Боевое братство
Шрифт:
Дом показал на дверь дулом «Лансера»: "Стрелять прямо отсюда?"
Хоффман покачал головой. Залп из-за двери не гарантировал смерти противника. А враг, даже тяжело раненный, способен ответить стрельбой или активировать мину. На двери имелись обычная ручка и простенький врезной замок, но Хоффман даже не стал проверять, заперт он или открыт. Он показал на замок, поднял руку и беззвучно начал отсчет, пока Дом целился.
На счет «три» Дом выстрелил в замок и выбил дверцу. Последующие действия развернулись перед
Он падал. И падал долго.
"Где же пол? Куда подевался чертов пол?"
Хоффман внезапно обнаружил, что очутился на полу, слегка оглушенный и ошарашенный, но совсем не там, где рассчитывал быть. Прицельный луч автомата Дома выхватил из темноты человека в форме охранника. Парень лет двадцати с небольшим балансировал на составленных ящиках и тянулся к мощному фонарю, стоявшему в отверстии вентиляционного канала под самым потолком. Фонарь для осмотра темных углов, фонарь для сигнализации…
На долю секунды охранник замер, как животное, попавшее в луч света. В одной руке парень держал пистолет. Он успел послать еще одну вспышку, но тут Дом и Хоффман открыли огонь.
Он подавал сигналы до последнего мгновения.
Наконец они прекратили стрельбу. В неожиданной звенящей тишине Хоффман понял, что крошечное помещение было просто отгороженной секцией шахты и пол находился значительно ниже, чем дверной проем. Значит, падая, он пролетел около метра. Потолок едва выступал над уровнем крыши, а единственным отверстием был выход вентканала. Ничего удивительного, что это помещение не было учтено ни одним планом.
— Значит, вот он, этот мерзавец, — произнес Дом, восстанавливая дыхание и глядя на скорченное тело охранника.
— Это настоящий герой, — сказал Хоффман и поморщился от боли в коленной чашечке, ушибленной при падении.
Тренировка и дисциплина приучили тело солдата работать независимо от медленного осознанного мыслительного процесса. Когда не было времени на то, чтобы рассуждать, оглядываться по сторонам и вспоминать инструкции, оставалось только реагировать; остаться в живых помогали мускульная память и выброс адреналина. Но мозг Хоффмана ввязался в спор и доказывал ногам, что нельзя просто так оставить здесь тело этого человека.
Случись такое в Коалиции, этот парень получил бы медаль. Теперь он превратился просто в мертвого врага. Хоффман неожиданно поймал себя на составлении его мысленного облика: этот человек достаточно молод, чтобы служить в армии, но не служит. Он умеет подавать сигналы. Обладает присутствием духа и смог в поднявшейся суматохе найти подходящее место, чтобы передать информацию, позволившую армии Остри организовать контратаку.
"Бывший солдат".
Дом тронул Хоффмана за локоть:
— Пора двигаться, сэр. Вы в порядке?
"Бывший. Может, он был
— Да, все отлично.
И все же Хоффман медлил. Он должен был осмотреть тело. Он перевернул убитого и взглянул ему в лицо — по крайней мере это он может для него сделать. Затем, оглядевшись в поисках какого-то оборудования, Хоффман внезапно понял простейшую истину: для наблюдения за противником парень пользовался обычной противопожарной системой, которая реагировала на открытие и закрытие дверей, а также регистрировала температуру тел, находящихся в помещениях. Мельчайшее упущение, как обычно, привело к большим неприятностям.
— Он не потерял голову. Проявил инициативу и поднял против нас армию и воздушный флот Остри.
"Возможно, имеется другое объяснение его поведению. Но я уверен, что застрелил героя".
Дом поискал какие-нибудь документы или ключи, но парень был предусмотрительным. Он думал так же, как и Хоффман.
— Пора выбираться, сэр.
— Да. — "Я напишу рапорт. Пусть инди узнают, что сделал этот человек. Но сначала я должен остаться в живых". — Давай включать таймеры. Пора уходить.
У инди не будет возможности взорвать комплекс на мысе Асфо. Хоффман сам этим займется.
Глава 16
Примирись со своим стариком, Маркус, потому что все мы смертны. Прости его. Прости себя. Когда он уйдет, ты будешь готов отдать все, что угодно, лишь бы побыть с ним еще минуту.
ДОЛИНА АСФО; ВРЕМЯ 01:45
Наушник Карлоса ожил:
— Говорит «Калона», центр. С северо-востока летят «Буревестники». На всякий случай пригните головы.
Двух «Буревестников» из орудий «Мерит» он услышал задолго до того, как ракеты возникли в поле зрения. Они пронеслись по направлению к комплексу Асфо и Перасфе, и сопровождавший их оглушительный гул говорил о том, что все будет в порядке.
Инди ожидал сокрушительный разгром.
— Давай разнеси их, — произнес Карлос, оглядываясь через плечо. — Давай. Давай.
— А еще говорят, что невозможно проводить обстрел поверх своих солдат, — пробормотал Маркус. — Черт, смотри-ка…
Его голос потонул в грохоте взрыва. Без очков ночного видения поле боя представляло собой хаотическое смешение грохота и ослепительных вспышек, разрывавших темноту. Колоссальный взрыв на несколько мгновений осветил небо справа от Карлоса. Он уже набрал в грудь воздуху для ликующего крика, как вдруг понял, что взрыв произошел не на позициях инди, а в воздухе. Огненный шар разлетелся на отдельные капли пламени, падавшие на землю. На канале радиосвязи раздался общий вздох. У Карлоса сдавило грудь и зашевелились волосы на затылке.