Босс
Шрифт:
Джек зашагал по комнате.
— И что мне теперь делать?
— Найми его, если он тебе нужен.
Джек резко остановился и уставился на жену.
— Чтобы через пять лет, когда он станет звездой радиорепортажа, его…
— Если кто-то узнает то, что оставалось тайной двадцать лет.
Джек вдавил окурок в пепельницу.
— Я даже не знаю, что они делают.
Кимберли усмехнулась:
— Черта с два. Не такой уж ты наивный. А кроме того, пять минут назад ты полагал, что лучшего радиокомментатора не найти.
— Я не могу предлагать ему работу, не упомянув об этом. А как упомянуть, не знаю.
— Я
Внешне Кертис Фредерик ничем не напоминал гомосексуалиста. Грубоватые черты лица, черные кустистые брови, проницательные темные глаза, сильная линия подбородка, широкий рот с тонкими губами.
От шотландского Фредерик отказался, попросив налить джина. Закурил «Честерфилд», достав сигарету из изящного серебряного портсигара. Одет он был в превосходно сшитый однобортный костюм, какие в тот год носили немногие, с узким черным галстуком. Одевался Фредерик стильно, но явно выпадал из стиля 1935 года.
— Так кого, мистер Фредерик, изберут президентом Соединенных Штатов в следующем году?
— Франклина Делано Рузвельта, — без запинки ответил Фредерик. — И победит он с колоссальным отрывом.
— Иной исход невозможен?
Фредерик покачал головой:
— Ни единого шанса.
— Вы с ним встречались? — спросила Кимберли.
Фредерик кивнул:
— Да. Первый раз в 1921 году. Тогда я бы предсказал, что его могут избрать, пожалуй, лишь в палату представителей от округа Хадсон-Вэлью.
— И как хорошо вы его знаете? — поинтересовался Джек.
— Его не знает никто. Самая большая ошибка в политике или журналистике — думать, что знаешь Франклина Ди Рузвельта. Карьера этого человека основана на том, что никто его не знает.
— Как я понимаю, он вам не нравится, — вставила Кимберли.
— Он мне очень даже нравится… по сравнению с теми, кто может прийти на его место. В этом контексте Рузвельт — это гигант среди пигмеев.
Они выпили еще по два стакана, прежде чем подали обед. Джек заказал все самое лучшее, что мог предложить отель: черную икру, фазана… но почувствовал, что стол не произвел на Кертиса Фредерика особого впечатления. Тот ел и пил, причем с явным удовольствием, но отменная еда и превосходное вино никоим образом не могли повлиять на его решение.
— Передатчик моей WCHS помощнее, чем у WQHR, — упомянул Джек по ходу обеда.
— У WLW в Цинциннати, «радиостанции, вещающей на всю страну», передатчик еще мощнее. — Фредерик пожал плечами. — Но я не связал бы свое имя с WLW и за миллион долларов.
— Давайте зайдем с другой стороны. Чего вы хотите от радиовещательной станции?
Фредерик улыбнулся Кимберли, потом Джеку.
— Я хочу престиж WQXR и мощность передатчика WLW или КDКА.
— Такой мощности я вам предоставить не могу, — ответил Джек. — Мы к ней приближаемся, но пока ее не достигли. С другой стороны, моя компания — это синдикат. У меня уже есть три радиостанции, и я хочу приобрести еще пять или шесть. Что же касается престижа радиостанции, то его создают люди, которые на ней работают. Вот вы вносите свою лепту в престиж WQXR. Ту же лепту вы можете внести в престиж WCHS и работающих с ней в одной связке радиостанций. Хотите, чтобы ваша передача считалась престижной? Чтобы ее уважали? Это зависит только от вас, друг мой. Если я предоставлю вам передатчик
— Бостонская радиостанция?
— Да, нас не принимают по всей стране, не слышат в Чикаго или Атланте. Но на волну WCHS можно настроиться в Бостоне, Провиденсе, Нью-Хейвене, Хартфорде, Олбани… Есть у нас слушатели и в Нью-Йорке. А будет еще больше. Я намереваюсь взять в аренду телефонную линию, чтобы некоторые программы WCHS одновременно транслировала бы и WHPL. Я думаю, в Нью-Йорке у вас есть постоянная аудитория. Те, у кого хорошие приемники, поймают и Бостон, а у кого подешевле — послушают вас на волне Уайт-Плейнса.
— Нынче люди ставят радиоприемники в автомобили, — заметил Фредерик. — Многие бизнесмены слушают мой утренний выпуск новостей по дороге на работу.
— Уайт-Плейнс в двадцати пяти милях от Манхаттана, — ответил Джек. — Даже автомобильные радиоприемники могут ловить сигнал радиостанции, находящейся в двадцати пяти милях.
— На меня нажимают? — с улыбкой спросил Кертис Фредерик.
— Я хочу ввести программную сетку, в которой развлекательные передачи чередовались бы с информационными, да так, чтобы станции не только приносили прибыль, но и работали на благо общества. Впервые услышав ваш голос, я сразу понял, что именно такой человек должен возглавить мой информационный отдел.
Фредерик покачал головой:
— Из меня получится плохой начальник, мистер Лир. Я репортер и радиокомментатор. А в управление мне нельзя доверить даже магазин сладостей. Не хочу.
— Возглавляя информационный отдел, вы будете заниматься тем же, чем и сейчас. Я хочу, чтобы вы выбирали темы для своих репортажей, а потом знакомили с собранным вами материалом слушателей.
— Вы понимаете, что большинство новостей, которые передают по радио, взяты из газет или получены по телеграфу от информационных агентств. Мы не посылаем репортеров за новостями… Только в самых редких случаях.
Джек искоса взглянул на Кимберли.
— Предположим, я найму вам помощника. Предположим, мы отправим его в Вашингтон. Предположим, этим летом мы пошлем его на съезды политических партии. Нет, есть лучший вариант. Предположим, мы пошлем вас на съезды в Кливленд и в Филадельфию, и вы будете вести оттуда прямые репортажи.
— Вы меня заинтересовали, — признался Фредерик.
— Для вас это будет серьезное решение, — продолжил Джек. — Детали мы еще отработаем. Вы вот употребили слово «нажимают». Да, я нажимаю. Но так, как нажимает студенческое общество, жаждущее заполучить в свои ряды перспективного члена. Однако я ни в коем случае не требую от вас поспешного решения.
— Возможно, вам стоит приехать в Бостон на уик-энд, а то и на два или три уик-энда, — предложила Кимберли.
— Да, возможно, мне стоит приехать.
— Разумеется, вы можете взять в собой миссис Фредерик, — добавила она. — Если, конечно, есть миссис Фредерик.
Кертис Фредерик не заметил хмурого взгляда Джека, брошенного на Кимберли.
— Боюсь, миссис Фредерик нет, — ответил он. — Я все еще холостяк.
— Вон оно что! — Кимберли рассмеялась. — Так вы в Бостоне будете лакомым кусочком. Я смогу представить вас десятку, а то и больше очаровательных женщин… Если вы этого захотите.