Братство волков
Шрифт:
– Племянник Тимура, владельца водочного бизнеса?
– Да, он самый… Мухамадин.
– Он вроде в Краснодаре в последнее время живет?
– Учится там в универе… – Быстров криво усмехнулся. – Ему только недавно двадцать исполнилось, а уже пальцы гнет, как взрослая зверушка. Далеко пойдет… если не остановить вовремя.
– А что там было, в ночнике?
– Да обычный беспредел. Приехало молодое зверье на трех тачках… уже после полуночи. Укуренные, злые, борзые! Стали к двум девчонкам приставать, которые там в программе.
– Обычная
– Двое охранников вступились, так их стали избивать прямо в клубе!
– А менты?
– Стояла там патрульная тачила, у клуба, но они даже носа не высунули!
– Да, все как обычно…
– Ну, охранник успел позвонить. Наши ребята из «Гефеста»… там ночью трое дежурят…
– Из Чопа?
– Да. Взяли «помпы», позвонили еще кое-кому из наших и поехали в клуб. Этих девчонок отбили… Муха и его джигиты, когда наши стали подъезжать, испугались…
– Такое за ними тоже водится. Смелые, когда налетают стаей на одного или двух.
– Но на этом не кончилось, как ты сам понимаешь.
– Что, было продолжение?
– Да, молодые бабаи «стрелу» забили. Причем договаривались встретиться и перетереть без огнестрела. Тот же Муха поклялся чуть не на Коране, что они будут без оружия.
– Бабаям нельзя верить на слово!..
– Слушай дальше. В среду вечером из Краснодара ихних машин десять выехало… И местные тоже планировали подключиться. Соответственно, и наш моб собрался… Я, кстати, звонил тебе по городскому… твой сотовый не отвечал…
– В среду?
– Хотел предложить и тебе присоединиться. Ну, хотя бы в качестве водилы. Хотя, помня, как ты по молодости в махачах участвовал и как показал себя с лучшей стороны, думаю, и сейчас бы пригодился в качестве бойца. Тем более, что мы не голыми руками с ними боремся. Как мимимум «травматик» бы ты получил. И деньги бы заработал… хорошо за эти вот акции платят!
– Говоришь, Костян, на сотовый не дозвонился? – Деревянченко облизнул нижнюю губу. – Батарея сдохла… но сейчас все работает.
– Так вот, матушка твоя сказала, что ты уехал куда-то на два или три дня…
– Хм… И чем закончилась эта разборка? Которая была в среду?
– Ты что, правда не слышал? – удивленно спросил Быстров. – Вижу, отстал совсем от общественной жизни… а она у нас тут бьет ключом!
– Да у меня сейчас… – Деревянченко замялся. – Короче, с девчонкой одной…
– И что? Серьезно у тебя с ней?
– Думаем уже вскоре заявление подавать… Так чем закончилась «стрела»?
– Стрельбой закончилась… Двое наших получили огнестрельные. Но раны нетяжелые… Одному мочку уха срубило, другому руку у предплечья оцарапало.
– А бабаи? У них как?
– По нашим прикидкам – четверо раненых.
– Неплохой итог.
– Они первые, кстати, начали. Ну так, как бы для устрашения… сначала в воздух несколько раз пальнули. Над головами. А потом – по тачкам начали садить. Мы, соответственно, ответили! Ну…
– А где это было?
– Возле кургана, на выезде на краснодарскую трассу.
– А!.. Понятно. А что полиция?
– Вмешалась… Омоновцев даже на двух автобусах подвезли… Если бы не это и если бы не задержали на въезде несколько машин с молодыми бабаями и не развернули их, то могло бы и хуже закончиться… Для них, конечно, – Быстров оскалил белые зубы. – Мы-то были готовы к любому повороту.
– Так на том все и закончилось? Пришел «лесник», как говорится в анекдоте, и всех разогнал?
– Не, они еще бузили… Несколько машин с молодняком поехали в центр. Туда же, к «ночнику». И сам Муха на «Лексусе» туда же подъехал.
– Захотелось продолжения?
– Да, мало люлей им выписали, приехали за добавкой. – Быстров, сняв бейсболку, стал ею обмахиваться. – Духотища… наверное, к вечеру ливанет.
– И что было дальше?
– Менты на этот раз жестко включились, – сказал Быстров и вдруг подмигнул (давая понять, что он-то знает больше, но не все может сказать). – Одну их тачку заблокировали возле «ночника»… Абреков, их там трое было, вытащили, отдубасили и мордами уложили на асфальт! Отобрали у них «травматики», ножи и биты…
– Другое дело… давно бы так!
– Остальные абреки – врассыпную! Ровно так, Толян, как это бывает, когда вдруг не по-ихнему, когда менты не вписываются за них, а делают свое законное дело.
– А племянник Тимура Ахмедова? Что он?
– Сам Муха, говорят, едва ноги унес.
– Круто взялись, я вижу.
– По его «Лексусу» даже стреляли!
– Менты?
– За джипом, за рулем которого предположительно был сам племяш нашего водочного короля, погнались две патрульные тачки. Уже на окраине его почти нагнали. Там была изрядная пальба…
– Что, Муха и его дружбаны-абреки в ментов стреляли? – удивился Деревянченко.
– Нет, наоборот. Это полицаи по ним палили! Сначала предупредительные… потом типа по колесам!
– Типа?
– Поговаривают, – Быстров чуть понизил голос, – что по «Лексусу» хорошо так попали! Сам Муха вроде как живой, и даже ни одной царапины. Но кого-то зацепили… И ходят такие слухи, что наповал!…
– Вот это да… – Деревянченко уставился на знакомца. – Но это вот… форменный беспредел… оно ж не сойдет им с рук?
– Абрекам?
– Ну да. Потому что сколь же можно?
– Будь спокоен, – Быстров добродушно усмехнулся. – На этот раз бабаям не отвертеться. Трое ихних сейчас в краснодарском СИЗО сидят… Еще четверых или пятерых в связи с этими событиями подали в розыск.
Анатолий после выпитых им двух бутылок пива ощущал приятную расслабленность. Даже некоторое головокружение – пиво хотя и не очень вкусное, но крепкое. И в такой душный день, как нынешний, очень даже шибает в голову.
– А это все не связано ли как-то с водочным бизнесом? – спросил он.