя знать пиво и усталость. Почувствовав это, Роман заявил, что для первого раза достаточно, и сказал, что я делаю большие успехи.
— Ну что, для завершения картины отправимся перекусить в какой-нибудь подвальчик?
Пока мы шли к машине, Роман обнимал меня за талию.
— Все зависит от того, насколько на тебя подействовали мои чары.
— Если я соглашусь, ты сможешь отвезти меня в какое-нибудь приличное место? Знаешь, иногда шикарная обстановка делает свое дело.
К моему удовлетворению, мы поехали в фешенебельный японский ресторан. Еда и беседа доставляли мне одинаковое удовольствие. Интеллект и остроумие Романа снова произвели на меня сильное впечатление. На этот раз мы обсуждали новости культуры, выясняли, что нам нравится, что сводит с ума и так далее и тому подобное. Я узнала, что Роман много путешествовал и хорошо разбирается во внешней политике и международных отношениях.
— Америка слишком любит себя, — пожаловался он, потягивая сакэ. — Похожа на женщину, которая весь день сидит у большого зеркала и любуется собой. А когда удосуживается посмотреть на других, то говорит остальным «делай так» или «делай как я». Наша военная и экономическая политика консервативна. Она заключается в запугивании инакомыслящих как за границей, так и внутри страны. Я это терпеть не могу. — Он покачал головой. — Как рассуждает большинство законопослушных граждан? «Не нравится — вали отсюда!» К несчастью, порвать со своей страной труднее, чем с семьей. — Роман откинулся на спинку стула и заставил себя улыбнуться. — Я то и дело совершаю маленькие акты неповиновения. Воюю со статус-кво. Отказываюсь покупать товары, произведенные с использованием рабочей силы стран третьего мира.
— Не носишь меха? Ешь только органические продукты?
Он хмыкнул.
— И это тоже.
— Странно, — после недолгой паузы сказала я.
Наконец до меня что-то дошло.
— Что именно?
— Сегодня мы говорили только о текущих событиях. Не о душевных травмах, полученных в детстве, не об учебе в колледже, не о бывших возлюбленных…
— И что в этом странного?
— Да, в общем, ничего. Просто когда люди ищут себе пару, они обычно рассказывают друг другу свою биографию.