Бочка
Шрифт:
— Конец, — сказал Шарманщик, ложась на землю. — Ничего нет, и назад не вернуться.
— Пустое, — вскричал Эндрьюс. — Мы найдем проход. Джорджи, поищи, нет ли где-нибудь щели!
Сэр Мэтью Стейфорс вытащил из бокового кармана записную книжку и при свете фонаря продолжал вычисления.
— Джентльмены, — начал джентльмен с одной бакенбардой, становясь на камень. — Черт возьми, не был ли я прав, когда говорил, что все события, совершающиеся внутри нас, есть следствие какой-то космической
— К черту! — сказал, засыпая, Шарманщик.
Вор и шулер с фонарями в руках искали выход. Они искали более часа и ничего не нашли. Путь вел в пропасть.
— Ничего, — сказал вор, бледный от бешенства и усталости, — ничего нет.
— Ничего, — подтвердил Эндрьюс, сжимая кулаки.
Шарманщик во сне угрюмо проворчал что-то.
Вор направил фонарь на сэра Мэтью. Сэр Мэтью продолжал вычисления.
— Может быть, он что-нибудь знает? — сказал шулер шепотом. — Поговори-ка с ним, Джорджи.
Вор задумался, приложив руку ко лбу. Потом поставил фонарь на землю и подошел к сэру Мэтью.
— Сэр, — начал он, — вы когда-то любили меня. Вы еще помните, сэр, те времена, когда я был вашим любимым сыном.
— Оставим это, — сказал сэр Мэтью, пряча подбородок в воротничок из камня. — Что еще угодно вам сообщить мне?
— Мне нужно знать, найдем ли мы суммы, указанные в завещании?
— Я отвечу вам, если вы разрешите мне воспользоваться формулой, записанной на оборотной стороне завещания.
Вор, отойдя к Эндрьюсу, поговорил с ним и спустя минуту развернул перед сэром Мэтью завещание.
— Благодарю вас, — сказал сэр Мэтью, тщательно списывая формулу в записную книжку. — Что же вам угодно было узнать от меня?
— Брат не лжет в этом завещании?
— Нет.
— Где же находятся эти суммы?
— Там.
— Где там?
— На дне пропасти.
— Но как опуститься на дно?
Сэр Мэтью оглянулся вокруг себя: Шарманщик спал, подбросив себе под голову связку толстых веревок.
— На веревках.
— Ах да! Благодарю вас, сэр.
Первым, по решению троих из трактира «Встреча друзей», Пэтерностер-Роу, 13, должен был спуститься джентльмен с одной бакенбардой.
Веревку закрепили вокруг тупого уступа, продели под плечи джентльмена петлю и медленно опустили его в пропасть.
Спустя четверть часа Шарманщик опустился вторым.
— Добрый день,
— Добрая ночь, — ответил Шарманщик угрюмо.
Третьим должен был спуститься сэр Мэтью.
Вор три раза обкрутил вокруг него веревку, внимательно осмотрел ее на всем протяжении и остановился у края обрыва, направив вниз свет фонаря.
Веревка стала разматываться: один оборот, два, три.
Шулер вынул из кармана бритву, раскрыл ее, наступил на веревку и взмахнул рукой.
Через семь минут после того, как сэр Мэтью начал спускаться в пропасть, веревка дернулась вверх и остановилась.
Сэр Мэтью качнулся налево, направо и больно ударился о скалу. На одну секунду он потерял сознание.
— Запах! — говорил на дне джентльмен с одной бакенбардой, вытянув шею и усиленно нюхая воздух. — Черт возьми, могу поклясться, что мы попали в какой-то винный погреб.
Шарманщик уже спал, закинув голову и вытянув ноги.
Сэр Мэтью пришел в себя. Обвязанный тройным узлом, он висел неподвижно. Задумавшись, он вспомнил о формуле завещания. Рука медленно расстегнула пиджак и раскрыла записную книжку.
Опершись одною ногой в скалу, а другою придерживая веревку, сэр Мэтью оправил висевший на поясе фонарь и с карандашом в руках продолжал вычисления.
Спустя несколько минут он стал медленно опускаться.
— Винный запах! — закричал джентльмен с одной бакенбардой, бросаясь к сэру Мэтью. — Вы чувствуете, сэр? Мы попали в винный погреб.
Сэр Мэтью размотал веревку, присел на камень и улыбнулся.
— Мне хотелось бы сказать вам несколько слов, джентльмены, — сказал он, — но подождем наших спутников.
Спустя пятнадцать минут Джордж Стейфорс, быстро перебирая руками, спустился по веревке. Он был бледен.
— Остался Эндрьюс, — сказал Шарманщик, вытаскивая мешочек с табаком и трубку.
— Никого не осталось.
— Где же Эндрьюс?
— Не знаю. Где-нибудь здесь, недалеко от нас. Он убит.
Шарманщик вскочил, выронив из рук трубку.
— Убит? Кто же его убил?
— Я.
— Ты убил Джимми? — тихо спросил Шарманщик, поднимаясь и обеими руками хватая кирку.
— Подожди, — сказал вор; он подошел ближе и положил руку на плечо Шарманщика. — Я убил его за то, что он хотел перерезать над тобой веревку.
Сэр Мэтью поднял голову и внимательно посмотрел на сына.
— Простите, джентльмены, — начал он, вставая, — но я полагаю своевременным сообщить вам некоторые любопытные сведения.