Богиня Модильяни
Шрифт:
Такой же была и Анна. Голиков-Кутузов поначалу увлекся, даже перестал появляться у мадам Жоли. Вскоре увлечение прошло, и на смену ему пришла всегдашняя скука, отличающая людей авантюрного склада, склонных к частой перемене впечатлений.
Однажды, распивая с Владимиром бутылку шампанского, Линьков сказал:
– Что у тебя с этой девочкой?
– Ты об Анне? – Голиков-Кутузов пожал плечами. – Да ничего. Она была интересна, пока свежа. Сегодня это уже вчерашний день. А почему ты спрашиваешь?
– Я был
Владимир усмехнулся – тонко и чуть высокомерно, как всегда:
– Не думаю, что тебе это удастся.
– Почему? – нахмурился Линьков.
– Мы с тобой всегда откровенны друг с другом, поэтому скажу правду. Она никогда не полюбит такого, как ты. Не трать времени.
Голиков-Кутузов отпил шампанского и блаженно прикрыл глаза.
– На что ты намекаешь? – спросил его Линьков.
Владимир покосился на приятеля и спокойно объявил:
– Ты – не ее тип. Она любит мужчин утонченных, с поэтическим взглядом на мир. А ты – солдат.
– Я офицер!
Голиков-Кутузов усмехнулся и кивнул:
– Об этом я и говорю.
На этом все и закончилось. Линьков не решился даже представиться юной красавице. Причина такой нерешительности была проста: Аня совершенно не походила на всех знакомых Линькову женщин. Обладая не слишком богатым воображением, он не представлял себе, как себя вести с подобной «цацей», что ей говорить, как улыбаться.
Анна была похожа на диковатую, нелюдимую кошку, с подозрением, опаской и неприязнью глядящую на людей. Линьков оставил свои намерения, однако черноволосая красавица крепко запала ему в сердце. Он даже купил у Голикова-Кутузова фотографию Ани и часто разглядывал ее по вечерам, предаваясь разнузданным фантазиям.
С тех пор прошло почти два года. Он давно выбросил из головы Анну, как выбросил из кармана ее карточку. Но неожиданная встреча в Париже воскресила его память. Внезапно он почувствовал такое вожделение, по сравнению с которым страсть бедняги Ромео к Джульетте была не сильнее и не страшнее легкого насморка.
Теперь, когда Линьков закрывал глаза, перед его взглядом возникали видения, по смелости сопоставимые лишь с откровенными картинками, встречающимися в специальных французских журналах.
Линьков почувствовал сладострастную истому внизу живота. Кровь его закипела. Будучи человеком решительным и даже наглым, бывший поручик решил воплотить свои эротические фантазии в жизнь. И взялся он за это со всем жаром и со всем коварством, на какие только был способен.
Глава 2
Никогда не разговаривайте с незнакомцем
1
Пол – женский. Возраст –
Созерцать свое лицо с утра – занятие, требующее от женщины немалого мужества. Особенно если с вечера женщина позволила себе… немного расслабиться.
Пустая бутылка из-под шампанского стоит на столе, подобно памятнику женским мечтам. Остатки икры в тарелке, как маленькие красные глазки алкоголика, смотрят на Марго с немым упреком. Вчера днем наша героиня сдала статью и временно оказалась не у дел. Мужа у нее вот уже четыре дня как не было.
Что делает женщина в такой ситуации? Либо вздыхает, либо пьет шампанское. Марго выбрала шампанское.
Спустя час после пробуждения Марго сидела на диване, красила ногти на ногах и, прижав к уху мобильник, выслушивала наставления ближайшей подруги Верки. Когда женщина разводится, все вдруг бросаются ее поучать и утешать.
– Ты правильно поступила, – настраивала ее на нужный лад Верка. – Многие бабы боятся развода. А я считаю, они просто боятся свободы. И потом – все эти переживания…
– Я не переживаю, – сказала Марго, обрабатывая мизинец левой ноги. – Развелись, и дело с концом. Чего теперь-то слезы лить?
– Это правильный подход, – мгновенно поддакнула Верка. – Кстати, помнишь Светку Быстрову?
Перед мысленным взором Марго проплыла клуша с двумя подбородками и целым выводком кричащих детишек.
– Эту толстую корову с интеллектом болонки? – в своем обычном тоне поинтересовалась Марго.
– Ну, во-первых, она не так глупа, как кажется, – мягко возразила ей Верка. – А во-вторых, толстой коровой она стала после развода. До этого у нее была точеная фигурка.
– Вот как? – Марго прищурила глаза, разглядывая ноготь. – Может, и меня разнесет?
Отложив лак, Марго нахмурилась. «Шутки шутками, а вдруг и правда разнесет?» – подумала она.
– Подожди-ка, – буркнула Марго в телефонную трубку, – пойду на весы встану.
Она слезла с дивана и, держась за стенку, на одних пятках подошла к маленьким напольным весам. Встала и охнула. Красная стрелка, маленькая предательница, резко качнулась вправо и – о боже! – впервые за последние три года зашкалила за отметку «57».
– Боже мой! – вырвался из груди Марго громкий вздох. И вслед за ним еще один: – Какой кошмар!
– Что? – взволнованно спросила Верка. – Что случилось?
– Я потолстела на два килограмма, – сказала Марго.
– Это ужасно! – Голос Веры трагически дрогнул. – Дорогая моя, – с чувством сказала она, – я понимаю, как много ты пережила, но ты не должна ставить на себе крест! У меня была одна знакомая, которая тоже развелась, и вот однажды она…