Брат
Шрифт:
Откинувшись на спинку стула, соседка кивнула и улыбнулась.
– Да-да, конечно, есть, но прежде, чем я начну рассказывать, все же можно узнать: кто-нибудь из вас знает английский?
Все удивленно переглянулись, не понимая причину резкой смены темы разговора, даже Петр Ильич с интересом посмотрел на знакомую. Один лишь Сергей, подцепив обжаренное в кляре луковое кольцо, не обратил на это внимания и произнес:
– Так Анна отлично спикает. Вон как с этой малявкой чесала языком! Мам, как ее звали – Аллочка?
Лавров взглянул на Артура, надеясь, что тот подтвердит его слова. Но Кривошапкин так на него посмотрел, что он поперхнулся.
Рассевшись на свои места, все вновь посмотрели на Ковальчик, ожидая объяснений. Та пожала плечами и как можно спокойнее проговорила:
– И что вы так всполошились? Просто у моей знакомой есть внучка, которой необходимо подтянуть английский язык. Вот она и спрашивала, есть ли у меня знакомые преподаватели иностранного. Я только сейчас об этом вспомнила…
– С удовольствием! Согласна преподавать…
Все резко оглянулись на Анну, и та вновь смутилась от столь пристального внимания. Тактично кашлянув, Кривошапкин немного натянуто улыбнулся.
– Анна, тебе не обязательно…
– Нет, я сама этого хочу. Хватит сидеть на вашей шее! Вы и так мне крышу над головой дали. Чего-то большего от вас требовать – это верх свинства… Я так не хочу!
– А…
Вика, перебив Артура, весело подмигнула девушке.
– Твоя правда, Анна! Нечего тебе без дела сидеть. Ведь так со скуки можно умереть. Так что, Веслава, можете сказать вашей соседке, что нашли преподавателя.
Подопечная грешников сразу же заулыбалась, видимо, в предвкушении будущих уроков. И это разрядило обстановку: ужин завершился даже лучше, чем начался. По крайней мере, все расходились, улыбаясь.
Утро началось с того, что Вика, набросив поверх пижамы халат, переступила через храпящего на полу Сергея и вышла в полутемный коридор. С кухни доносился едва слышимый шум – видимо, кто-то уже проснулся. Держась за стену, Вика медленно прошла вперед и, свернув направо, замерла. В глаза ударил неяркий, но все же неприятный для сонных глаз свет. Он, проникая сквозь высокое незашторенное окно, залил всю кухню: от небольшого стола в одном углу до гудящего холодильника и газовой плиты в другом. Шумела Анна. Она, напевая что-то себе под нос, достала из шкафчика над раковиной глубокую миску и поставила на стол. Затем надела фартук-жилетку, который Сергей купил специально для нее, чем удивил не только ее, но и Вику. Впервые Лавров к чему-то серьезно отнесся – обыскал несколько магазинов, пока нашел необходимый размер. И когда Анна сказала, что не может принять подарок, то он тут же завел разговор, что настоящая хозяйка не может обходиться без фартука. К тому же жена и так просила его купить, вот и случай представился. В общем, повел себя, как рыцарь на белом коне… И Вика, чувствуя себя последней дурой, неожиданно для самой себя заревновала. Хотя нет – скорее, позавидовала. Вот почему, когда она была беременной, не нашлось такого же идиота, как Лавров? Или такого же чокнутого семейства, как Котовы и Горбуновы? Несправедливо!
Из раздумий ее вывел скрежет – Анна тащила из шкафа тяжелую чугунную сковородку. Затем она поставила ее на конфорку и вернулась
– Доброе утро, Анна. Чего так рано встала?
От неожиданности Анна вздрогнула и чуть не выронила яйцо, которое держала в руках. Но вовремя спохватилась и, немного застенчиво улыбнувшись, сказала:
– Да так, не спалось. Низ живота всю ночь ныл, только под утро затихло.
– Живот болел?! Почему ты не сказала?
– Вика быстро приблизилась к ней и обеспокоенно вгляделась в лицо девушки. – А сейчас точно все прошло?
Опешив, Анна отступила на шаг и кивнула.
– Все в порядке, не волнуйтесь…
– Точно? Ты бы сказала, если бы что-то было не так?
Ермолаева, не мигая, продолжала смотреть на девушку, и та начала нервничать еще сильней.
– Д-д-а, в-в-с-е… в порядке…
Актриса облегченно вздохнула и, отойдя, кивнула в сторону лежащих на столе продуктов.
– Блины хочешь готовить?
– Д-д-а…
– О, это же потрясающе! Давно хотела научиться их печь. Научишь?
Анна недоуменно пожала плечами, не зная, что сказать. Вика же тем временем, не дожидаясь ответа, уже вылила два яйца в миску.
– Что дальше кидать?
Видя, что девушка продолжает недоуменно смотреть на нее и не собирается что-то говорить, Вика подмигнула. – Да успокойся ты. Все отлично! Дай мне вновь почувствовать себя хозяйкой. Так что, присаживайся и руководи мной. Хорошо? Так что дальше класть?
Анна вытащила из-под стола табуретку и, поставив ближе к стене, села на нее.
– Забрасывайте все, что рядом с миской лежит, и еще муки пару ложек и соли-сахара щепотку.
Наблюдая за Викой, она положила руки на живот и расставила ноги чуть шире, чтоб было немного легче сидеть.
Взяв вилку, Ермолаева начала медленно взбивать полученную смесь. То и дело она смахивала с глаз отросшую челку и иногда останавливалась, чтобы передохнуть. В очередной раз, разминая уставшие пальцы, «Алиса» посмотрела на Анну. Та уже начала дремать.
– Аня? Может, спать пойдешь?
Девушка вздрогнула и резко открыла сонные глаза. Затем быстро закрыла рот, чтоб прикрыть зевок.
– Нет… не беспокойтесь, я спать не хочу.
– Точно? Судя по всему, как раз наоборот.
– Нет, - Анна качнула головой и потерла глаза, - не хочу. Вы уже смешали?
Вика перевела взгляд на бежевую жижу в миске и неуверенно протянула:
– Вроде бы…
– Тогда налейте в сковородку масла и поставьте ее на огонь.
Проделав все это, Ермолаева взяла миску и достала половник из шкафчика над раковиной. Подождала, пока нагреется сковородка, затем зачерпнула теста и аккуратно вылила на нее. Масло зашипело, забрызгало в разные стороны – Вика отступила на шаг. Вскоре запахло жареными яйцами. Анна заерзала на стуле и тихо произнесла:
– Алиса, уже пора переворачивать…
Ермолаева, не двигаясь, так же тихо ответила:
– Знаешь, хоть я и не специалист в готовке, но мне кажется, что это омлет, а не блин…
Девушка удивленно ахнула, вскочила со стула и подскочила к «Котовой». На сковородке, пузырясь, поджаривались нечто, и вправду напоминающее омлет. Анна закусила губу, чтоб не рассмеяться, но услышав, как начинает хихикать Вика, рассмеялась в голос.
– Пр-ростите, наверное, муки надо больше добавить.