Ботаничка
Шрифт:
На ночь она открыла окно. В метре от стены проходила изгородь из колючей проволоки и, кажется, слегка потрескивала.
За ночь Анна проснулась только один раз. Приснилось, или за окном действительно прозвучал хлопок, а под веками полыхнуло, как от близкой молнии, но, когда открыла глаза, увидела только темноту, послушала тишину и провалилась дальше в сон.
Солнце уже встало, но еще сохранялась влажная прохлада ночи. Ветер отдувал тонкую штору, она вспучивалась пузырем и опадала. Окошко вздыхало.
Где я? Где эта улица, где этот дом? Это вообще не улица и не дом вовсе, а исследовательская
Анну вынесло из постели и далее, как при авральном сборе на работу, если проспала. Начальник охраны должен был явиться в восемь. До его прихода оставалось полчаса. Она даже в лабораторию вчера не зашла. Пока разобрала вещи, пока приняла душ, а там и чай под непрерывное тарахтение Ксюхи. Аня решила, что встанет пораньше и все успеет.
Количеством аппаратуры и стерильностью лаборатория напоминала операционную. Первым на глаза попался хромотограф, дальше установка, которая оказалась портативным электронным микроскопом — ничего себе, мягко говоря! — дальше биоанализатор. С подобной техникой Анна была знакома. В углу притулился наркозный аппарат. А он тут с какого боку? Наверное, купили для амбулатории, а за ненадобностью отправили сюда, дабы деревенские умельцы не приспособили для собственных нужд. Каких? Каких-нибудь! В хозяйстве все сгодится. Назначение следующего прибора осталось неясным. Допотопная установка походила на изящную длинноствольную пушку с системой линз по ходу ствола. Не знам, не ведам, трогать подавно не собираемся.
На столе в специальном зажиме лежала толстенная пачка распечаток. Анна вытянула верхний лист. Число — сегодняшнее, больше ничего понять не удалось. Если учесть, что других документов в обозримом пространстве не наблюдалось, начальнику охраны следовало передать именно этот лист. Анна посмотрела на следующий. Число на нем стояло завтрашнее, а далее, как и на первом — пять столбцов с непонятными значками.
Ее это касается? Да вроде нет. Пусть начальник караула разбирается с заданием для рабочих. Анне доставят образцы, она их прокрутит и запишет результаты в отчет. Все та же рутина, что и дома, только в деревенском интерьере. Интересно, чем она станет заниматься все остальное время? Для продолжения собственных разработок нужен Интернет, а он, как и вообще любая связь, тут отсутствовал.
Ну и ладно, Ксюха пусть смотрит фильмы. Анна будет читать и гулять. Если закрыть глаза можно представить, что ты в Мексике.
За спиной послышался шорох. Анна вздрогнула и обернулась, готовясь отругать Ксюху за подкрадывания.
Он оказался ростом под потолок. Лицо со смуглой, какой-то даже зеленоватой кожей резали вертикальные морщины. Могучие плечи обтягивала камуфляжная форма. Ни знаков различия, ни даже обязательного логотипа «Нутридана». За ухо у него зацепилась зеленая веточка. По кустам, что ли продирался?
— Кто вы? — пискнула Анна, придавленной мышью.
— Начальник охраны объекта, готов принять план-наряд.
К Анне потянулась рука похожая на лопату. Биохимик и кандидат наук струсила до холодного пота. Она дрожащей рукой вложила в подставленную ладонь распечатку и попятилась, остановившись, только когда уперлась в стену. Справа и слева стояли приборы. Спряталась, да? Если этому монстру захочется, он
Страшный человек развернулся и молча канул за дверью. Ни здрасьте, ни до свидания, ни: давайте вечером в клуб сходим. Анна вытерла лоб и машинально выдвинула единственный ящик рабочего стола. В нем лежали два журнала: один для записи результатов исследования почвы и воды, второй — для биологических образцов. Непонятные значки, которые она видела на листке план-наряда, присутствовали и тут. Справа от каждого оставалась длинная пустая графа, куда по логике следовало заносить результаты.
А больше ничего. Ни пояснительной записки, ни вообще чего-либо человеческого, да хоть фантик бы от конфеты под столом. Тут так тщательно все убрали, что жилым не пахло вообще.
В лабораторию без стука ввалилась Ксюха по утреннему времени без макияжа.
— Пойдемте завтракать. Мне в деревню за хлебом надо.
Явление бледненькой некрасивой мордашки так обрадовало, что Анна засмеялась.
— Я с тобой пойду.
— Ой, хорошо, а то мне боязно одной. Вы этого видели?
— Этот или нет, не знаю, а начальник охраны заходил, думала плечом косяк вынесет.
— Ага, шкаф. Даже здрасьте не сказал.
— Мне тоже.
На завтрак Ксюха сумела изобразить вполне съедобную кашку на сухом молоке и кофе со сгущенкой, которым запивали печенье.
Для первого внятного появления в деревне Анна нарядилась в светлый легкий костюм. Хорошо бы его дополнить лодочками на каблуке, но пришлось обувать балетки на плоской подошве. Ксюха осталась в тех же джинсах и майке с голым пузом.
— Не хочешь надеть платье? — спросила Анна.
— А у меня нет. Есть кожаная юбка, только она короткая, комары закусают. Я лучше в джинсах.
Комаров не оказалось. Даже в городе уже пищали по ночам над ухом отдельные особи, а уж в деревне, тем более возле озера, гнус должен был кидаться на живую плоть роем. С вечера, открывая окно, Анна как-то об этом не подумала, а сейчас озадачилась. Наверное, комаров не пропускает периметр. Высокое напряжение, как ни как. Правда Анна не была уверенна, может ли оно задержать насекомых. А вдруг?
Было очень тепло. Не жарко, как летом, а именно комфортно. Ветерок норовил подхватить юбку и завернуть повыше. Ничего, это просто пригорок. Как только спустятся к деревне, ветер уляжется. Вдоль дороги мощеной все теми же бетонными плитами, вовсю зеленело той особенно сочной зеленью, которая нарождается весной, а потом блекнет в течение лета, чтобы к осени превратиться в желтое мочало. Комары, кстати и тут не появились. Женщины уже прошли больше половины пути, когда Ксюха заорала, указывая куда-то вперед.
— Вон! Вон он!
— Ты с ума сошла? Зачем кричать-то?
— Да вон же дом крыша красная стены зеленые.
— Я вижу. Давай поторопимся, а то пекарка уйдет, останемся без свежего хлеба.
Синий забор вблизи поразил монументальностью. Анна стразу почувствовала себя мелкой и незначительной. Пекарка, которая вышла на стук, только усугубила это ощущение. Она оказалась под стать давешнему охраннику, только вся белая. Мукой запорошило руки, передник и даже лицо.
— Вчерашние? — пророкотала тетка.